Ольга Морозова – Чернокнижник (страница 7)

Надин глубоко вздохнула и опустила глаза, комплименты Саввы ее смущали.

После этого разговора Надин успокоилась. Она сочла причину, изложенную Саввой вполне убедительной. Воля покойного была для нее святой. Она не давала себе труда задуматься, почему дядя Саввы поступил именно таким образом, но обет, данный у постели умирающего, она считала нерушимым.

Еще через несколько недель вечером Савва вдруг зашел в комнату к Надин. Надин готовилась ко сну. Она сидела перед трюмо на стуле и расчесывала волосы. Савва подошел к ней сзади и обнял ее за плечи. Надин вздрогнула и обернулась.

– Ты напугал меня. Признаться, я не ждала своего мужа так поздно у себя в опочивальне… или дядя явился тебе во сне и освободил от обета воздержания данного у его постели?

– Нет, дядя не являлся мне во сне. Очевидно, он дал все указания еще при жизни. Жизнь земная его теперь мало интересует. Я хотел поговорить с тобой без посторонних ушей.

– Посторонних ушей?! Помилуй, но какие здесь посторонние уши?! Здесь кроме нас никого нет.

– А слуги? Они очень любопытны.

– Слуги?! Это странно, что ты опасаешься слуг… по-моему, наша жизнь их мало интересует.

– Ты заблуждаешься, моя милая. Именно наша жизнь и интересует их больше всего. Помилуй, чем им еще заниматься?!

– Не знаю, у нас с матушкой не было слуг. Кроме Груньки, глупой девки.

– Ты очень красива с распущенными волосами. Я жду не дождусь, когда смогу видеть, как ты готовишься ко сну. Я не пропущу этого зрелища… – Савва откровенно любовался Надин, она заметила желание в его взгляде и пришла в смятение

– Наберись терпения, потому что тебе еще долго ждать. Но о чем ты хотел со мной поговорить? Неужели об этом? Как томительно ожидание?

Савва вздохнул.

– Нет, не об этом. Надин! Мы можем завоевать мир! Но ты должна мне помочь.

Глаза Надин широко распахнулись от удивления. Она хотела засмеяться, но, увидев лицо Саввы с фанатичным взглядом, подавила смешок.

– Завоевать мир? А зачем нам его завоевывать?

– Зачем? Какой глупый вопрос! Мы будем всемогущи! Деньги, власть, все, буквально все будет у наших ног! Мы не живем сейчас, мы прозябаем! Это жизнь червей, земляных червей. Неужели ты не видишь этого, Надин? Я думал, ты похожа на меня… – Савва дрожал от возбуждения, произнося эти слова.

Надин помотала головой.

– Я не понимаю тебя, ты здоров? У тебя так блестят глаза, может, ты подхватил простуду намедни? Ветер вчера был ледяной.

– Причем здесь ветер?! Надин, послушай… я вполне здоров… не перебивай меня, в библиотеке дяди я нашел книгу… это очень старинная книга, я давно искал ее, но дядя прятал книгу от меня. Там написано, что нужно сделать, чтобы стать самым могущественным человеком на свете… это не так трудно, Надин, но ты должна мне помочь.

Теперь уже Надин позволила себе откровенно рассмеяться.

– Ты веришь в эти глупости?! Не знала, что мой просвещённый муж столь наивен…

– Надин, не говори так, нам нужно провести ритуал… через два дня, в полнолуние. Мы пойдем в заброшенную церковь на окраине, и я прочитаю заклинание… не смейся, мой дядя хотел это сделать, но не смог, он был слабым человеком, и не годился для этой роли… – голос у Саввы срывался.

Его волнение передалось Надин. Она с самого знала, конечно, что Савва неравнодушен к мистике. Она и сама интересовалась ею, но дальше простого любопытства дело не заходило. Савва еще раз провел рукой по распущенным волосам Надин.

– Я покидаю тебя, мне нужно как следует подготовиться, спокойной ночи! Я очень надеюсь на тебя, милая Надин… – Он вышел из комнаты, тихо притворив за собой дверь.

Надин машинально взяла гребень с туалетного столика и провела им по волосам. Разговор с Саввой оставил двойственное впечатление. Он показался Надин сумасшедшим… нес какой-то бред про могущество, про ритуал… разумеется, сатанинский ритуал, ибо кто еще может обещать золотые горы? Конечно, не Господь… Он ничего не дает даром, все нужно заслужить, он всегда прямо говорит об этом, в отличие от того, другого… в конечном итоге и за услуги Того тоже придется заплатить, но какой ценой?

Надин водила гребнем сверху вниз по волосам, продолжая думать о Савве. Неужели он и правда сошел с ума? Или это просто временное помешательство? Нашел какую-то там дядину книгу и поддался ее чарам? Уверился в том, что все, что написано там чистая правда? Надин положила гребень на столик. А вдруг там действительно написана правда? Надин никогда не читала подобных книг, но слышала об их существовании. Колдуны, маги, медиумы, они читают подобную литературу. Читают, и следуют изложенным там указаниям… наверное, у них что-то получается… они уверены, что заклинания имеют силу… Надин и сама не чуралась таинственного, более того, ей нравилось все таинственное… да что там греха таить, и сейчас это таинственное влечет ее… Еще до знакомства с Саввой она тайком от матушки посещала спиритические сеансы мадам Н., они вызывали там духов великих людей… это было так захватывающе, так интересно! Мадам Н. считала себя медиумом… она смешно закатывала глаза, ее длинные тонкие пальцы тряслись, когда она простирала руки над кругом с буквами и цифрами… Надин было немного жутко и любопытно одновременно. С бьющимся сердцем она наблюдала, как стрелка, лениво начав движение по кругу, убыстряла темп вращения, а потом замирала возле какой-нибудь буквы… буквы складывались в слова, слова в предложения… все, кто были за столом, крепко держались за руки, чтобы облегчить духу пребывание в бренном мире… Надин плохо помнила, о чем они спрашивали духа… что-то незначительное, несущественное… после этих сеансов у Надин всегда оставалось ощущение, что они невольно прикоснулись к чему-то запретному, неведомому… но манящему…

Иногда мадам Н. сама начинала вещать голосом вызываемого духа… дух изъяснялся очень туманно и непонятно, мог отвечать совсем не то, о чем его спрашивали. Надин считала это хорошо поставленным спектаклем с мадам Н. в главной роли, но в настоящую минуту она задумалась, а было ли это спектаклем? После такого сеанса мадам Н. несколько дней никого не принимала, сказавшись больной. Надин считала, что мадам притворяется, чтобы привлечь внимание, и держать публику в напряжении… Надин презирала ее за это… но теперь она вспомнила, что когда мадам Н. снова открывала двери своего дома для членов кружка, она и правда выглядела бледной и уставшей… Надин подумала, что была несправедлива к ней. Несмотря на все эти казусы, Надин не прекращала посещать кружок, не потому, что так было модно, а потому что ей было действительно интересно.

А потом все внезапно закончилось… Мадам Н. потеряла мужа, а с ним интерес к спиритизму, и кружок распался. Говорили, что она собралась уезжать, так как считает, что это она виновата в смерти супруга. Вернее не она, а ее увлечение. Духи забрали жизнь мужа мадам Н, кроткого незаметного человека, в оплату за удовольствие общаться с ними… так это или нет, Надин точно не знала, но мадам Н. действительно исчезла из города и больше ее никто не видел.

Надин вспомнила, что даже расстроилась тогда, что тайна ушла из ее жизни, но потом познакомилась с Саввой и успокоилась. Савва вносил в ее жизнь этот элемент неизведанного… он всегда был загадочен и непредсказуем. Взять хотя бы женитьбу на ней…

Надин переоделась в ночную сорочку и легла в постель. Что ж… она подыграет Савве… даже если ее муж сошел с ума, это все равно любопытно… зачем ей обманывать себя саму?

Следующие два дня Надин видела Савву мало. Он почти все время проводил в библиотеке и, как предполагала Надин, готовился к ритуалу. Лишь накануне предполагаемого таинства он утром зашел к Надин и, заглядывая ей в глаза, спросил:

– Готова ли ты, милая? Я весь дрожу с утра… так мне неспокойно…

– О чем ты волнуешься? Что может тебе помешать?

– Не знаю, Надин, не знаю… может… хотя, нет, я не хочу даже думать об этом…

Надин не стала ничего говорить Савве, она молча сидела возле трюмо и смотрела на себя в зеркало. Савва вышел, и до самого вечера Надин его больше не видела.

Когда стемнело, и дом погрузился в сон, Савва зашел за Надин. Она ждала его одетой. Они спустились и сели в коляску, запряженную гнедой кобылой. Савва сам занял место кучера.

Заброшенная церковь произвела на Надин гнетущее впечатление. Их появление вспугнуло стаю ворон, и они с противным карканьем поднялись в воздух. Надин невольно вздрогнула. Савва крепко держал ее за руку, словно боялся, что она передумает и уйдет. На самом деле такая мысль и правда промелькнула у Надин, но она не хотела показывать Савве, что испугана. «Это игра, – убеждала она себя, – просто игра…» Вороны кружили над полуразрушенной церковью черной тучей. Надин и Савва прошли внутрь. Там все было покрыто паутиной, в воздухе витал запах тлена. Надин стало холодно и страшно, она задрожала. В ответ Савва только еще крепче сжал ее руку.

– Ты не должна бояться, – прошептал он, – скоро мы станем самыми могущественными людьми на всем белом свете.

Надин с трудом подавила смешок, ей показалось, что игра зашла слишком далеко. Но Савва явно не был склонен шутить. Он подвел Надин к алтарю, и ее изумленным глазам предстало ложе, покрытое черным покрывалом. Отвечая на немой вопрос, Савва произнес:

– Это для тебя, моя милая… не правда ли, оно прекрасно? – Савва нежно провел рукой по черному покрывалу, и Надин снова усомнилась в его нормальности. Любопытство сменилось страхом, но Надин старалась не подавать виду. Теперь она явно увидела, что Савва не играл, и пришла в ужас. Надин огляделась по сторонам. Дверь в церковь, через которую они с Саввой прошли, висела на одной петле и скрипела, раскачиваемая ветром, который свободно гулял в заброшенном прихожанами Божьем храме. Окна были выбиты и затянуты мерзкой паутиной, алтарь полуразрушен, пол в некоторых местах провалился и зиял черными дырами. Надин содрогнулась. Как могла она согласится участвовать в этом отвратительном действе! Как мог Савва уговорить ее?! Теперь Надин плохо это понимала. Она попыталась вырвать руку у Саввы, но он удержал ее.