Ольга Назарова – Дорога в туман (страница 38)

– Кать, ты только не плачь, ты обязательно искупаешься в этом озере, и все будет хорошо! Правда, ведь? – Cтепан оглянулся на Волка и Жарусю и испугался ещё больше. Они оба были очень мрачные. – Что? Что не так?

– Озеро это исчезло. – обреченно сказал Волк.

– Как это исчезло?

– Да так, нет его уже много лет. Было огромное озеро, а потом почему-то вода вся ушла, а вместо воды какая-то пакость илистая образовалась, но в ней не искупаешься. – он опустил голову. А потом решительно заявил, – Не может же такого быть, чтобы не было другого средства! Катя, не бойся! Я сейчас Ягу приведу, Жаруся, проводи её к Дубу. – подскочил и умчался в небо.

Катерина печально ковыляла по тропинке, стараясь не смотреть ни на Степана, который смотрел на неё с сочувствием и ужасом, ни на Гуслика, который смотрел с таким восхищением, что хотелось повторить движение Волка и пнуть этого пернатого балбеса! Жаруся, умница, летела над головой, и ничего не говорила, а потом, не выдержав, спикировала к Катерине, прихватила её за перышки на спине и скомандовала:

– Крылья расправь! – Катерина распахнула белоснежные крылья, и легко взлетела. Разумеется, без помощи Жаруси у неё ничего такого и в жизни не получилось бы! Лебеди вообще взлетают тяжело, а при учете того, что Катерина понятия не имела, как это делать, и пробовать бы не решилась.

Жаруся запросто обогнала Степана и Гуслика, и полетела высоко-высоко в облака.

– Куда? Куда ты её несешь?? – кричал снизу Степан.

– Катюша, слушай меня внимательно! На Ягу надежды мало. Она птичьими премудростями не владеет. Это только лебеди знают, так что, скорее всего, единственный способ и есть тот, который Гуслик назвал. Не плачь! Мы сейчас навестим Ягу, на всякий случай, а если она ничего не подскажет, полетим на Бездонное озеро. Будем думать, когда долетим и его увидим, а вдруг вода вернулась?

Жаруся спикировала вниз, Катерину охватил знакомый восторг полета, только теперь-то крылья у неё были и она полностью ощущала то, что чувствуют только птицы. Внизу по лугу тяжело затопали куриные ноги избушки Бабы-Яги, и рядом с летящими Жарусей и Катериной возник Волк.

– Спускайтесь. – крикнул он, и рванул вниз, предупредить Ягу, что надо останавливаться.

Яга шустро выскочила из избушки, перехватила опускающуюся Катерину, и внимательно её осмотрела.

– Ой, беда-то! И правда, лебединая вода попала! – заголосила она.

– Яга! Ты чего-нибудь полезно сделать можешь? Или только выть можешь? Так я и сам сейчас завою! – Волк прыгнул рядом и сердито уставился на Ягу.

– Полезное? Да в Бездонном её искупаться бы, и все смоется. Да там же воды нет! А больше ничем не помочь! – переживала Яга.

– Так, а почему там вода ушла? – решительно спросила Жаруся, глядя как к ним бежит совершенно запыхавшийся Степан.

– А кто ж его знает. Просто все озеро илом покрыто, воды нет ни капли. – расстроено проговорила Яга.

– А не могло такое случиться, что это просто слой ила, а под ним вода? – задумчиво предположил Волк.

– Да у нас может быть все, что угодно. – ответила ему Яга. – Есть у меня книга одна, надо проверить, заходите.

Катерина чувствовала себя в лебедином обличии очень неуютно. Она потопталась в избе, а потом тихонько вышла наружу. К ней присоединила Жаруся.

– Знаешь, дорогая моя, а полетели-ка на Бездонное озеро, чего время терять? – вдруг предложила Кате Жар-птица. И Катерина с радостью согласилась. – Мы улетели на озеро, догоняйте, как чего узнаете! – крикнула Жаруся в открытую дверь избы, и стремительно взмыла в небо вместе с Катериной.

Жар-Птица летела быстро, и очень скоро между высоченными соснами Катерина увидела огромное пространство, заполненное илом.

– Какое оно было большое! – крикнула она Жарусе и порадовалась, что та понимает лебединый язык.

– Да, огромное. И глубокое было. Странно только вот что, что вода исчезла в одну ночь. Как будто весь ил всплыл. Давай-ка не берегу присядем и посмотрим поближе.

Они опустились на берег, который полого спускался к илу.

– Смотри, там ничего не растет. А ил очень плодородный, может и правда, под ним вода. – вдруг сообразила Катерина.

– Возможно, только не ясно, какой там слой этого ила. Может, несколько метров. – с сомнением оглядывала бывшее озеро Жаруся. Она подхватила лапой длинную ветку, валявшуюся на берегу и, взлетев, опустила её в ил. Ветка легко погрузилась, потом Жаруся достала ветку и печально её осмотрела. Ветка вся была покрыта густой илистой массой.

И тут рядом зашумели лебединые крылья, и неуклюже переваливаясь в попытках остановиться, к ним присоединился Гуслик.

– Почему ты не идешь в воду? – спросил он у Кати. – Ты передумала? Может, ты хочешь остаться лебедкой? Ты очень красивая. Я был бы рад.

– Ты чего, дурень, в мужья ей набиваешься? – Жаруся гневно посмотрела на Гуслика.

– А что? Я был бы счастлив. Она же красавица! Я ей хорошим мужем буду, – заторопился Гуслик. –Она же не хочет превращаться обратно.

– Да с чего ты взял-то, дурень, что она хочет остаться лебедем? – крикнула Жаруся.

– Так чего она… – тут Гуслик как-то странно покосился на Катерину и замолк.

– Чего она что? – переспросила Жаруся. Но Гуслик только головой помотал и уставился на небо.

Катя тоже подняла голову и ахнула, за всеми этими приключениями, она и не поняла, что время-то уже близится к вечеру.

– Не плачь, я сейчас облечу озеро, может что-то в голову придет! – скомандовала Жаруся и плеснув крыльями, влетела вверх.

Гуслик покосился на Катю. – Ты можешь быть очень счастливой, если останешься лебедушкой. – вдруг заявил он. – Если тебе не нравлюсь я, у нас есть много других очень красивых и славных лебедей. Тем более, что времени остается уже немного. Так что тебе надо только чуть-чуть подождать.

– Гуслик, ты мне очень нравишься, как просто лебедь. И я не хочу оставаться лебедушкой, сколько бы у вас не было прекрасных лебедей. Я хочу стать обратно девочкой, но как мне это сделать, если тут нет воды?

– Как же стать? Как же… – бормотал Гуслик, глядя на небо. Катя посмотрела на Гуслика, и вдруг сообразила, что как лебедь, она прекрасно понимает, что он хитрит. Что-то знает, такое, чего она не поймет никак. И что может её обратно превратить.

– Гуслик, пожалуйста! Я очень тебя прошу! Помоги мне! Я не хочу быть лебедем. Вы прекрасные, чудесные птицы, одни из самых красивых в мире. Но, я-то человек. Представь, что ты станешь человеком и не сможешь быть лебедем. Не сможешь летать, так плавать как ты сейчас можешь? Смотреть на мир, как лебедь. Мы же даже видим все по-разному. Обзор совсем другой и цвета по-другому воспринимаются. – Катерина старалась говорить как можно понятнее.

– Я тебе и правда нравлюсь? – вдруг спросил Гуслик.

Если бы Катерина была в своем обычном виде, то она бы зубами заскрипела. – Это что, все, что он услышал из того, что я сказала? – с отчаянием подумала она. Но сдержалась. С Гусликом лучше было говорить мягко.

– Гуслик, подумай сам, я же полезла тебя вытаскивать. Правда?

– Да, ты меня выручила. – глубокомысленно признал Гуслик. – Ну, не знаю, не знаю, по-моему быть лебедем самое лучшее, что может быть на свете! – решительно заявил этот пернатый балбес.

– Да, точно! Но, для лебедя. Для человека, самое лучшее, это быть человеком. – как можно убедительнее сказала Гуслику Катерина.

– Подожди, я должен это обдумать! – и лебедь стал думать.

Катерина смотрела на небо, и видела, что солнце все ниже.

– Ладно, я подумал. Если ты не понимаешь своего счастья, ты очень глупая, красивая, но глупая. Раз ты мне помогла, и я готов тебе тоже помочь. – решительно заявил Гуслик. – Ты должна искупаться в воде Бездонного озера и станешь человеком! – гордо произнес он.

Катерина чуть сдержалась, чтобы его не клюнуть! Потом с безнадеги хотела постучать головой о ближайшую сосну, но постаравшись успокоиться, подышала немного, делая глубокие вдохи и такие же выдохи и кротко сказала.

– Гусличек, так в этом-то беда. Вода из озера ушла. Ты разве не видишь? – она кивнула головой на грязную массу, заполнившую всё озеро.

– Да нет же! Это вода! Водяные местные так сделали. Люди слишком часто стали к озеру наведываться, вот водяные и придумали так озеро защитить. Я думал, ты видишь, что это вода. Тебе надо взлететь, и повыше, и спикировать в озеро. И ты обернешься обратно. И станешь человеком, раз уж ты так этого хочешь, но у тебя ещё есть шанс передумать.

Катерина лихорадочно оглядывала небо. – Да где же Жаруся?

Вскоре в небе появилась не только Жаруся, но и Волк, который успел с ней отчаянно поругаться, за то, что она куда-то самовольно унесла Катерину, да ещё её одну оставила.

– Жаруся, скорее, мне надо подняться повыше! – закричала Катя, со всех ног торопясь к тому месту, где приземлилась Жар-Птица. Лебеди бегают не очень хорошо, поэтому Жаруся подхватила несчастную лебедушку-Катю, когда та споткнулась и чуть кувырком не полетела. – Вверх, вверх, скорее. – успела проговорить Катя, и Жар-Птица взмыла в небо. На берегу метался ничего не разобравший Волк, который не понял, куда они так стремительно несутся, и можно ли и ему тоже с ними. А потом он с ужасом увидел, как Жаруся разжала когти, лебедушка сложила крылья, и начала стремительно падать вниз. Катя закрыла глаза, иначе бы никогда не решилась, тем более, что ил скорее напоминал землю, а она и с самой низкой вышки в бассейне никогда не могла заставить себя прыгнуть. Волк, видя, что она падает, рванулся было перехватить, но уже не успел и застыл в оцепенении над илистой поверхностью, сомкнувшейся над белоснежной птицей.