Ольга Морозова – Сборник рассказов «Всякая всячина» (страница 13)

«Леха, может с нами?» – звали они его, но Алексей отмалчивался, только зыркал недобро на товарищей, и они оставили его в покое: «Да шут с ним, пусть хоть до Москвы молчит».

И вот в теплый субботний вечер, когда все работы были переделаны, и заняться, в общем, было нечем, геологи решили съездить в деревню с ночевкой, навестить друзей и подруг, да и просто развеяться. Без людей в тайге одичать можно. Алексей вызвался остаться дежурить, с ним оставили еще одного рабочего, Михея, одному было нельзя, мало ли что, тайга все – таки. На том и порешили. Ехать было около 3 часов, поэтому выехали засветло, чтобы успеть повечерять и отдохнуть в воскресенье. Алексей с Михеем остался в лагере.

Когда в воскресенье вечером отдохнувшие и довольные проведенным временем геологи приехали на стоянку, их встретил один обеспокоенный Михей.

«А где Леха?!– закричал бригадир.– Неужели спит? Давай буди!»

Но лицо Михея не выражало ничего хорошего: «Вечером ушел, когда вы уехали, и до сих пор нет. Может, заблудился? Прямо беда с ним. Как это случилось, парня не узнать. Неужели, любовь такая? С первого взгляда, что ли?»– Михей махнул рукой и сел на бревно.

Тут пришел черед беспокоиться и остальным. О странности Алексея все знали, но он всегда возвращался. Решили, что утро вечера мудреней, сейчас все равно ничего не увидишь, да еще не ровен час, в капкан попадешь, а завтра с рассветом они отправятся на поиски.

Утром, чуть свет, все собрались и пошли искать товарища. Искать его долго не пришлось… Они нашли его недалеко от лагеря, в волчьей яме. Острый кол пробил его грудь и страшным концом торчал наружу, как змеиное жало. Он лежал лицом кверху, голубые глаза неподвижно смотрели в небо, черные волосы свесились со лба и разметались по темной земле…

Его осторожно сняли, и принесли в лагерь. Без сомнения, он умер сразу, как упал – слишком огромна была рана. Ужасная смерть Алексея потрясла товарищей: «Никак, Софья поманила, скучно ей одной в сырой земле лежать, одиноко и холодно»,– переговаривались они.

В деревне, куда тело Алексея отвезли в тот же день, местный врач осмотрел его в присутствии участкового, и тот обратил внимание на такую странность – в яме Алексей лежал лицом вверх. Если бы он не заметил ямы и шагнул в нее, скорее всего, он бы лежал вниз лицом.

«Странно, – протянул участковый,– как будто испугался чего, привидение что ли увидел?… а там это чертова яма. Не повезло парню. Но что это могло быть? Хотя вечером в тайге чего только не померещится. И бывалым людям иногда не по себе становится, а что уж про непривычного человека говорить».

И он вписал в соответствующую строчку протокола размашистым почерком: «гибель в результате несчастного случая».

Похоронили Алексея рядом с Софьей. Вся деревня собралась на похороны. Эта трагедия никого не оставила равнодушным, особенно переживали родители Софьи, а старики перешептывались: «Это змеиная королева их погубила. Не смогла со страстью справиться. Да, с ней шутки плохи, если кого полюбит, так просто не отпустит».

После поминок, на следующий день с утра, геологи собрались к себе в лагерь. Только решили зайти, попрощаться с товарищем. И их изумлению не было предела, когда на свежей могиле Алексея они увидели огромную, черную змею. Сначала некоторые отпрянули в ужасе, но змея не подавала признаков жизни. Кто – то взял палку и отбросил ее в кусты – они не верили бредням про змеиную королеву и ее страсть к Алексею. Просто трагической случайностью объяснили они его гибель, да и Софьи, впрочем, тоже. Мало ли что в жизни бывает. После этого они уехали к себе на стоянку, и в деревне их больше не видели.

Но как только они ушли, откуда – то из – за могил появился местный знахарь, Порфирий. Он нашел тело змеи в кустах, достал его, и бережно погладил по ставшей тусклой черной шкурке и забормотал: «Бедная ты, бедная, – прошептал он, – неужто так полюбила? Но сбежал он от тебя, все равно сбежал. И на том свете ты его не найдешь, не надейся. Разные дороги у вас. Ну да я не осуждаю. Всякая тварь любить имеет право. Да уж больно любовь твоя жестокая оказалось. Ну да ладно, спи спокойно». Он вырыл в мягком грунте ямку рядом с могилой Алексея, положил туда змею и закопал. Разровнял комочки рукой, перекрестился и пошел, опираясь на клюку, в сторону деревни.

Избегающий смерти

Он проснулся совершенно разбитым, намного раньше, чем прозвучала команда «Подъем». Лег на спину и уставился в потолок. Ему приснился сон. Сон, что завтра он должен умереть. Или погибнуть смертью храбрых, как кому нравится. Завтра его отделению предстояла боевая операция, и он, само собой разумеется, должен был там участвовать. Глупо было рассказывать свой сон сержанту, потому что тот пошлет его подальше с такими предрассудками. Но не верить сну он не мог, так как знал, что сон непременно сбудется. И непременно завтра, когда они пойдут на задание. Там их будет ждать засада, в этом он был уверен. Сон был очень реалистичным. Словно в замедленной съемке он видел, как автоматная очередь прошивает его тело насквозь, и он падает на лишенную растительности землю, истекая кровью. Падает уже мертвым… Это Смерть решила предупредить его. Только непонятно зачем. Возможно, ей скучно убивать их, как на скотобойне, и Она решила немного поразвлечься, поиграть в пятнашки. Что ж, такие игры ему не впервой.

Он вспомнил свой первый сон о Смерти, который приснился ему ровно десять лет назад. Тогда ему было девять. В выходные они с матерью должны были поехать на озеро, куда он давно хотел. Поездка была его давней мечтой, и, ложась спать накануне, он был очень возбужден. Долго ворочался в кровати, а когда заснул, увидел кошмарный сон. Их машина несется с огромной скоростью по дороге, и вдруг прямо перед ними возникает бетонная стена… потом он увидел себя, лежащего на обочине дороги, окровавленного, и понял, что все кончено. Проснулся он от собственного крика. Испуганная мать вбежала в комнату, где он сотрясался от рыданий. Мать попыталась его успокоить, он хотел рассказать ей сон, но почему-то промолчал. Ему показалось, что мать не поверит. Единственное, на что он решился, так это сказать, что не хочет завтра на озеро. Мать потрепала его по голове, улыбнулась и сказала, чтобы не говорил глупости. Там, на озере, их будет ждать отец. Он забронировал номера в гостинице неподалеку, и они проведут чудесные выходные вместе. Им так редко удается бывать вместе… Он всхлипнул и отстранил мать. Конечно, они бывают вместе очень редко, это правда. Отец работал в другом городе по контракту, и они виделись даже не каждые выходные. Мать укрыла его одеялом, погладила по голове и ушла, притворив дверь.

Тогда он решился. Непонятно как ему пришло это в голову, но уже решил, что ни за что не поедет на это проклятое озеро. Потихоньку он выбрался из постели и вышел в сад. Луна была закрыта облаками, отчего темнота казалась непроницаемой. Он пробрался к самому высокому дереву и влез повыше. Было очень страшно, попросту жутко, но он знал, что так надо. Это был единственный способ спастись от Смерти. И он прыгнул. При падении нога его подломилась, он услышал хруст, и его пронзила дикая боль. Он закричал.

На крик прибежала мать. Он лежал под деревом, перепачканный в земле и стонал. Мать только всплеснула руками, не найдя сил даже накричать на него.

У него оказалась сломанной лодыжка. Разумеется, о поездке на озеро не могло быть и речи. Он слышал, как мать разговаривала с отцом по телефону, горестно вздыхая при этом. «Ума не приложу, как это случилось… что он там делал ночью?» – все время повторяла она. Ему было жаль мать, обидно, что поездка не состоялась, но он был абсолютно уверен, что поступил правильно.

С тех пор прошло десять лет. Он всегда помнил об этом случае, никогда не забывал. Он знал, Смерть всего лишь дала ему передышку. Но он твердо усвоил один важный урок – чтобы получить эту самую передышку, нужно принести жертву. Смерть можно задобрить жертвой. По непонятным причинам Она соглашается на это, и отступает. На время, но отступает. Вероятно, таковы правила игры, не им придуманные. Сама игра тоже навязана ему, но не играть он не может. Он закрыл глаза – что ж… пусть будет, как Она хочет. У него в запасе целый день. Вечером придет Алика. Он всегда ждет ее, но сегодня будет ждать особо. Главное, чтобы Алика не подвела.

Алику он заметил издалека. Она быстро приближалась к нему своей легкой походкой, слегка улыбаясь. Он широко улыбнулся в ответ и пошел ей навстречу. Они никогда не шли дальше поцелуев, Алика не могла этого позволить, но он особенно и не настаивал. Он знал, что она никогда не сможет уехать с ним, а она знала, что он не сможет остаться. Эта их взаимная влюбленность была совсем детской, почти платонической.

В темноте он взял ее за руки и притянул к себе. Алика положила голову ему на грудь, и они постояли так немного, наслаждаясь взаимным присутствием. Потом он легонько отстранил девушку от себя и изложил ей свою просьбу. Алика должна выстрелить в него, просто обязана. Это вопрос жизни и смерти. Алика испугалась и отрицательно покачала головой. Она не может. Не может стрелять в него. Нет, это невозможно. Он взял ее за локти и встряхнул. Она отвернулась, пытаясь вырваться и всхлипнула. Тогда он рассказал ей свой сон. Он прибавил, что если она откажется, то его убьют. Уже утром она сможет попрощаться с его телом. Алика молча слушала. Он видел ее глаза и понял, что она поверила ему. Поверила, что он не трус. Просто он играет со Смертью. Так хочет сама Смерть. Алика была дочерью Востока, и прекрасно знала, что он говорит правду. Тем более, что до дембеля осталось всего полгода. Алика вытерла слезы и кивнула. Он дал ей свою винтовку. Она отошла подальше, прицелилась и выстрелила ему в ногу, стараясь не задеть кость. Он подавил рвущийся крик и зажал кровоточащую рану рукой. Алика подошла к нему и вернула винтовку. Он поцеловал ее в губы долгим и страстным поцелуем. А потом велел ей уходить… он не хотел, чтобы их видели вместе.