Ольга Моисеева – Искатель. 2014. Выпуск №7 (страница 13)

— Убийцу Квасовой. Мы, вот, с Валентиной Васильевной, склоняемся к тому, что вашу соседку убили.

— Вам виднее. Может и грохнули. Только я сомневаюсь, что это сделали мои соседи.

— Тогда кто? Кто это мог сделать? Товарищи по бизнесу?

— В бизнесе товарищей нет. Как и в любви. Не в сексе, сейчас товарищей по сексу хоть отбавляй, а в любви.

— Пожалуй… Так, что я еще хотел у вас спросить? — Посохин потер двумя пальцами висок. — Замутили вы мне все мозги, господин Дубко. Черт с вами! Не хотите говорить — не надо. Без вас эту сволочь поймаем.

— Господин полицейский, я буду очень рад, если вы эту сволочь поймаете. Но среди моих знакомых сволочей нет. Разве только госпожа Квасова подпадала под эту категорию.

Глава 11

Посохин остановился посередине переулка и огляделся.

— Так, куда теперь? — спросил он сам себя вслух. — Валентина Васильевна, а давайте сразу зайдем к Смазневым. Вы не знаете, дома у них сейчас кто-нибудь есть?

— Не знаю. — Рыбакова пожала плечами. — Павел, может, я к себе домой пойду? Зачем вам сопровождающий?

— Валентина Васильевна, вы мне ни сколько не мешаете. Даже наоборот. Соседи вам доверяют и, следовательно, часть этого доверия, когда я с вами, переносится на майора полиции. Идемте! Участковый говорил, что у Смазневых собака имеется.

— Есть. Дуня зовут.

— Большая собака?

Рыбаковой показалось, что в голосе Посохина прозвучала тревога.

— Большая, — без обиняков ответила Валентина Васильевна.

— Они ее привязывают?

— Да. А вы что, Павел, собак боитесь?

— Я уколы плохо переношу.

— За Дуню я отвечаю — никаких лишних движений. Будет гавкать пока хозяева не выйдут. Потом по ситуации. Очень умная собака.

— Давайте проверим. Кстати, вы не замерзли?

— Нет. Купальник почти высох.

— Шорты у вас намокли.

Рыбакова посмотрела вниз. Между ног на белой плащовке было хорошо различимо довольно большое темное пятно.

— Сзади тоже, — заметил Посохин.

— Ничего страшного. Человек я закаленный. Правда, вид у меня теперь непрезентабельный.

Рыбакова выпростала рубашку наружу.

— Так меньше заметно?

— Вроде нормально, — внимательно оглядев ее со всех сторон, ответил Посохин. — У меня жена подобных вещей жутко боится.

— В ее возрасте я тоже боялась. Поэтому двадцать лет назад и начала обливаться холодной водой. Ничего со мной не случится. Не волнуйтесь, писаться не буду. Да и не холодно сейчас на улице: двадцать шесть градусов по Цельсию. И это в тени, а на солнце и того больше.

— Откуда вы знаете, что двадцать шесть?

— У Дубко на времянке термометр висит. Слева от входной двери.

— А я что-то не обратил на это внимания. Для работника уголовного розыска симптом нехороший. Наверное, пора в отпуск.

Посохин открыл сделанную из профнастила калитку Смазневых.

— Проходите, Валентина Васильевна. Будьте так любезны.

— Пропускаете меня вперед, учитывая, что я женщина или потому что уколов боитесь? — пошутила Рыбакова, входя во двор.

— Совмещаю приятное с полезным.

Гремя цепью, из будки вылезла Дуня. Увидев Валентину Васильевну, она завиляла хвостом.

— Вот это псина! — раздался за спиной у Рыбаковой восхищенный возглас майора. — Такая сожрет вместе с пистолетом.

Дуня зарычала.

— Дуняша, поздоровайся с полицией. Голос! — приказала Валентина Васильевна.

Собака зычно гавкнула.

— Молодец! А теперь подождем хозяев.

Из-за угла дома появилась Зинаида Смазнева.

— Здрасьте, — кивнула она смущенно. Чужие люди вызывали у нее чувство опасности, и она при общении с ними на некоторое время утрачивала свою обычную говорливость.

— Зина, это майор Посохин из уголовного розыска, хочет с тобой поговорить о Раисе Квасовой.

— И с хозяином тоже, — добавил Посохин.

— Алексея дома нету. — Смазнева еще больше растерялась. Она стала лихорадочно поправлять на себе старенький застиранный халат.

— Ничего, мы с вами пока поговорим. Можно пройти?

— Проходите, — ответила Зинаида полицейскому, но ее взгляд, вопросительно-испуганный, был обращен в это время к Рыбаковой. Валентина Васильевна ободряюще улыбнулась.

Хозяйка провела гостей в дом. Посохин, несмотря на все протесты Зинаиды, снял в коридоре туфли и переобулся в тапочки.

— Ничего, ничего. Порядок есть порядок. Куда нам дальше?

— В зал проходите. Вон туда. Я сейчас чаю поставлю. — Смазнева бросилась на кухню.

— Не надо, хозяюшка. Мы ненадолго.

Посохин отодвинул стул, поднял клапан нагрудного кармана рубашки и, достав блокнот и ручку, расположился за круглым накрытым белой скатертью столом. Зинаида села напротив майора. Валентина Васильевна устроилась между ними так, чтобы держать в поле зрения обоих.

— Меня зовут Павел Петрович, — представился Посохин и взглянул на часы. — Вас как по имени отчеству?

— Зинаида Николаевна.

— Отлично. Зинаида Николаевна, я задам вам несколько вопросов, а вы постарайтесь на них ответить со всей искренностью, на которую способны. Договорились?

Смазнева кивнула.

— Да.

— Зинаида Николаевна, у вашего мужа были неприязненные отношения с гражданкой Квасовой?

— С Райкой?

— Да, с Раисой Квасовой. Вашей соседкой.

— А у всех с Райкой были… ну, как сказать… так себе отношения.

— А у вашего мужа?

— Ну, тоже… такие.