Ольга Назарова – Дом с секретом (страница 34)
Вран не знал, что за ним наблюдает Соколовский. Наблюдает и довольно-таки точно отслеживает все ходы «решательного» процесса, но не вмешивается – такие вещи надо принимать самому.
«Ну… понеслось – замечтал, что его примут нового-красивого-мощного, – думал Соколовский. – А тут явно про девицу какую-то вспомнил – глупое такое выражение на лице, аж смешно. Неужели не поймёт, соблазнится? Жаль! А… вот уже начал соображать более реально – запечалился. Видать, реальность вспоминает».
Когда Вран дошёл до размышлений по поводу Тани, Соколовскому пришлось отпить сока и сделать вид, что он поперхнулся, – скрыть улыбку.
«Точно! Ну точно просчитывает, что Татьяна без него пропадёт! Вот же чудак какой. Нет, этот стоит моего вмешательства – забавный паренёк. Да и воронам по клюву дать не помешает. Вообще уже совесть потеряли!»
«А потом… ну ладно, пусть даже я без особых иллюзий вернусь в семью. Так они же мною будут управлять как захотят. Да, понятно, что в деревню не отправят – скорее всего, откупятся от обещания, но заставят заниматься «родовым» бизнесом, а он мне ни разу не прррислонился! – фыркнул Вран. – А с женитьбой? Ведь шла речь о том, что меня – в деревню, а когда я ррепутацию семьи порртить не буду – брратьям пррисматривать воррониц. То есть сейчас и мне тоже будут прррисматривать. А оно мне сейчас надо?»
С потрясающей ясностью Вран осознал – нет! Не хочет он, чтобы за него решали всю его жизнь. Да, семья – это очень-очень важно, но не тогда, когда это не любящие родители, а господа-повелители-родители и рабы-подчинённые-дети.
«А что делать, если у меня именно так? – подумал он. – Искать другое – то место, где я по-настоящему нужен. Только… только, кажется, я его уже нашёл! Так чего я сомневаюсь?»
На душе стало тепло, словно он из сырой промозглости подвала на солнышко вышел.
«Тогда всё прравильно, всё так и надо! – понял он. – Тут я и прригожусь…»
Вран сполз с подоконника, где устроился «наподумать», и, поймав Танин взгляд, кивнул ей.
– Я… я бы хотел остаться у тебя. Можно?
– Нужно! – улыбнулась ему Татьяна, вовремя дёрнув за лапу очень предприимчивую лисицу Лись, которая тянулась к тарелке Врана, так сказать, освободить её перед прибытием хозяина.
– Только я не очень понимаю, как я буду жить, где работать… – признался Вран.
– Ну, я тебя с удовольствием трудоустрою, и даже на две ставки! – обрадовал его Соколовский. – Во-первых, мне нужен толковый разведчик. Вот я точно знаю, что в лесу в Смоленской области прячется один из… гм… медведей. Ну, ты понял, о каких я, да?
– Понял, – Вран кивнул. Мишки из исконных земель могли быть с весьма разными характерами, соответственно, и вели себя по-разному.
– Тех людей-детективов, которые работают сейчас в моём агентстве, я могу посылать за теми, кто передаёт мне информацию по птичьей почте. Да, они могут поехать в указанное мной место и забрать того, кого я скажу, но за медведем их не пошлёшь, а по слухам, он ещё и болен… Танечка, вы, кстати, медведей боитесь? – любезно уточнил Филипп у Татьяны.
– Кстати, боюсь, – кивнула Таня. – Но если нужно и если вы сможете обеспечить мне безопасность, и медведем займусь.
Вран хотел было вспылить – куда этот ненормальный Таню отсылает, но потом прищурился и смолчал. Если что, он всегда сможет медведя «не найти», но лучше быть в курсе, что и как может угрожать, – тогда и защитить можно.
– Хорошо, я согласен. А какая вторая работа?
– В программировании шаришь? – уточнил Филипп, – Если с математикой дружишь, то даже если не очень понимаешь, я тебя на курсы пошлю, всё оплачу, конечно… Проблема в том, что мне нужен свой сотрудник для контроля за моими делами. Агент у меня есть, а вот айтишника нет… Короче, иди на курсы, подавай документы в вуз, жить можешь или тут, или у меня – там места хватит. А вот с родичами твоими надо будет пообщаться, только чуть попозже.
– Почему попозже? – уточнила Таня.
– А когда изменения будут очевиднее, тогда и пообщаемся… – многообещающе хмыкнул Филипп. – И да… Лись, давай-ка не наглей. Выползай из чужих тарелок, и через неделю я тебя обратно отправлю – нечего тебе в городе делать.
– А я? А мяу? – запереживал Терентий.
– А ты пригодишься в гостинице – головы посетителям морочить. Ты ж способен заговорить до состояния полного отрыва от реальности! – хмыкнул Соколовский, поднимаясь из-за стола.
– Ты про квартиру помнишь? – пискнула Шушана.
– Разумеется. Сколько там до вашего, Танечка, развода, осталось? Вот прямо как разведётесь, так и оформим – я уже созвонился с квартирной владелицей.
После такого содержательного вечера ночь оказалась на редкость приятной и спокойной – видимо, как предчувствовала, что её сменит весьма бурный день.
Стоило только Тане прийти на работу, как к ней в кабинет заявилась Валентина, с непривычно-увесистым макияжем и решительным настроем.
Макияж скрывал царапину на щеке, а настрой был приготовлен специально для Татьяны.
– Так! Я хочу, чтобы ты знала – я и твой муж теперь вместе! Поняла? Я никому не позволю нас разлучить! И только попробуй затянуть развод – я тебя просто уничтожу! – решительно заявила Валентина ошарашенной Татьяне. – Ты меня слышишь?
– Ээээ, а ты Антонину Сергеевну уже видела? Ну, Димомаму?
Глава 22.
Разведка миром
Валентина презрительно осмотрела Таню.
– Да мне нaчхaть на его мать! Я – не ты!
Та ещё что-то повысказывала бы, но тут пришли пациенты с истошно скандалящим крохотным той-терьером, которому требовалось провести очень сложную операцию по стрижке когтей, так что продолжать разговор было физически невозможно. Двухкилограммовое создание орало так, что уши закладывало…
– Он боится! Ему будет больно! – в моменты, когда крошечный пёс по имени Цезарь затихал, чтобы восполнить запас воздуха, стенала хозяйка. – Цезик мой, ну потерпи, бубусечка.
Татьяна филигранно убедила хозяйку в том, что бубусечка будет волноваться ещё больше от переживаний своей владелицы, и изящно отправила её за новыми игрушками для Цезика в небольшой, но весьма богатый зоомагазин, устроенный недавно в подвальном помещении клиники, а сама строго посмотрела на него.
– И чего ты такие концерты закатываешь? В прошлый раз постригли всё за пару минут, а ты перед этим полчаса истерил. Не стыдно?
Шушана, которая от любопытства уже извелась – ну интересно же, чего этот чудик так гомонит, выбежала из-за шкафа и поинтересовалась у Цезаря.
– Слушай, а правда, ты чего такой громкий? Только не ори! Спокойно скажи.
Она выслушала повизгивания, от которых закладывало уши не только у неё, но и у пары голубей за окном, а потом объяснила Тане:
– Говорит, что иначе, его всерьёз не воспринимают – он мелкий, так хоть что-то солидное должно же быть! Вот он так и солидничает.
– Ай, как жаль! – коварная Таня прицокнула языком. – Я-то думала, что он, наоборот, хочет показаться меньше, ну, как этакий маленький щеночек.
Пёс возмутился так, что Тане показалось – сейчас стёкла повылетают, вон даже голуби с окна попадали, хорошо, если не в обморок!
– Хочешь понять, почему я так думаю? – понимающе уточнила Таня. – Потому что я не видела ни одного крупного взрослого пса, который бы истерил и орал, чтобы показаться ещё крупнее! Так только щенки себя ведут! А они, сам понимаешь, существа милые донельзя, но солидности никакой!
Глубокая задумчивость тоя собрала складочками тонкую шкурку на его лбу, а Таня, воспользовавшись этим, ловко избавилась от излишне отросших когтей на правой передней лапе.
Когда она перешла к левой, той обнаружил это, но…
– Ну вот, до чего ты стал серьёзнее и внушительнее! – уверенно выдала Таня. – Прямо удивительно солидный пёс, когда молчишь! Правда, Шушана?
Тишина встревожила любящую хозяйку Цезаря, и она, оставив под ответственность продавщицы выбранную в магазине горку игрушек, рванула в кабинет ветврача, охваченная ужасом:
– Ему плохо! Сердце прихватило!
Ворвавшись в кабинет, она застыла в полнейшем изумлении – её сокровище, истерящее при малейшем подозрении на то, что сейчас будет когтеманикюр, сидело спокойно, с достоинством разглядывая горку остриженных когтей.
– Невероятно! Просто удивительно! Мой муж и то отказывается Цезика даже подержать – говорит, что опасается сломать что-нибудь – или собаку, или свою психику. Понимаете, Цезарь сразу так кричит, так визжит, а сейчас – ну просто как… как…
– Как большой, крупный и внушительный пёс! – подсказала Таня, заслужив благосклонный взгляд тоя.
«Сдаётся мне, что вопли Цезика были шепотом на фоне того, как будут общаться Валентина и Антонина Сергеевна», – подумалось Тане мимолётно. Впрочем, она не сильно-то и вспоминала об этих людях – хватало чем заняться.
Зато им самим было очень… просто замечательно нескучно.
Антонина Сергеевна быстро просекла, что сын встретил какую-то опасно привлекательную девушку.