Ольга Назарова – Каждый выбирает для себя (страница 78)

Катерина сменила летник на сарафан и заплела косу. И всё никак не могла понять, как ей теперь быть, идти извиняться, или обойдётся? Выглянула из комнаты и наткнулась на Волка. Он всё ещё в бархатном кафтане стоял, прислонившись спиной к стене у её комнаты. И видимо, тоже думал как ему быть.

– Волк! Ой, Волк прости меня! – Катерина боялась и посмотреть на Волка. А тот встряхнулся, и приняв нормальный вид, тяжело вздохнул.

– Опять ты за своё! Мы же вроде договаривались. Опасно ведь сейчас! Кто их знает, что они могут придумать. Увидели бы тебя, могли бы на пару утопить! Ну, всё, всё, не плачь. Кот в Дубе болото не переживёт. Катя, ты какая-то не такая, что-то случилось?

– Случилось. Я их и видела и слышала. И много такого услышала… Вот например, что Яга отравила Баюна специально.

– Что? – Волк мигом понял, что всё очень серьёзно. И подтолкнул её в комнату. – Иди туда и подожди, только через окно никуда не вылазь, пожалуйста! Я сейчас Баюна приведу и Жарусю.

Катерина честно стояла посреди комнаты, пока туда не пришли Волк, Баюн и на впорхнула Жаруся. Слушали молча а когда Катерина замолчала, Баюн только головой покачал на её рассказ.

– Нда… Сходила искупаться.

– Может быть, они специально там разговаривали? – несмело предложила Катерина.

– А ты как туда добиралась? По берегу или водой? – спросил Волк.

– Водой. Я до той ивы плыла.

–Тогда увидеть следы на песке не могли, а на воде нет запаха, обнаружить её в шапке-невидимке в воде тоже нельзя. А главное, сказано было уж слишком многое из того, что они нипочём бы не выдали. – решил Волк.

– Да, я тоже так думаю. И, кстати, я вот сейчас вспоминаю… Яга меня начала угощать, как раз тогда, когда ты возвращаться собрался. Она и начала подливать, да предлагать. А там котовник… Я его очень люблю… Любил. Короче, это я больше не пью!

– Точно! Она и засуетилась вокруг тебя как раз после того, как я об отлёте заговорил. А на самотряс аж глазами сверкала.

– А что это за полотенце? – Катерина обрадовалась, что её больше не ругают, и сообразила, что при всём многообразии сказочных предметов, полотенце ей ещё ни разу не попадалось!

Кот припомнив, что не только Катя, но и он сам в последнее время вёл себя неидеально, решил махнуть лапой на её поведение и великодушно простил хулиганку: – Это из чувашских сказок. Есть там такое полотенце, есть. Это средство для открывания путей. Если владелец полотенца попадает туда, где ни прохода, ни проезда нет, ему стоит только махнуть полотенцем слева направо и открывается ему путь. И другое свойство у тряпочки этой имеется – укрощать морских коней. Стоит хлестнуть справа налево и слева направо, то даже самые свирепые морские кони покоряются, им третьего удара не пережить. А отец братьев-карликов злой колдун Чиге-хурсурхал жил в огненном заливе и его там кони морские донимали. Вытаптывали ему все заросли перед домом на дне залива, да крышу норовили провалить, вот он и украл из тайного места в глухом лесу полотенце да и выгнал из залива морских коней.

– А что, дом этого Чиге-хурсурхала, который не в заливе, а на суше, действительно такой же как и у мужичка с ноготок?

– Нет, Катенька, наоборот. Это сынок у папы дом скопировал. У папеньки действительно в стене вокруг дома никаких дверей нет. Колдун этот на самом деле может становиться и карликом и великаном. Сыновей у него было трое. Самый старший – великан которому братец Черномор голову отрубил. Вот его колдун любил и привечал. Гордился им. И полотенце ему первоначально подарил. Черномор его отнял, когда брата сгубил, и был отцом наказан. Полотенце он у Черномора забрал и посулил, что борода теперь будет у сыночка расти гораздо медленнее. А полотенце куда-то к себе спрятал. А оно вон, оказывается где…

– Кот, а что, у мужичка действительно было змеиное кольцо? – спросила Катерина. – А почему же он тогда его не использовал?

– А зачем, радость моя? Он же сильнее любого змея был, когда с бородой, и летать мог. А без бороды он сокровищницу открыть был не в состоянии.

– А что, он не понимает, что сокровищница ему даже с бородой теперь не подчинится? Его же девочка победила! – удивилась Жаруся, отлично помнившая, как послушались Катерину и дверка и золото и золотая чаша в сокровищнице.

– Жарусенька, не может он признать, что побеждён. Никак не может. Тем более, что какие-то предметы действительно могут слушаться того, у кого борода. Цепи он мог ковать и наложить на них заклятье именно с помощью бороды. Помнишь, Катенька Воронко отпустила и Елисея освободила? Это именно благодаря тому, что борода у неё в сумке была. Она же и сейчас там, да, Катюша?

– Да, я как раз хотела уточнить, куда её? Может, действительно сжечь? Или ты спрячь куда-нибудь.

– Нет, что ты! Не надо её жечь. Кто знает, сколько он цепей ковал? И кого на них держит, может и до сих пор! И брать я её не буду. Кто снял, тому и владеть. Сумку он ни открыть, ни забрать у тебя не может, да и видеть её не может, ты её прячешь, так что пусть там и лежит. – покивал головой Баюн. – Только пока на озеро одна не ходи, всё-таки. Очень тебя прошу.

– Простите меня, пожалуйста. – Катерина опустила голову.

– Ай, ну что вы девочку совсем загнали! Что это такое! Катюша, хочешь искупаться, говори мне! Я тебя унесу далеко-далеко, за горы! Там есть такое чудесное озеро!

– Жаруся! Прекрати это! – возмутился Баюн. – Какое ещё озеро!

Они от души препирались и получали от этого массу удовольствия, а Волк пришёл к Катерине, уложил голову её на колени и вздохнул:

– Не уходи от меня так. Я просто умирать начинаю. – Катерина увидела в бурой шерсти седые прядки и вот это, наверное, было самым тяжелым за весь день. Она начала гладить загривок и под её рукой седина исчезала, и шерсть заблестела красивым переливчатым каштановым оттенком.

Глава 30. Подарок на свадьбу

Кот огляделся с видом полководца перед наступлением. – Так, все готовы? Все, я спрашиваю?

Катерина сидела на Волке, Жаруся раскрыла крылья над её головой, развлекаясь тем, что меняла цвет её одежды, на Воронко сидел Степан, Кир на Сивке, а Ратко на Вихорьке. Сам Кот готовился прыгнуть на Волка и отправиться на свадьбу. Ему страшно хотелось наведаться к Яге, но время поджимало и он пообещал себе, что при первой же их встрече вредная баба ещё пожалеет, что даже мысль его опоить пришла в её дурную голову! – Если никто ничего не забыл и в сортир никому не надо, мы отправляемся!

– А сам-то? Ты подарок Бажену взял? – усмехнулся Волк, прекрасно помнивший, что заветная шкатулочка так и осталась на лежанке у печи.

– Конеч.. Ааааа! –Кот одним прыжком оказался у Дуба и влетел в распахнувшуюся перед ним дверь. – Ты это специально! – заявил он обиженно, вернувшись из Дуба.

– Что? Забыл за тебя шкатулку? – рассмеялся Бурый. – Садись уже, а то выяснится, что ещё и в сортир тебе ещё приспичило.

Кот с омерзением оглядел насмешника и медленно вернулся в Дуб. Катерина с трудом сохраняла более-менее приличное выражение лица, а мальчишки просто хихикали в сёдлах.

Наконец, взлетели. Катерина ёжилась на ветру. С утра налетели тучи и холодный ветер, казалось, что уже осень начинается, хотя, какая там осень, лето в разгаре! Но, начал накрапывать мелкий дождик, который совсем не собирался прекращаться и постепенно перешел в сильный и холодный ливень.

– Спускаемся! Спускаемся! – взвыл мокрый Баюн.

Катерина как раз была вполне сухой, так как её прикрывали крылья Жар-Птицы, но со всех остальных вода текла ручьями. Они спустились, раскатали избушку и переодевшись в тепле, сразу повеселели. Все, кроме Баюна. Волк встряхнулся на крыльце и вошел почти сухим, правда сразу запахло мокрой шерстью, с Жаруси дождевые капли испарялись ещё не касаясь перьев, все кони, устроившись в бывшем хлеву, покатались в сухом сене и были очень довольны жизнью. А вот Баюн… От встряхивался раз двадцать, но всё равно остался мокрым. Катерина достала из сундука огромное полотенце и принялась его сушить. Кот благодарно подставлял бока и презрительно косился на Бурого.

– От тебя воняет псиной! – наконец заявил вредный Кот.

Волк смутился. – Ну, я могу на крыльце побыть…

– Ещё чего не хватало! – рассердилась Катерина. – Кот, имей совесть!

– Да я же не прошу его выйти, пусть он человеком обернётся и пахнуть будет значительно лучше.

– Так и ты можешь человеком обернуться и быть сухим. – парировала Катерина, которая вычесывала его двумя щетками одновременно.

– Ладно, ладно, в конце концов, я привык. Что же делать, раз приходится со всякими разными сказочными тварями дело иметь! – притворно вздохнул Баюн.

– Это кого ты тут тварями назвал только что? Ты мне надоел!      Девочка, ну-ка в сторону! – Жаруся хищно прищурилась, повела крылом, Кота обдало жаром такой силы, что шерсть не только высохла, но местами даже завилась.

– Ааа, что ты сделала? – Баюн в панике оглядывал себя.

– Как это что? Завивочку. – Жаруся мрачно зависла над котовой головой. – Тебе что? НЕ НРАВИТСЯ???

Когда Жаруся что-то спрашивала таким тоном, возражать было себе дороже, поэтому Кот тут же заявил, что всю свою сказочную жизнь только и мечтал именно о такой шерсти, а дождавшись, пока Жаруся улетела в бывший хлев к коням, придвинулся к Катерине и прошептал её на ухо:

– Радость моя, расчеши ты это! Пожалуйста! А то Кот в локонах… Как-то…