Ольга Митрофанова – Без вины виноватая (страница 7)

– Он отойдет, поймет, что погорячился. Мышонок, отец, он ведь один, другого у тебя нет, не идеальный конечно, но какой уж есть. Посмотри на меня, Пашка мне тоже сын, а я как знаешь, грешник ещё тот, сам хотел от него отказаться, чтобы пятна на нем не было, но Пашка упёрся. Он же Ящеров, как все мы. И ты тоже Ящерова, поэтому переубеждать тебя по поводу капитанчика не буду, но будь готова отвечать за свой выбор до конца.

– Я поняла, – тихо отозвалась Кристина.

Кроме чемодана у Кристины была большая дорожная сумка, с ней Макс ездил на соревнования. Макс, при мыслях о брате в горле встал ком. Он уехал в столицу, учиться в юридическом институте. Макс в школе имел авторитет, поэтому к ней никто никогда не приставал, даже косых взглядов в ее сторону не бросали, знали, что старший брат порвет. Теперь ей придется самой бороться за свое место под солнцем. Кристина тащила свои вещи в сторону общежития, сумка тяжёлая, оттянула плечо, но она упорно шагала вперёд, это просто одно из неудобств на пути к ее цели.

В общежитии Кристина оказалась впервые, это Макс, который вечно мотался по соревнованиям привык, к разным гостишкам и общагам, она же ночевала только дома или на крайний случай у дедушки с бабушкой.

В фойе общежития стояла больная железная вертушка, как на проходной завода, такие в кино показывали, старом, советском, мама такие любит. Рядом в маленькой комнате с окошечком сидела допотопная бабуля, в огромных уродских очках с толстыми стеклами.

– Куда тебя несёт? – строго поинтересовалась бабка.

– Я к коменданту, на заселение, – спокойно постаралась ответить Кристина.

– Понаедут из своих деревень, малограмотные, объявления не видят, заселение у нас с десяти, а ты в восемь приперлась, – отчитала ее бабка.

– Извините, я не видела, – попыталась быть вежливой Кристина.

– Смотреть лучше надо, а то прут со своими баулами. Сидели бы в своей деревне, так нет, всем городскими быть хочется, как будто город резиновый, – причитала бабка, продолжая вязать что-то на спицах.

– Я местная, – вставила Кристина.

– Ври больше, местные дома живут, а не по общагам мыкаются.

– Баб Нюр, ты чего девчонку обижаешь? – спросила девушка,  вошедшая в общежитие в компании двух молодых людей, – она пока будет тут ждать коменду, уже все нормальные комнаты разберут.

– А мне какое дело? – сварливо отозвалась бабка.

– Баб Нюр, – обратился к бабке высокий темноволосый парень, – ты девочку-то пусти, а то нехорошо получается, – строго глянул на бабулю.

– Ой, да кто ее держит, – сразу сменила тон бабуля, – пусть проходит.

Молодые люди подошли к Кристине, первой заговорила девушка:

– Пошли, пока зелёный свет, – подхватила растерянную Кристину под локоть и потащила через вертушку, парни пошли следом, подхватив ее сумки.

Заселили Кристину быстро, спасибо этой случайной компании. Оказалось, что они тоже учатся на юристов, Лена на втором курсе, а Дима с Сашей на третьем. Дима с Леной ни местные, приехали из одной деревни, дружат давно, а Сашка – местный, сын заведующей учебной части, потому его и опасаются. Ребята оказались приятными, предложили обращаться за помощью, если она нужна будет.

Кристине захотелось к ним обратиться за помощью сразу же, как только она попала в свою комнату. В коридоре общежития сделали ремонт, и потому стены и потолок были чистые, двери в комнаты стояли одинаковые. На этом, скорее всего финансирование ремонта закончилось.

Кристина открыла дверь в комнату своим ключом и положительные моменты на этом закончились. В комнате стоял отчётливый запах перегара, на столе – остатки еды и пустая бутылка из-под вина, возле ножки стола стояла ещё одна. Обзор на саму комнату закрывал шкаф, его поставили видимо, чтобы отделить кухонную зону от учебной. Кристина разуваться не стала, потому что в комнате было натоптано, на затертых ковриках явно отпечатались следы пыльных ботинок и мелкие кусочки грязи.

В комнате стояло две кровати: одна двухъярусная и вторая одноярусная. На обеих кроватях кое-как укрывшись, спали две девушки.

Отличные соседки ей достались, видел бы папа. Мысли об отце ее слегка привели в чувства. Он ведь только и ждёт, что она всего этого испугается и сбежит домой. Ну нет, она Ящерова, а они так просто не сдаются, вон топик на батарее, как раз пойдет в качестве половой тряпки.

Глава 6

Вернуться домой хотелось сильно. Жизнь в общежитии оказалась совсем не сахар. В бытовых вещах Кристина была приспособлена, мама всегда их заставляла заботиться о себе самим. Поэтому готовить еду, стирать вещи и убирать за собой, для Кристины было не проблемой. Гораздо больше напрягали отношения с соседками по комнате. Две обычные ПТУ-шницы, приехавшие из районного центра, где их родители жили чуть лучше, чем обычные жители деревни и позволяли себе оплатить обучение своих ненаглядных чад в колледже. Эти же две красотки, вместо учебы вечера проводили в кабаках, благо, что не устраивали гулянки в комнате, за это отдельное спасибо Кристина должна сказать своим новым друзьям: Елене, Диме и Сашке. Парни, пользуясь своим старшинством и авторитетом, двух разбитных соседок Кристины быстро сострунили, четко обозначив, что обижать девочку нельзя и вести себя лучше тихо, пока не отправились обратно в свой Междужопинск.

Соседки, после разъяснительных бесед немного поутихли, старались Кристину открыто не задевать, но по-тихому гадили: пересолили еду, потрясли дорогие тени, налили воды во всю ее обувь. Кристина расстраивалась, тихонько плакала, но в открытии им своего отчаяния не показывала, соседок Вику и Олесю встречала с каменным выражением лица, пряча свои истинные эмоции в дальний угол. Позже, повзрослев, она их поблагодарит, за такой полезный навык – умение держать свои эмоции в узде, но пока было тяжело.

Со школьными подругами она не общалась, ее странного поступка – пойти учиться в колледж они не поняли, раскритиковали, а Кристине итак было не сладко, чтобы еще их мнение выслушивать. Максим звонил редко, один раз – высказать свое бесценное мнение по поводу ее поступка, а второй – поинтересоваться, не передумала ли она и не желает вернуться домой.

Мама звонила через день, интересовалась ее делами и самочувствием. Она приехала через два дня после ее заселения в общежитие, прошлась по комнате, окинула оценивающим взглядом ее соседок, положила на стол свою зарплатную карточку и строго приказала:

– Играть в независимость можешь сколько угодно, но раз уж дед в тебя поверил и оплатил твою учебу, то будь любезна учиться как следует. Здесь деньги тебе на проживание, чтобы не хваталась за сомнительные подработки, в попытках себя прокормить. Готовить ты умеешь, продукты себе купишь. Теплые вещи я тебе привезу. Надумаешь вернуться, адрес знаешь.

– Мам, ты меня осуждаешь? – робко спросила Кристина.

– Кристин, ты – моя дочь, – устало вздохнула мама, –  я тебя люблю, и всегда буду стараться для того, чтобы тебе было хорошо. Но твой поступок – сбежать из дома, пока я на смене, а папа в командировке я не понимаю. Ты хочешь быть взрослой, но ведешь себя как ребенок.

– Папа бы меня не отпустил, – жалобно ответила Кристина.

– Жить здесь, он бы тебя точно не отпустил, – недовольно заметила мама, – а с учебой мы бы как-то с дедом посодействовали, порешали. Но раз ты ни с кем не посоветовалась, сбежала из дома, оставив на столике ключи, живи как считаешь нужным. На карточке – моя зарплата, думаю, на жизнь этого хватит, – сказала мама и ушла.

Единственным человеком, с которым можно было поговорить и поплакаться в жилетку, оказалась Лена. Та ее нисколько не осуждала, сама вслед за Димкой приехала учиться в город. Поэтому Кристину поддерживала, как могла. Правда с родителями советовала помириться.

Учеба оказалась даже интересной. И история вовсе не такой занудной, какой была в школе, может это от преподавателя зависит. Кристина старалась писать все лекции, задания выполнять во время, чтобы к сессии не было хвостов. Ноутбук мама привезла, поэтому учиться стало проще, то, чего не знала, могла нарыть в интернете. Готовила рефераты, доклады, поднимала руку, чтобы ответить, вообщем нарабатывала себе положительную репутацию.

Семнадцатое октября подкралось незаметно, вот только заселилась в общежитие, а уже прошло полтора месяца. День ее  рождения, семнадцать лет. Поздравляли с самого утра, первая позвонила мама, скорее всего, закончила смену в больнице. Макс позвонил ближе к девяти утра, проснулся на пары, пожелал ей быстрее повзрослеть, сказал – подарок в денежном эквиваленте кинет на мамину карточку, которой теперь пользуется Кристина.

Дедушка с бабушкой сделали видеозвонок из Штатов, у деда там есть куча незаконченных дел, и бабуля хотела посмотреть побережье, так что вернутся только к Новому году. Поздравляли одноклассники, присылали шутливые и серьезные поздравления. Только один человек, который всегда поздравлял самым первым, не звонил.

Кристина купила торт и приготовила легкие закуски. Вика с Олеськой, к счастью свалили в кабак, поэтому Кристина со своими гостями – Леной, Димкой и Сашкой спокойно посидели, попив чай с тортиком, шутили, смеялись.

И вроде ничего такого, но на душе кошки скребут. Выть хочется. Мог бы хоть сообщение написать, если звонить не хочет. Кристина проводила друзей, постояла у окна, глядя вдаль на ночной город, в котором во всю гуляла осень. Вытерла ладонями слезы, погасила свет и легла в кровать, укрывшись с головой одеялом.