Ольга Митрофанова – Не Простой Спасатель (страница 12)
Полина выглянула из-за кулис и безошибочно взглядом нашла учителя физкультуры. Он сидел в первом ряду рядом с директором, в черных брюках и голубой рубашке. Как будто почувствовал чужой взгляд, встрепенулся и посмотрел в ее сторону. Несколько секунд присматривался к краю кулис, потом улыбнулся и подмигнул.
Полина непроизвольно растянула губы в ответной улыбке.
В зале свет был приглушен, выражения лица зрителей было не видно, но девчонкам этого было не нужно, итак знали, что станцевали прекрасно. Только когда им аплодировали и свет стал чуть ярче на последнем поклоне Полина кинула взгляд в зрительный зал и обмерла. Недалеко от входа в зале стояло два мужчины, оба с недовольными выражениями лица. И если отец просто был не в восторге, то Чеченец был в ярости. Возникло чувство, что он готов подняться на сцену и растерзать ее как коршун добычу.
Отец кивнул головой на выход. С лица Полины схлынули все краски, замерла каменной статуей, не в силах сделать шаг. Элька, понимая, что с подругой творится что-то неладное поспешила увести ее со сцены за руку. За кулисами подступила с расспросами:
- Поля, ты чего? Все же хорошо, мы здорово оттанцевали, нам так хлопали, - обнимала подругу, пытаясь успокоить.
- Я пойду, там отец за мной приехал, - выпуталась из объятий Полина, начав переодеваться.
- Ты из-за него расстроилась, он ругать тебя будет? Ну хочешь я пойду скажу, что это я этот танец придумала и наряды, Полин?
- Не надо, все нормально, просто мне домой надо, мы с тобой потом созвонимся, - обняла Эльку уже переодевшаяся Полина.
На стоянке вопреки опасениям отца не было, был только Константин, он открыл дверцу, и Полина проскользнула в салон.
- Отец уже уехал? - дрожащим голосом уточнила у водителя.
- Да, вас велел немедленно доставить домой, - кинул сочувствующий взгляд на нее Константин.
До дома добрались быстро. Полина не стала раздеваться в прихожей, в гостиную прошла в шубке и сапогах, мало ли как повернется сюжет, у нее же сильные ноги вот и применит по назначению, будет убегать.
Но никуда убежать она не успела, Чеченец ей его просто не дал, первым же ударом по лицу Полину откинуло к противоположной стене, помня об уроках, которые ей давал Алексей она стекла по стене и сжалась на полу, защищая от ударов внутренние органы. Удары сыпались по всему телу, щадил только голову, бил ногами по рёбрам, им доставалось больше всего. Старалась закрывать ребра локтями и не выть от боли. Чеченец сыпал русскими словами вперемежку с малопонятными чеченскими, Полина не вслушивалась, но их общий смысл ей был все равно понятен, что она русская проститутка, что их женщины такого себе позволять не должны и когда он на ней жениться, то научит вести себя соответственно. Отцу кричал, что если он подсунет ему порченную жену, то его ожидает кровная месть и все в этом духе.
Полину его высказывания заботили мало, ей было настолько больно, что она мечтала потерять сознание, чтобы в забытьи ничего не чувствовать. Хорошо шубу не сняла, она слегка смягчала удары.
Как закончилось избиение она не помнит, от боли сознание скорее всего помутилось, помнит только ощущение крепких рук, которые несли ее хрупкое тело и спокойный мужской голос, говорящий какие - то ободряющие слова.
В себя пришла на третий день. В глаза светил яркий солнечный свет. Попыталась отвернуть голову от окна и в кресле увидела дремлющего Влада. Его фигура в ее комнате, в частности в этом кресле смотрелась чужеродным пятном. Хотела позвать его, чтобы спросить, что он здесь делает, но горло настолько пересохло, что вырвался только хрип. Владу и этого было достаточно, чтобы сбросить лёгкий сон.
- О, малая, проснулась, здорова же ты спать, - обратился к ней в своей обычной веселой манере.
Но Полина приглядевшись к нему внимательно уловила в его взгляде усталость и беспокойство, значит он тут давно дежурит.
- Ты, - хотела снова обратиться к нему, но голос опять подвёл.
- Погоди, сейчас попить дам, - протянул ей стакан с трубочкой.
Полина немного попила, сразу почувствовав себя лучше.
- Ты тут откуда?
- Доктор у тебя вроде сотряса не обнаружил, что я здесь живу помнить должна.
- Меня доктор осматривал? - удивилась такой щедрости Полина.
- Да, Никитос его сразу вызвал, как тебя из гостиной забрал, мы домой вернулись, а там этот тебя избивает, Никитос его оттащил и тебя наверх понес, а я гостей провожал.
- Спасибо, - со слезами в голосе произнесла Полина.
- Эй, ты чего? - удивился Влад.
- Я просто не ожидала, что заступитесь, отец вон стоял просто.
- Отца я с тобой обсуждать не буду, если чувствуешь себя лучше, я Валентину позову, она тебя покормит, - встал и направился к выходу.
- Влад, - окликнула его Полина.
- Чего тебе ещё, малая? - обернулся на пороге.
- А телефон мой?
- Отец велел отобрать, - почесал затылок, глядя в ее заплаканные глаза, я тебе свой старый принесу, симку твою восстановлю, только об этом никому, договорились?
- Спасибо, - искренне поблагодарила Полина.
Именно этот телефон давал ей силы жить все новогодние каникулы, которые она провела запертой в своей комнате, вставать, двигаться, заставлять работать болевшие мышцы. На теле казалась живого места нет, все в синяках, благо доктор, который ее осматривал оставил хорошую мазь. Трещины в рёбрах не давали активно двигаться, но она заставляла себя вставать и хоть немного разминать руки и ноги.
Алексей писал каждый вечер, спрашивал, как дела, тренируется ли она, где проводит праздники. Полина читала сообщения перед сном, отвечала сухо, но каждое сообщение было как глоток чистого воздуха.
Глава 12
- А вот слушать отмазки, почему ты не хочешь встречать Новый год со своей семьёй я не желаю, у меня на это ни времени, ни сил нет, - устало произнесла в трубку Машуня, - мы тебя тридцать первого ждём, мама с Николаем Ивановичем тоже приедут, так что будь любезен.
- Как это Павел Олегович согласился отца в дом пустить? С чего такая щедрость? - удивился Леха.
- Леша, у меня дежурство было тяжёлое, поэтому выслушивать твой сарказм я не собираюсь, не явишься праздновать Новый год, больше можешь вообще не приезжать, - жёстко припечатала Машуня.
Леха понял, что перегнул палку, Машуня в их семье миротворец, она умела находить общий язык со всеми: его мамой и отцом, с отцом Пашки, самого Пашку очень любила, детей воспитывала правильно. Леха ею всегда восхищался и Пашке даже завидовал, что тому повезло встретить такую женщину. Раз она пригласила его на праздник, отказываться нельзя, если обидится - это надолго.
- Машунь, не кипятись, я приеду конечно, просто у меня планы были, - начал заискивающим тоном.
- Какие у тебя планы, - хмыкнула Машуня, - с девками в кабак завалиться?
- Ну почему сразу с девками? - слегка обиделся Лешка.
- Что с мужиками, в пожарную часть поедешь праздновать? Когда тебя семья зовёт?
- Да буду я, буду, - согласился Леха.
- Ветров, только попробуй не приехать, - погрозилась напоследок Мария, - все, я пошла отсыпаться.
Леха положил трубку и вздохнул. Вариантов где праздновать Новый год у него и правда было немного. Не одному же в самом деле в новогоднюю ночь куковать.
Тридцать первого декабря Леха навёл порядок в квартире, помылся, достал чистую рубашку и брюки и к вечеру стал собираться к брату. На телефон приходили поздравительные сообщения от друзей и коллег, одни желали здоровья, другие - скорейшего возвращения к работе.
Леха набрал номер, который стоял у него на быстром наборе с самого двадцать девятого декабря. Полина со школьного концерта буквально сбежала. Девчонки станцевали прекрасный танец. Леха в своей жизни ничего красивее не видел, он может в искусстве разбирался мало и не понимал насколько это было высокохудожественно, но слов, какими бы он мог описать эту феерию подходящих не находилось. Он пока смотрел, дыхание затаил, ловил каждый жест, поворот, взгляд. Вот бы она так в спальне для него станцевала, желательно обнаженная. Так, стоп, опять мысли не в то русло потекли. Усилием воли снова сосредоточился на выступлении.
Танец закончился и зал взорвался аплодисментами. Девчонки улыбались, кланялись и вдруг, как щелчок, Полина побелела, сжала губы, застыла каменной статуей, глядя в зал.
Леха хотел мгновенно рвануть за кулисы, чтобы выяснить, что могло ее так напугать, но шел ещё один последний номер и поэтому встать, и уйти он не мог, дядя бы не понял, оправдывайся потом.
После концерта в зале нашел только Фролову, та пояснила, что за Полиной приехал отец, и она срочно сорвалась домой. При упоминании Седого Леха только зубы сильнее сжал, этот человек ему напрямую вроде ничего плохого ни сделал, но он испытывал к нему неприязнь на каком-то клеточном уровне.
Леха пробовал дозвониться до Полины бессчётное количество раз, но абонент был недоступен, сообщения тоже были в статусе не доставлено. У Лёхи в душе поселилось противное сосущее чувство. Переживал за девчонку, не спроста же она стала борьбой заниматься, может ее кто-то дома обижает, отец, братья?
Ну не поедешь же к ним домой, не начнёшь предъявлять: мол где ваша дочь, все ли с ней в порядке? А то я вам не доверяю, вдруг вы с ней плохо обращаетесь, бьете?
Он правда один раз не сдержался и подъехал к их дому, постоял у высокого забора, посмотрел на темные окна рядом стоящих домов, но увидев, что к нему направляются два парня серьезного вида, скорее всего из охраны Седого поспешил уехать.