Ольга Митрофанова – Воля для Ярославы (страница 23)

Только когда он был на последней ступеньке, и вслед за ним бежала приходившая недавно женщина, опомнились и кинулись следом.

Вова, опираясь на подлокотники кресла с трудом поднялся из-за стола и тут же был схвачен за воротник рубашки и распростерт на этом самом столе, с которого посыпались пачки денег. Захват был настолько неожиданным, а похмельная голова гудела так, что даже никаких мыслей, кто мог проявить такую наглость, не возникло.

Благо, захватчик все за тот же ворот приподнял его над столом, заглядывая в мутные глаза.

— Я, тебя, сучонок, по стене размажу, удавлю, вот этими руками, — все сильнее сжимая ворот рубашки, перекрывая Вове доступ кислорода, — рычал Вячеслав Смирнов, — если не дай бог что, ты лучше сразу себе пулю в лоб пусти, иначе смерть тебе избавлением покажется.

— Слава, я тебя прошу, остановись, мы же не знаем, что произошло, может Владимир ни в чем не виноват, — говорила сбоку женщина, цепляясь за руки Вячеслава Смирнова.

Вова по-прежнему не соображал, что происходит, какого черта в его дом с самого утра вломился Смирный и пытается его убить. Слава богу охрана, сама побоявшаяся вмешаться в разборки хозяина с раннем гостем, тем более, что приехал он не один, а сопровождением, додумалась позвонить Петру, а тот уже Медведеву. Михаил как был на утренней пробежке, в шортах и майке, так и завалил всей своей тушей в кабинет, отрывая Вячеслава от Вовы и инерционной силой отбрасывая в сторону, в аккурат в кресло для посетителей.

— А ну, разошлись, — скомандовал он при этом.

Вячеслав с кресла вставать не собирался, все таки потрясение пережил сильное и на борьбу с более молодым Вовой сил тоже ушло прилично.

В кабинете на некоторое время воцарилась тишина. Вова ослаблял ворот рубашки, пытаясь отдышаться, Вячеслав сидел в кресле, сжимая и разжимая кулаки, пытаясь унять бушующий в душе ураган. Медведев старался восстановить дыхание, после незапланированного марш-броска. Заговорила в итоге Маргарита.

— Владимир, Вячеслав Иванович сегодня ночью пережил потрясение. Ярослава Смирнова, которая у вас работала, попала на своей машине в аварию. Она в больнице сейчас, у неё перелом правой руки, правой ноги и черепно-мозговая травма. Она пока сознание не пришла. Ярослава ехала ночью на высокой скорости. Вячеслав подумал, что у вас с ней произошёл конфликт, поэтому она так резко сорвалась из дома.

Маргарита говорила четким размеренным голосом, будто сводку по дорожно-транспортным происшествиям читала. Надо же, какая выдержка. Будто это не она накануне приходила и обвиняла Яру в связи с мужем.

— В какой больнице? — подскочив с кресла, спросил Вова.

Хрен он им что объяснять будет, пока не убедится, что с Ярославой все в порядке. Он виноват конечно, палку перегнул, но что сейчас толку, надо Ярославу вытащить, а потом уже виниться будет.

Вячеслав не так резко, как Вова, но тоже поднялся с кресла.

— В больнице, куда тебе, щенку доступа нет и не будет, а рыпнешься, я тебя придушу, вот этими руками, — поднял две руки вверх, — это я тебе не угрожаю, факт констатирую.

Вячеслав развернулся и пошёл на выход из кабинета.

Маргарита ещё пару секунд постояла.

— Вова, вы не предпринимайте ничего, Вячеславу время нужно, он немного успокоится, Ярослава в себя придёт и тогда, я поговорю с ним, чтобы он вам все объяснил, — произнесла быстро, — наберитесь терпения.

Маргарита ушла, в кабинете остались только Медведев и Вольский.

— Вова, че за ерунда? — произнес Медведев, усаживаясь в кресло для посетителей.

— Сам бы знать хотел, голова гудит, пошли на кухню, я пожру что-нибудь и поговорим. Только надо Петру сказать, чтобы выяснил, что с Ярославой произошло и где она сейчас.

— Ты в душ иди, приводи себя в порядок, а я на кухню, с Петром свяжусь.

Через полчаса в кухне за столом сидели Вольский и Медведев. Вова душ принял, переоделся и выглядел вполне вменяемым человеком.

— Короче не получилось у меня с землей. Ни легально, ни как. Местный чиновник мне расклад дал, что владелец земли Смирнов, он часть участков, прилежащих к свалке купил, саму свалку в аренду взял у города, но ни это меня брат больше в его задело, а то, что одним из участков владела Ярослава Смирнова, и участок этот она Смирному, буквально месяц назад подарила.

— Просто так?

— Не знаю, но вчера приходила сюда жена Смирнова и разговаривала с Ярославой, сказала, что знает, что Смирный Ярославе квартиру и дом купил, предлагала учебу за границей оплатить, чтобы Яра от ее мужа отстала. Ярослава усмехнулась и сказала, что если захочет, все добро Вячеслава итак ее будет и подачки ей не нужны.

Вова замолчал.

— Интересно получается, вчера Маргарита Смирнова считала Ярославу любовницей мужа, откупиться от неё даже хотела, а сегодня спокойно рассказывает, что Вячеслав расстроен тем, что она в аварию попала, — рассуждал Михаил.

— Пётр отзвонился?

— Вов, ты только не заводись, — предупредил Медведев, — но новостей никаких, кроме того, что авария произошла на триста пятьдесят седьмом километре трассы. Лося сбила машина и перевернулась в кювет. Пострадала девушка.

— Что ты мне сводки гаишников цитируешь

— А больше неизвестно ничего, ни куда не увезли, ни в каком она состоянии.

Вова поднялся из-за стола и отправился на выход.

— Ты куда?

— На трассу поеду.

— Вов, ты там ничего не найдёшь, только помятую траву. Ты же понимаешь, если Смирнов не хочет, чтобы ты ее нашел, ты ее не найдёшь. Вова, не надо к нему соваться, он ведь и правда тебя замочит, он сидел.

Вова шел вперёд, а Медведев пытался его остановить.

— А этот, который автомеханик, Егор, он же вроде как с Ярославой близко дружит, может он что знает?

Вова на мгновение задумался.

— Мих, я к Егору поеду, по телефону он ничего не скажет.

— Едь, с землей все равно не вышло, так что срочных дел нет.

Глава 30

Вова стоял напротив Егора Смирнова и понимал, что противостояние предстоит серьезное. Но тут, в отличие от Смирного, есть хоть какой-то шанс, в виде невысокой беременной девушки, смотрящей на него с явным сочувствием. Если уж Егор не прогнется, то можно попробовать с ней поговорить. Ее кажется Наталья зовут, и в прошлый раз она проявила завидное благоразумие. И сейчас, прежде, чем Смирнов открыл рот, чтобы его послать, она быстро проговорила.

— Вы знаете, мы в деревню собрались, там родители Егора живут, это несколько часов езды отсюда. Мы торопимся, если вы ничем не заняты.

— Вы можете ехать вперёд, я с удовольствием проследую за вами, — перебил ее Вова, у меня пока других дел не наметилось.

Егор поджал губы в неудовольствии, но разве можно спорить с беременной женой, смотрящей на тебя жалобными глазками. Поэтому и он молча развернулся и пошёл в машину. Наталья зашагала следом за ним.

В машине естественно, Егор попытался выяснить отношения, но Наталья пошла в оборону.

— Егор, он все равно узнает, да и имеет право знать. Ярослава хотела сама ему рассказать. Ты же понимаешь, что Вячеслав с ним разговаривать не будет, хотя сам тоже виноват. Не умеет с собственной женой договориться. Как ты, надуешься как сыч.

— Да я тебе каждый день как на духу отчитываюсь что, где, когда и с кем делал, — профырчал Егор, заканчивая бессмысленный спор.

В Березовке их у ворот встречал отец Егора. Первым из машины выпрыгнул Бой.

— Здоров чертяка, — проворчал Владимир Федорович, — Наталья, ты как, не растрясло?

— Хорошо все, — обняла свекра Наташа, — мы тут не одни, приехал Владимир, которому Яра делала машину, — произнесла Наталья, глядя на остановившийся рядом с их машиной чёрный внедорожник.

— Владимир, тезка значит, — глухо произнес Владимир Федорович, пожимая Вове руку, — ну проходите, коль приехали.

Все разместились за столом в кухне, Вольский, как будто в противостоянии на одном конце, Смирновы на другом.

Ольга Николаевна и Наталья накрывали на стол.

— Сначала обед, разговоры потом вести будем, — скомандовала женщина.

За столом разговаривали о текущих делах, про хозяйство, работу Егора, самочувствие Натальи. Смирновы, как будто сговорившись, про Ярославу не упоминали.

— Наташа, вы идите с Егором в баню, пока там не жарко, — произнесла Ольга Николаевна, — ребята в огород поливать, а ты, отец, иди посмотри, что бы Бой паразит в вольер зашёл, а то понесется по деревне.

Как по команде все занялись делом. Владимир отправился вслед за Павлом в огород.

— Ты когда-нибудь поливкой занимался? — спросил Павел.

Владимир пожал плечами.

— Ясно, тогда вот ведро и дели его на три лунки.

Вольский с удовольствием бы зашвырнул ведро куда подальше и заорал, чтобы прекратили над ним издеваться, но Павел, набрав ведро воды и начиная разливать его по лункам заговорил.

— Егор когда Ярославу первый раз привёз, она ничего не умела вообще. В детском доме мало чему учат. Это потом мама ее с хозяйством знакомила. Яра — как ёжик колючки выпускает, а мама знай свое. Учительский талант не пропьешь. Про то, как Ярослава в детский дом попала и на работу к Егору устроилась, ты наверное знаешь?

Вова машинально кивнул, продолжая разливать воду, но потом понял, что Павел его не видит и коротко ответил: