Ольга Назарова – Каждый выбирает для себя (страница 70)
– Мерещится, что Жаруся что-то говорит. – мысли путались. Глаза ему открывать совсем не хотелось. Да и что хорошее можно ожидать? Лешего, который пришел уточнить, готов ли он для дальнейшего приготовления? Но тут он осознал, что дышится ему не в пример легче, и звуки совсем другие. Словно ручей рядом. И запахи другие. Он решился и открыл глаза. И сам себе не поверил. Он лежит на траве под березками на берегу звонкого и говорливого ручейка. У воды потряхивает уздечкой его конь. А рядом…
– Доброе утро, княжич! – Баюн внимательно осмотрел ошеломленного Ратко и кивнул головой. – Пришел в себя, это хорошо. Вот и славно! А то смотрим мы, а конёк-то твой один, а всадник лешему попался. Непорядок, знаешь ли… А ты чего в лес-то туда попал? Али папенька тебя послал с поручением?
– Меня с поручением? – Ратко не успевал за хитрым Баюном. Слишком уж всё быстро поменялось в его жизни, с которой он уже и попрощаться успел. – Нет! Я уехал, то есть убежал!
– А зачем, позволь спросить? – Баюн и сам отлично знал, зачем, но хотел услышать это от княжича, а главное, что бы Катерина услышала! Ей решать, куда девать вот этого встрепанного и перепачканного лесными корнями паренька.
– Я не мог… Я должен… – Ратко завертел головой, пытаясь понять, а где Катерина? Вот Волк, сидит и смотрит в воду, словно ничего более интересного не видел. Вот Жаруся на ветке. Вот мальчишки чего-то вылавливают в ручье. Кони неподалёку. А Катерина-то где? А это ещё кто?
На него спокойно и грустно смотрел какой-то мальчишка, стоящий у березки. Мальчишка? Нет, вот же длиннющая коса, переброшенная через плечо. Синие штаны из грубой ткани, странного покроя рубаха, на ногах не башмачки, а поршни, яркие и очень сложно сшитые, такие Кир и Степан часто носили и называли как-то странно, красовками что ли.
– Ты как себя чувствуешь?
Ратко даже не сразу сообразил о чём она говорит.
– Ты меня не узнал? Да, так я обычно выгляжу. У нас так принято. – грустно сказала Катерина.
Каким-то образом из-под ног исчез Кот, Волк отправился по срочным делам, отогнав от ручья подальше и Кира и Степана, Жаруся поразмыслила и хотела было остаться, но заметила в лапе Баюна зеркальце и перепорхнула поближе к Коту, оставив Ратко в полном недоумении перед её девочкой. Кстати, она, Жаруся, была категорически против этого вида!!!
– Я? Я узнал…
– Вот и хорошо. Тебе лучше?
– Да, мне лучше. Гораздо. – Ратко потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, а почему ему должно быть лучше? Или хуже???
– Слушай, я тебе должна кое-что отдать. – Катерина вертела в руках пергамент с письменным сговором на Ратко и неё. – На, возьми.
– Что это? – Ратко узнал пергамент сразу, но тянул время изо всех сил, пытаясь собраться с мыслями, вспомнить, что он хотел Катерине сказать.
– Сговор, документ на наш сговор. – Катерина кивнула на пергамент, который так и держала в руке.
– Зачем ты мне его даешь? Ты хочешь его разорвать?
– А разве ты сам-то не хочешь? Твой отец совсем другого от меня ожидал, я так поняла, по крайней мере. И ты тоже…
– С чего ты взяла?
– Посмотри на меня! Я вот такая. Я не Злата, и не царевна в драгоценных уборах! У меня не получается следовать вашим правилам. Я не могу ждать нянюшку и мамушку, чтобы куда-то пойти и могу разговаривать с кем угодно сама, без провожатых. Ты можешь это пережить? И хочешь ли это терпеть? – Катерине было очень трудно и сложно. Если бы Ратко был ей безразличен, она бы просто передала ему этот свиток, да и уехала бы не оборачиваясь! Только какое там безразличие, если он ей нравится! Да и столько всего уже было… А теперь он сидит и молчит, смотрит в сторону, как тогда, когда они улетали от князя Борислава в городе. – Ладно. Спасибо тебе за всё, что ты делал.
– Погоди! Я немного не в себе сейчас. Я думал меня леший прикончит. Медленно. А открыл глаза, вокруг вы все. И ты! Дай мне минутку! – Ратко и стыдно было за слабость, и надо было заставить себя встать, а в глазах всё кружилось, словно на ярмарке в яркой карусели в детстве! Он начал вставать, чуть не рухнул, но схватился за ствол березы. Так страшно было, что сейчас он не найдет слов, а она уйдёт и всё. – Вот. Знаешь, я же тебя в штанах уже видал. Рубаха странная… Но, тебе идёт. И поршеньки забавные. Ты точно не Злата и не царевна. – Ратко не очень понимал, что говорит. Чего он несёт-то? Причём тут рубашка и поршеньки? – Не уходи, подожди, прошу! Я сглупил, конечно. Ты никогда и не смогла бы как наши теремные девушки жить. Но и ожидать от тебя больше этого не буду. Если ты хочешь сговор разорвать, рви. Только я всё равно тебя искать буду. Может, чем и пригожусь. – тут береза почему-то куда-то уехала и Ратко осознал, что он сидит у её корней, а небо и земля стремительно кружатся и никак не хотят останавливаться.
Катерина испугалась и кинулась звать Баюна, и только когда Кот авторитетно осмотревший Ратко заявил, что тому просто отдохнуть надо и припомнить, а когда он ел последний раз, немного успокоилась.
– Самую-то главную причину Баюн не назвал. – шепнул Степан Киру на ухо. – Девчонки у нас стали стррррашно ядовитые! Так поговоришь, поговоришь, чувствуешь, всё, кирдык и ррраз копытами кверху. Такие токсичные, жуткая жуть.
Оба оболтуса радостно заржали, не обратив внимания на очень хмурый взгляд всё услышавшего Волка.
Катя отдала обратно Баюну пергамент, который он бережно убрал в свой мешочек. – Ну вот! Какой я молодец!
– Ну, конечно! Девочку-то ты нашел! – подхватила Жаруся, закатив глаза и насмешливо потряхивая головой.
– Правильно, но и не только! Идея-то со сговором чья? Моя! Личная! И…
– И Ратко нашла сама Катерина, тебя даже рядом не было. Близко! – Сивка насмешливо потянул Баюна за хвост и чуть не уронил того на землю.
– Да и ладно! Зато никого нового искать не надо. Пока по крайней мере. А папеньку мы к порядку призовём! – Баюн хитро встопорщил усы и повел лапой по воздуху. – Ишь, тоже мне… Раскомандовался…
Ратко, которому было мерзко даже думать о том, как он рухнул на глазах у Катерины, ничего толком ей не объяснив, сидел за самобранкой и понимал, что больше ни кусочка съесть не может.
Катерину уволокла Жаруся, гневным шепотом потребовавшая немедленно сменить дурацкие портки на приличную одежду! Катя покладисто переоделась в зелёный сарафан и венчик с зелеными хризолитами и мелким жемчугом. Баюн сидел у ручья в тенёчке и наблюдал за юркими мальками, которые крутились у берега.
– Надо решить, куда мы теперь? Алипию сказку мы разбудили, небось не пожалуется. Даже больше очистилось. Настолько больше, что Ратко вон чуть в деликатес для лешего не превратили. Хорошо, что успели. А то компост, это не самое приятное… Княжич, не бледней. Папенька твой, кстати, разгневается, небось?
– Да уж разгневается! – Ратко покрутил головой. – Он вообще не терпит, когда супротив воли его идут.
Кот это никак не прокомментировал, но хорошо его знающим личностям, было очевидно, что князю Бориславу он это не спустит нипочем! Ратко ничего такого не думал, а пытался понять, как бы выяснить, не прогонят ли его? Баюн насмешливо посматривал на напряженного как натянутая тетива княжича.
– Так я понял, что Катерина и ты оставили сговор в силе? – cпросил Баюн.
– Если его кто и разорвёт, то не я. – вскинулся Ратко.
– Ну, если учесть, что она мне пергамент на сохранение вернула, то, как понимаю, разрывать его она не собирается, сейчас по крайней мере. – Кот покосился на облегченно выдохнувшего паренька. – А куда ты теперь уезжать будешь, когда Катерина к себе возвращаться будет?
– Так у меня мои земли есть! Туда и поеду. И вас ждать буду. А пока я с вами, Стоян за вотчиной присмотрит.
– А он-то об этом знает? – уточнил Волк.
– Знает. Он меня сам из кремля выпустил, кстати, а Леон помог от стражи скрыться. – Ратко только головой помотал, припоминая как было трудно, из родного княжества сбежать.
Катерина сидела, прислонившись к стволу березки и смотрела на облака и раздумывала о том, как теперь будет выкручиваться князь Борислав.
– Кать, а Кать. – Степан подобрался слева и улегся боком в траву, опираясь на локоть. – Ты вот мне честно скажи! Ты домашку опять делать будешь??? Вот признайся! У нас же дома каникулы буквально через несколько дней, отметки уже выставлены!
– Чего? Степ, ты что? Ну, ладно Ратко от лешего досталось, он не в себе был, а тебя-то куда несёт? – удивилась Катерина.
– Ааа, Кир, ты проспорил! Катька филонит! И домашку по литере делать не будет!
– Ты не правильно вопрос ставишь! – фыркнул справа из-за березы Кир. – Кать, ты домашку сделала? По литературе? Которую нам подло задали после экзаменов?
– Сделала. – расхохоталась Катерина гладя на обескураженного Степана. – Прости Степочка, я автоматически, наверное. Как-то так ррраз и сделала.
– Блин! – Степан лёг ничком в траву, откуда послышался его приглушенный голос. – Ты ещё скажи, что она сама сделалась!
– Не ворчи, я тебе уже тетрадку отложила. Вернемся, сразу и возьмешь. – Катерина улыбнулась обнадеженному Степану.
– А я? А мне? – Кир вывалился из-за березы, и дурачась умоляюще сложил руки.
– А тебе выигранную шоколадку. – важно ответил вредный Степан. – И никакой домашки!!! И так тебе и надо!
Катерина так обрадовалась возвращению в Дуб! Ратко пока был с ними, Кот решил немного подождать и посмотреть, что там его папенька придумает. Волк вернулся к активным тренировкам, к которым с радостью присоединялся и средний княжич. Баюн наблюдал в зеркальце за событиями при дворе князя Борислава, кушал, отдыхал, развлекался бодрящими стычками с Волком и выискивал сказки, которые можно разбудить.