Ольга Назарова – Как найти врата? (страница 34)

— Иди прочь, ведьма! Коня я забираю, а с вами еще разберусь! — рявкнул Гаврилов.

И тут случилось сразу несколько событий. Решительно отодвинув метлой папу и дедушку, которые спешили на помощь, и успокаивающе кивнув головой бабушке, маме и Катерине, к Гавриловым приблизилась Яга и с видимым удовольствием их осмотрела.

— Это что еще за старуха? — небрежно прищурилась Гарилова. Если и было что-то, чем она могла ухудшить и без того плачевное свое положение, то это было именно упоминание о возрасте Яги.

— Это, гражданочка, вам не старуха, а Ядвига Бабаевна, и попрошу повежливее. — спокойно сообщил им Сивка — Бурка, отчего у Гавриловых непроизвольно открылись рты.

— Чего? — глупо переспросил Гаврилов у коня.

— А того! — взвизгнула разъяренная Яга, свистнула, около нее тут же возникла ступа, Яга оказалась в ступе, как будто её ветром туда занесло. И, махнув метлой, Яга оторвалась от земли, подлетела к Гавриловым с ледяной вежливостью объяснила:

— Вы даму ведьмой назвали. Напрасно. Очень! Если она столько лет с вами по соседству жила и вы еще целы, то она исключительно добрый человек. Ведьма тут я! Яга меня зовут! Слыхали? А теперь еще и деле увидите!!! — с этими словами Яга взмахнула метлой и с хрустом опустила ее на лысину Гаврилова, смахнув его летнюю кепку. Потом метла поднялась вновь и опустилась теперь на голову Гавриловой, мгновенно превратив ее в растрёпанное воронье гнездо. Сивка заржал. Тут, разбуженный шумом, на крыльцо вышел Баюн и осведомился:

— А что это вы тут делаете? Я решил прилечь перед дорожкой, а вы так шумите. А, это вы шумите? — вежливо обратился Кот к Гавриловым. — Здрасте!

Катрина даже в полёте на Байкал никак не могла сдержаться от смеха каждый раз, когда вспоминала этот момент. Она с трудом удерживалась на широкой спине Сивки, и пару раз ловила Баюна, который заходился смехом и терял бдительность так, что его пришлось пересадить в ступу Яги, летевшую рядом. Яга, впрочем, была только рада.

— Как я их, а? Ну вы же видали!!! Редко такая славная добыча перепадет!

— А почему добыча? — осторожно решила уточнить Катя.

— А потому, что от души потешиться я могу только с теми, кто этого заслуживает. Эти ваши соседушки заслужили полностью! К доброму человеку со злом мне не подступиться, не пропустят меня. Если человек сам к ведьме идет, дурак, значит, сам напросился на гадости, тут могу пакостничать. И пакостничаю! Или, если человек уж очень поганый, как ваши Гавриловы! — она грозно сверкнула глазами. — Работа такая. Но я-то так, учу уму-разуму, я-то сказочная. А вот от настоящих ведьм добра не жди! Погубить только могут. — Яга прицокнула языком и захохотала, с удовольствием вспоминая как Гавриловы метались по двору, и заскочили на соседний участок и там наткнулись на избу, которая шла уточнить, не помочь ли хозяйке. И как изба затопала на них огромными куриными ногами, а Гавриловы с истошными криками полезли через забор, а она, Яга помогала им, с удовольствием подбадривая меткими ударами метлой. С истошными криками промчавшись по улице, соседи кинулись на свой участок, но Яге их высоченный забор был нипочем, и она с наслаждением продолжила погоню, и даже закрытые перед ее носом двери дома ее никак не смутили. Одним взмахом метлы преграда была сметена, и, круша баррикады, воздвигнутые из мебели, Яга нашла хозяев, в погребе, вцепившихся в крохотную бумажную иконку, случайно оказавшуюся в их доме. Яга приближаться не стала, но подробно и красочно объяснила Гавриловым, что она с ними сделает, если те еще раз посмеют вредить людям или животным. А так же хамить приличным соседям.

— Яга Бабаевна, а кто вас не пропустит со злом к доброму человеку? — осмелилась спросить Катя.

— Как кто? Ангел-хранитель. Если он есть, конечно. — совершенно спокойно объяснила Яга. — Ты его не видишь, конечно, но он рядом с человеком. Если только человек сам от себя своего ангела не отгоняет.

— А кто же отгонит своего ангела-хранителя? — очень удивилась Катя.

— Не кто, а что. Поступки. Мысли. Злые, жестокие, гневные, завистливые. Хранитель приблизиться не может к человеку, постоянно творящему нехорошие дела, думающему что-то совсем плохое, привыкшему к этому. Хочет подойти, да не может! Сами же себе и вредите. Эти вот, Гавриловы ваши тоже. А, ну их! Кот заканчивай хихикать! Скоро к Байкалу подлетим.

Глава 17. Поиск Горыныча

Катерина увидела край огромного водного пространства, к которому они летели. Ей и в голову не могло прийти раньше, что это такое красивое место. Но размеры были настолько непривычными, что Катерина притихла и только молча смотрела по сторонам.

Вода, прозрачная настолько, что видно дно, и ее невероятно много! Как море! Катя перед этим путешествием смотрела фотографии Байкала, но не была готова к тому, что увидела. Было неожиданно тепло. Катя начала расстегивать куртку.

— Куда, куда, а ну-ка застегнись! — Яга бдительно наблюдала за Катериной. — Тебе что велено? Не простыть! Бабушку слушать надо! Она тебе говорила, чтоб ты осторожнее с одеждой была?

— Так жарко же! — оправдывалась Катя.

— Жарко сейчас, а вот Сарма налетит, узнаешь, можно ли доверять тут погоде! — сказал Сивка, принюхиваясь к ветерку.

— А Сарма это что? — решила уточнить Катя.

— Ветер это над Ольхоном. Налетает неожиданно, и очень коварно. Вот по-моему нам с ним сейчас и предстоит встретится. Яга, внимательно! Он порывистый и сильный!

— Не учи ученую! — захохотала Яга. — Нам хороший ветер не помеха, да и плохой тоже!

— Яга, верни меня на Сивку! Я с ним полечу! — взвыл Баюн, оценив перспективы полета с Ягой, которая действительно любила летать в ветреную погоду, а иногда сама ее и устраивала.

— Сиди там! Спустись пониже в ступу и сиди! Там сейчас безопаснее будет! — крикнул ему Сивка. Крикнул потому, что легкий и приятный прохладный ветерок, к которому Сивка принюхивался, буквально за пару минут превратился в ураганный ветер. Катя вцепилась в гриву Сивки и прижалась к нему.

— Держись крепче! Полетим за Ягой. Она со своим помелом с ветром поладит! — крикнул Сивка Кате.

И действительно, впереди оказалась Яга, которая размахивала помелом, разгоняя тугие ветреные порывы, начало казаться, что они летят в узком коридоре, образованном потоками воздуха. Потом Яга со ступой нырнула вниз, Сивка последовал за ней, ветер остался бушевать чуть выше, а они уже летели над озером, подлетая к Ольхону.

Когда Катя улетала из Подмосковья, там было начало лета — влажного, дождливого, но лета. Здесь же бррр, ранняя весна, холодный и кажется прозрачный воздух, трава уже зеленая, но листья на деревьях только — только открываются. Катерина поежилась и потянула молнию куртки повыше. Пролетающая мимо Яга, одобрительно кивнула. Не иначе, имела с бабушкой беседу, и решила контролировать, как Катя одета.

Избегая людных мест, Сивка-Бурка нырнул под какой-то обрыв, плотно заросший кустарником, а дальше, мимо уступов, прямо у воды заскочил за скалу, и оказался в пещере. Вода плещется у самых копыт Сивки, над головой где-то в темноте теряются каменные своды. Пещера длинная и гулкая.

— Сивка, а Горыныч тут живет? — прошептала Катя.

— Нет, что ты! Это только начало пещеры. Яга, не отставай! И подсвети что ли, а то темновато.

Яга вынула перо Жаруси, оно ярко вспыхнуло и осветило ровным теплым золотистым светом и Ягу и ошалелого Кота, опасливо выглядывающего из ступы, и Сивку с Катей на спине, и стены пещеры, почему-то розоватые, а не темные, как думала Катя.

— Это мрамор. — объяснил ей Сивка. — Горыныч, оказывается, всегда мечтал жить в мраморном дворце.

Они летели над водой вперед и сворачивали в бесчисленные ответвления так долго, что Катя, которая пыталась считать повороты и запоминать направление движения, совсем сбилась и запуталась.

— Так, скоро прилетим. — спокойно сказал Кот.

— А откуда ты знаешь? Ты же здесь не был. — удивилась Катя.

— А едой запахло, вот и знает, — рассмеялась Яга.

Еще поворот и Катя увидела, что пол пещеры стал выше, и теперь они летят над ровной мраморной поверхностью, абсолютно сухой и чистой. Кате почему-то всегда казалось, что у логова Горыныча должно быть грязно. А тут такая чистота…

Еще раз повернули и поднялись еще выше, и вот большущая пещера, очень красивая, ярко освещенная. Еще бы, тут сама Жаруся! Она удобно устроилась на стволе дерева, воткнутом между камнями. Отчетливо видны все углы пещеры. Вот и Конек-Горбунок, лежит и крепко спит на охапке сена, величиной с половину стога. Под стогом сидит Волк и разглядывает скатерть-самобранку, Финист, в теплом комбинезоне защитного цвета лежит на спине рядом с Коньком.

Яга мгновенно осмотрела всю эту безмятежную картину, и со свистом пронеслась над стогом, смахнув с него племянничка.

— Даже голову лень было поднять, да? Никакого почтения! Нет бы, поприветствовать тетушку как положено!

— Дорогая, даже скажем так, драгоценнейшая моя тетушка, так никаких фанфар, звуков труб, криков или там прочих сигналов о вашем прибытии не наблюдалось! Почем я должен был знать, что вы на подлете?

— А сердцем чуять? — грозно рявкнула Яга.

— Ах, оставьте ваши выступления, лучше отдохните с дороги. — Финист грациозно встал, отряхнулся и шутливо поклонился всей прибывшей компании.