Ольга Назарова – Дом с секретом (страница 55)
«Тамбур какой-то! – догадалась хитрая Валя. – Ну ладно, с этой стороны никак, тогда я с машиной его сыграю. Всё равно никуда не денется!»
На самом деле, иного выхода для себя Валя не видела.
«Бэху потеряла, а семейка небось злорадничать будет, скажут, что раз я ничего так и не добилась, то нечего и время терять. Типа "возвращайся, дочка!" А я вам ррраз, и Соколовского под нос! Выкусите!»
Мысль о том, что её родные, узнав о произошедшем на дороге, вовсе не злорадничать стали бы, а утешать её и переживать о том, что она могла бы пострадать, ей и в голову не приходила – каждый судит по себе!
Кто ж виноват в том, что в детстве она вовсе не родителей слушала, а телевизор, и училась не у близких, а у тех, кто поразил её блеском и якобы «простотой получения всего и сразу»?
Новая идея Валентины была воплощена в жизнь быстро и довольно искусно – когда Соколовский сел за руль и завёл машину, Валя вышла из клиники, вроде как воздухом подышать – клиентов на ресепшене всё равно не было.
А дальше у неё внезапно закружилась голова как раз у капота машины Филиппа.
По расчётам Валентины, она должна была «попасть под машину» актёра, красиво упасть, не забыв, что уже несколько дней специально для этого надевает на работу юбку с высоким разрезом и блузу с экстремальным декольте.
«Соколовский, конечно, выскочит из машины, кинется смотреть, а тут я…» – воображение рисовало её изящное обмякшее тело в объятиях перепуганного Филиппа.
«Да, пусть сначала просто испугается, что ему придётся мне что-то выплачивать из-за травмы, но я, конечно, откажусь, зато попрошу меня подвезти домой – мол, голова болит. До квартирки ехать долго, да и пробки сейчас, так что времени мне хватит!»
Когда он тронул машину, «фигня» оказалась не просто неожиданно близко, а ещё явно метила упасть поближе к его капоту.
«Опять? Да что ж у них такая скудная фантазия!» – рассердился Соколовский, реагируя значительно быстрее, чем могла рассчитывать Валя.
Проблема была в том, что места для манёвров было явно недостаточно – дворик небольшой, всего несколько машин можно поставить, а всё остальное занимают газон, кусты и деревья, которые он категорически запретил спиливать.
Резкий поворот руля бросил машину на одно из деревьев, а оно вдруг изогнулось так, чтобы избежать столкновения с бампером автомобиля. Валентина, уже картинно раскинувшаяся на газончике, это видела совершенно ясно и могла бы в этом поклясться.
Соколовский только усмехнулся, в очередной раз похвалив себя за то, что подружился с Шушаной.
«Исключительно трудолюбивая и внимательная норушь! – подумал он. – И потрясающе неумная девица!»
Филипп открыл окно, с сомнением осмотрел картину на газоне и посоветовал:
– Если вы, уважаемая, решили в Анну Каренину поиграть, то это лучше на вокзале делать… Так скажем, точно по описанной инструкции. Только потом всё будет выглядеть печально и крайне некрасиво, отвратительно! А я, если ещё раз замечу вас около своей машины, буду считать, что вы домогаетесь моего внимания, следовательно, на работе не делом занимаетесь, за которое вам деньги платят, а ерундой всякой. Я понятно выражаюсь?
Оскорблённая Валентина хотела бы сказать, что вовсе не домогалась, а просто… упала так, и вообще, он её машиной ударил, ей к врачу надо!
Хотела, но не успела.
– А если вы сейчас будете говорить, что это вы не просто так упали, а я вас машиной задел и вам срочно надо к врачу и миллион возмещения, то имейте в виду, что у меня автомобиль оборудован несколькими камерами, и двор здесь тоже под видеонаблюдением – не позорьтесь окончательно! – усмехнулся Соколовский, аккуратно съезжая с газона.
Валентина чуть не завыла от крайней неприязни к этому типу.
– Нe-нa-ви-жу э-тo-го гa-дa! – прошипела она, глядя вслед габаритным огням его машины.
Потом попыталась встать, и…
– А чего это у нас с Валентиной случилось? – удивился через некоторое время Иван Степанович. – Зачем она пинает стену?
– Я так и не понял! – отозвался молодой ветеринар Константин, выглянувший из кабинета на шум. – Вроде как дверь открыть пытается… в глухой стене!
– Ногтями стену скребёт… – поёжилось начальство, осознав, что у него-то день ещё очень хороший! А что? Всё познаётся в сравнении – вон оно как у других-то бывает…
– Бррр, аж мурашки по спине от звука, – осознал он.
К администратору, которая внезапно потеряла где-то во дворе рассудок, он вышел с приличной долей сомнения.
«А что делать? А кому сейчас легко? – подбадривал он свою решимость. Ничего-ничего, я и к собачкам ходил, к которым и хозяева боялись, и быка как-то осматривать пришлось. А он в такооом плохом настроении пребывал. И с тиграми дело имел. И с этой тигрой как-нибудь управлюсь! – убеждал себя Степаныч. – Главное, говорить с ней спокойно и ласково!»
– Валечка, а что вы там ищете? – медоточивым голосом уточнил он.
– Да ручка дверная отвалилась! – разъярённо отозвалась Валя, которая ясно видела перед собой входную дверь и пыталась её открыть. – Выходила подышать – всё было на месте, а потом… упала, и ручка куда-то делась!
– Ээээ, упали? – слабым голосом уточнило начальство.
Валя хотела было обвинить Соколовского, но вспомнила о том, что он говорил про камеры…
– Да, упала вон там, а потом за корни деревьев зацепилась и ещё пару раз падала.
– Кооорни… – Степаныч смотрел на безукоризненно ровный газон там, куда тыкала пальцем администратор. – Понятно… это бывает с каждым! Так вы, может, в клинику зайдёте, посидите, это… чай попьёте?
Он пошире распахнул входную дверь, и Валентина уставилась на него, а потом перевела взгляд на абсолютно ровную стену, где она только что видела дверь.
– Ой… не поняла!
– Да вы не переживайте, Валечка, заходите, отдохните, а потом и это… домой. Я вас пораньше отпускаю.
Конечно, ни он, ни кто другой, кроме Тани, так и не поняли, что это просто подарок для Валентины. «Позаслужный» подарок от управительницы здешних домов.
Он пропустил вперёд Валентину и вытер пот со лба. – «Ну и денёк сегодня! И зачем я в начальство полез?» – раздумывал он, пока жалостливая Вероника бегала вокруг притихшей и озадаченной Вали, наливая ей чай и предлагая успокоительное…
От успокоительного не отказались бы и родители… И не какие-то, а почти все родители выпускников, которые собирались на следующий день отметить расставание со своими школами.
Разные школы, разные учителя, очень-преочень разные дети… Кто-то искренне расстраивается и чуть ли не плачет, кто-то подпрыгивает от радости, кто-то облегчённо вздыхает, предвкушая, что ему больше никогда не придётся садиться за школьную парту.
Вран собирался на выпускной со смешанными чувствами. Были учителя, которые ему очень нравились, были неплохие ребята среди одноклассников – они не задевали и не издевались над мелким и слабосильным Ромкой Чернокрыловым.
«Но остальные… неее, я, пожалуй, только ррад буду, если больше никогда в жизни их не увижу!» – решил он.
Он бы и вовсе не пошёл на это мероприятие, но…
– Врранчик, ты должен! Я пррямо прредвкушаю, как все будут завидовать и восторрргаться тобой! – щебетала мама.
– Я не хочу!
– Тогда я позвоню… Танечке и попррошу её, чтобы она тебя отвезла! – к превеликому счастью Врана, родители уехали к дальним родственникам на ежегодную встречу, вот мать и жаждала похвастаться фотографиями своего самого-самого удачного воронёнка! Так что от присутствия родителей он был избавлен, но оказалось, что мать дистанционно запросто может достать Татьяну.
– Нет! – резко и хрипло сказал он. – Хорррошо! Я схожу.
– Кошмаррр! – прокомментировал Вран свою беседу, отключив смартфон. – Пррридётся перрреться!
Знал бы он, кто его там с нетерпением поджидает, наверное, предпочёл бы оказаться на семейном слёте…
Глава 36.
Фурийные планы