Ольга Митрофанова – Роман в Березовке (страница 12)

Аэрографию у них в городе делали несколько салонов, но такой крутизны, как делал Егор, не умел никто. Работа была ювелирная и делать ее умел не каждый, тут помимо навыков ещё и талант нужен был.

У Егора он был не то чтобы супер-пуперский, а вот у Яськи, девчонки из детского дома, с соседней улицы, дар к аэрографии был от бога. Она со шпаной как-то шла мимо его гаража, он в аккурат готовую машину отдавал клиенту, и девчонка зависла. Пришла на следующий день мелкая пятнадцатилетняя шмакодявка в затертых шмотках проситься к нему на работу. Егор может ее и выпер бы без разговоров, но она притащила блокнотик, изрисованный простым карандашом. Впечатляло. Он учил ее работать с краской сам. Яська оказалась очень способной ученицей. Через полгода могла самостоятельно нанести небольшой рисунок.

Девчонка заканчивала девятый класс. Оценки были не ахти и на бюджет в колледж культуры и искусств она не проходила. Егор обучение оплатил. Яська вроде фыркнула, что ей подачки не нужны. Как же мы бедные, но гордые. Договорились, что это в счёт будущей зарплаты.

И Егор тут не прогадал, Ярослава свои деньги отработала. В этой девчонке он не усомнился ни на миг. Сейчас восемнадцатилетняя Яська, выпускница художественного факультета делала такую аэрографию, что очередь была расписана на три месяца вперёд и приезжали за тысячу километров. Но и работа была кропотливая, энергозатратная. Работала Яська чаще всего одна. Егор подключался, когда время свободное было или заказ уже горел, а Ярослава не успевала.

Переманить ее тоже пытались, предлагали деньги большие, в столицу звали, но Егора она считала частью своей семьи, этаким старшим братом и никуда уходить от него не собиралась. Единственное, что ей не нравилось, это девушки Егора. Яська каждый раз бухтела, что выбирать себе девушек он не умеет. Что в жизни он вроде умный, а с бабами выходит дурак дураком. Егор в ответ смеялся, предлагая самой Яське выйти за него замуж, но та фыркала и говорила, что достойна принца, а не работягу-автомеханика.

Яська позвонила рано утром, Егор даже через телефон уловил волнение в ее голосе. Приехал какой-то тип и потребовал сделать аэрографию на машине в подарок другу. Срочно, сейчас. Яська, у которой за плечами было детдомовское прошлое, отшить нежеланных клиентов умела, да и вообще нежным цветочком не числилась, поэтому то, что она позвонила Егору и попросила его ситуацию разрулить, не настораживало, а заставило прервать отпуск, сгрести жопу в кучу и ехать разбираться. Яська, отбрехалась тем, что она просто наемный работник и делает только то, что велит начальник, а если делает что не так, то шеф звереет и поэтому нарываться она не хочет.

Пришлось зверю-начальнику ехать самому и решать вопрос. Клиенты оказались и правда из разряда тех, кому лучше не отказывать. Приехали издалека, пригнали нереально крутую машину, которая стоила как весь его бизнес и очень просили сделать рисунок за месяц.

На слове рисунок, Яська, стоящая за спиной Егора фыркнула, но почувствовав как напряглась его спина, замолчала.

Егор, глядя на Владимира Викторовича Вольского, в миру просто Волю, приехавшего издалека, но от этого не ставшего в их регионе менее значимой фигурой, на его сопровождение в количестве трёх массивных мужчин с оружием под пиджаками, быстро соображал, как в короткие сроки закончить с машиной, которая сейчас стояла в боксе и передвинуть следующего клиента на месяц.

Работу они закончили с Яськой вдвоём, провозившись до самого вечера. Зад у них был в мыле, но они справились.

Пока работали в респираторах, говорить не получалось, но когда маски сняли, тут уж Яська оторвалась. Поворчала от души и про зажравшихся мордоворотов, наглых бандюганов, жирующих олигархов.

— Это твоё бедняцкое детдомовское прошлое говорит, — проговорил в ответ Егор.

— А тебе я вижу нравится прогибаться под этих.

— Не нравится, но я ещё пожить чуток хочу, дом достроить, дерево посадить, сына вырастить, а не лежать прикопанный где-нибудь в лесополосе.

— Ты опять бабу что ли завёл? — прищурив глаза посмотрела на Егора Яська.

— Ты выражения выбирай, — осадил девчонку Егор.

Та в ответ только глаза закатила.

— Короче так, машину в бокс загоняй, только я тебя прошу аккуратно, если что-то поцарапаешь, почки продавать будет бессмысленно. У покойников они только первое время что-то стоят, а дальше уже ненужный кусок мяса.

— Нормально все будет, но ты знаешь, что сама я за месяц этого медведя не нанесу.

— Я отпуск догуляю и подтянусь.

— То есть ты будешь отпуск догуливать, а я впахивать на толстосумов?

— Это между прочим твоя работа, ты за неё деньги получаешь.

— А ты куда?

— В деревню поеду, там дела нужно доделать.

— Понятно, решил с деревенской матрешкой попробовать, ну может оно и к лучшему.

— Ярослава, — рыкнул Егор.

Но той его рычание что зайцу стоп сигнал. Фыркнула и отправилась готовить оборудование для работы.

Егор прыгнул в машину и погнал в деревню. Острой необходимости возвращаться на ночь глядя не было. Но что-то гнало его вперёд. Если признаться самому себе, то ни что, а кто. Наташка. Ничего в ней вроде особенного нет, но его какого-то хрена клинануло на этой девке. У неё вон отношения с Колькой или с другим, этим, который машину чинит, а то может и с ними обоими. От такой бежать надо без оглядки, чтобы не быть третьим в этом многоугольнике. Его же наоборот, как магнитом к ней тянет. Бедовая девчонка, способная принести ему одни неприятности.

Каждая их встреча — это какой-то театр абсурда, заканчивающийся сексуальным марафоном.

Стоит отметить, что в сексуальном плане они оказались более чем совместимы, может поэтому его и тянуло к Наташке с невыносимой силой. Физиология. Стоит ему насытиться ею и все пройдёт. Должно пройти. Поэтому пока отпуск, он возьмёт все, что эта девчонка щедро ему предлагает.

Пока она здесь, она только его, а когда закончится отпуск, может возвращаться к своим ухажерам, он вслед бежать не будет. В конце концов, сколько таких девчонок, ищущих ухажёра повыгоднее у него было.

Глава 15

Глава 15

Нет, таких, отбитых на всю голову у него не было. Маринку Ревягину можно не считать, с ней он начинал мутить в десятом классе, но после парочки ее фортелей, типа подраться с пацанами или кинуть камень в проезжающих мимо на мотоцикле пацанов, быстро с ней развязался. Нахер, нахер, она девка сопливая, с неё какой спрос, а ему ответ за неё держать. Короче с Маринкой у них до горизонтальной плоскости дело не дошло. И скорее всего его бог отвёл. Вдруг бы она оказалась в постели огонь и Егор к ней прикипел. Как развязываться — то потом?

С Наташкой у них все было, притом несмотря на то, что Егор сразу видел, что она шумоголовая, но нет, не смог себя сдержать. Потянул-таки к ней ручонки. И вот как теперь с ней быть?

Замерла как суслик в свете фар. Штанишки жопку обтянули, курточка короткая, под которой если не нижнее белье сразу, то сто процентов топик какой-нибудь обтягивающий. Видел он таких модниц в городе. Волосы свои собрала сверху, а по плечам раскидала как шелковое покрывало. Губешки округлила и глазками хлопает своими. Какого хрена эта коза ночью тут бегает и главный вопрос от кого? Сиганула -то от забора она знатно. Неизвестно где бы вообще закончился ее спринтерский забег, если бы он не вывернул из-за поворота и не осветил ее фарами.

Егор вздохнул, вышел из машины и приказав своему телу усмирить взбунтовавшееся либидо, хрипло произнёс:

— Добегалась?

Наташка замерла, глядя на него, ее глаза сделались по-лемурьи огромными. Рот беззвучно открывался и закрывался. Такая рыбка-гуппи на выгуле.

Она ещё некоторое время пребывала в таком состоянии, видимо пока через блондинистые волосы до мозга не дошло, что это он. Потом маленьким ураганчиком кинулась к нему, сразу обхватив за торс и вцепившись в него что та пиявка, не оторвать.

— Это ты, напугал меня, дурак, я думала они, поймают и все, мне же никто не поможет и искать даже сразу не кинутся. И домой идти было страшно, они же и в дом вломиться могут. А ты в город уехал, у тебя дела, а я, а Пашка один со всеми не справится, хоть и власть. Вот зачем я в эту деревню приперлась. Ну и уволит Николаша, найду себе другое место работы, — бормотала Наташка, перемежая свои жалобы всхлипами.

Из всего ее страдальческого монолога, он смог выцепить, что Колька ей начальник, а не любовник, Пашка разгребает очередной замес, а она от кого-то драпала, кто мог ее поймать и сотворить что-то непотребное, и кто-то этот наглый до такой степени, что может заявиться к ней домой.

— Какого хрена на дискотеку поперлась? — задал вопрос, который по его мнению являлся корнем этой проблемы.

Не поперлась бы задом на танцполе крутить, не пришлось бы разбираться, кто кого и в каких позах хотел.

Наташка от его рыка перестала всхлипывать, уперлась своими игрушечными ладошками в его плечи, чуть отклонила голову и заглянула ему в глаза. Взгляд наивный, как у ребёнка обиженного сделала. Ну надо же, вот как так бабы умеют, сначала накосячат, а потом состроят невинную кукольную морду, вроде как невиноватая я.

Наташка, чего-то в его роже такое разглядев, скорее всего скорые пиздюли, нахмурилась, поджала губки и выдала:

— А что, нужно было ждать, когда ты свои дела неотложные порешаешь, о которых меня не предупреждал, ты мне вообще кто, чтобы вопросы задавать, да я даже сколько тебе лет не знаю.