Ольга Мигель – Зов скорби (страница 4)

Город только начал просыпаться, поэтому меня очень удивила, вернее даже встревожила, небольшая толпа зевак, из которой выглядывали жандармы. Подойдя к огражденной территории, я увидела то, от чего меня бы стошнило, не привыкни я к подобным картинам.

Это мало походило на труп, скорее фарш — рыхлая мышечная масса, куски кожи и переломанные кости. Казалось, его разорвало на части взрывом изнутри. Высохшую кровь и куски плоти можно было наблюдать в радиусе пяти метров.

Глядя под ноги, я осторожно подошла к телу. Тотчас ко мне подбежал молодой жандарм.

— Простите, уважаемая, но…

— Алиса Гайлинова, «13-й канал», — сказала я, ткнув в нос жандарму свое удостоверение журналиста. — Так что здесь произошло?

— Мы сами не знаем. Вон та женщина, — жандарм указал на толстую женщину лет пятидесяти, которая разговаривала со следователем, — говорит, что проснулась в час ночи от того, что услышала какой-то странный звук. А когда выглянула в окно, то с перепугу упала в обморок и стукнулась головой. По ее словам, она пролежала без сознания около двух часов, но потом сразу же вызвала нас…

Воспользовавшись психологическим импульсом, я перевела внимание жандарма на женщину, и присела возле останков, внимательно изучая их. Я сразу приметила, что такого раньше не случалось. Не было похоже, что его просто размазали какой-то огромной булавой, или разорвали. Больше походило на то, что все органы взорвались с разной силой.

Я действовала полностью интуитивно: нашла самый большой кусок того, что когда-то было головой, присела возле него и сосредоточилась…

…Темная ночь, какой-то прохожий, шатаясь, идет впереди, опирается на каждый столб. Мужчина подходит к нему, хватает за правое плечо. Парень вздрагивает и оборачивается, но нарушитель его покоя резко начинает трястись. Тотчас все исчезает со звуком взрыва, который доносится словно сквозь толщу воды!..

«Ничего себе! — было моей первой мыслью. — Ну и спецэффекты! Интересно, кого на этот раз черти принесли?.. Впрочем, они принесли, а выносить, как всегда, мне».

Наивно с моей стороны было не подумать, что кому-то так же предстоит «выносить» меня.

Вскоре подъехала машина, которая должна была отвезти тело в морг. Около двадцати минут я потратила на то, чтобы получить комментарии следователей и медиков. До начала рабочего дня оставалось два часа, поэтому, расположившись на лавочке в скверике невдалеке от места событий, я написала в блокноте черновик статьи. Город просыпался, начинал гудеть и суетиться. Да и у меня самой впереди вырисовывался интересный день.

— Привет, Алиса! — докрашивая ногти красным лаком, весело поприветствовала меня коллега и приятельница Рая. — Чего так рано? На тебя не похоже.

— Не спалось. Видимо, магнитные бури, — улыбнулась я. — А ранняя пташка червячков находит! Осталось перенести их из блокнота в компьютер, и можно передавать главному редактору.

— Мне тоже подбросили червячков в виде одной семьи, вернее — матери-одиночки с сыном-подростком. Представляешь, он со вчерашнего утра не появлялся дома, мать уже подала заявление в жандармерию… и тут пришел час назад, весь в крови и с ожогом в форме ладони на правом плече! Ты даже не представляешь, как это интересно!

Ох, Рая, это ты даже не представляешь, как это интересно! А того, насколько это интересно в действительности, на тот момент не представляла и я.

— А что за парень? — как бы невзначай поинтересовалась я, пока Рая подкрашивала губы.

— Следователь мне пока не говорил, только назначил встречу, на которой все расскажет и передаст фотографии ожога.

— Чего так?

— Мать мальчика попросила не разглашать их имен, да и парень ведет себя как-то странно. Ну, я побежала, не хочу опоздать!

Я тоже не хотела опоздать. Потому первым делом пулей понеслась к главному редактору и быстро изложила ему ситуацию с добытым мной материалом — разумеется, упустив некоторые детали, которые его нисколько не касались. А вместо того, чтоб спокойно пойти в кабинет писать статью, я выбежала из редакции, уже в образе кошки вылезла на крышу, за минуту нашла взглядом блондинистую голову Раи и помчала следом.

Когда гламурная журналистка наконец оказалась за столиком одного из летних кафе рядом с симпатичным мужчиной лет тридцати, я притаилась на крыше прилегавшего к забегаловке старинного одноэтажного дома.

— Этот парень говорит, что совсем ничего не помнит?

— Да, Рая, но — не для статьи — думаю, он врет. Возможно, случилось то, о чем он просто боится рассказать. На его мать у нас давно заведено дело, лет пятнадцать назад у нее был первый привод за проституцию. Конечно, сейчас она для этого слишком стара и работает уборщицей, но мальчик рос без отца. Его воспитала улица, поэтому ты сама понимаешь, какие у него могут быть друзья, и связанные с ними проблемы. По крайней мере, все, что он нам рассказал, ограничивается временными рамками с утра, когда он вышел из дома, и до шести вечера. Он даже ничего не помнит о том, как оказался на пороге собственной квартиры.

— Может, его чем-то накачали? — предположила Рая, накручивая локон на пальчик.

— Вряд ли. Тесты не обнаружили следов наркотиков в организме… что для шестнадцатилетнего мальчишки, ведущего подобный образ жизни, более чем странно. Логично предположить, что парня просто ударили по голове, и он всю ночь пролежал без сознания в каком-то подвале. Но медицинский осмотр не обнаружил никаких телесных повреждений, кроме того странного ожога на плече.

— Кстати, ты принес фотографии?

— Конечно, вот, — заторопился следователь, протягивая Рае конверт. Она сразу раскрыла его, дав мне возможность хорошенько разглядеть и детально запомнить ожог.

— И еще одно: ты сказал мне, что мать просила не называть их фамилии. Но хоть имена сказать можешь? — спросила девушка, обмахивая собеседника пышными наращенными ресницами.

— Мать зовут Дарьей, а парня Вадимом.

— Можешь рассказать еще что-то? — игриво подмигнув, поинтересовалась Рая.

— Да нет. Это все, что я знаю.

— Хорошо. Произойдет что интересное — звони!

— Надеюсь, ужин со мной ты считаешь чем-то «интересным»?

— Антончик, это вообще вне очереди! — улыбнулась Рая, поцеловав следователя на прощание.

Кажется, я поняла, откуда она одной из первых в редакции узнает лучшие криминальные новости! Повезло же с кавалером…

Но это ни коим образом не значило, что я ей завидовала, боже упаси! Приключений на любовном фронте я не хотела, следовательно — не искала. После всего, что со мной случилось в последние годы, это было вполне ожидаемо.

Прогнав лишние мысли и воспоминания, я развернулась и понеслась назад в редакцию. Узнав кое-какую полезную информацию, имя и лицо следователя, выведать остальное будет несложно. А пока пришло время возвращаться к своим журналистским обязанностям.

В два часа дня я отнесла статью с многообещающим названием — «Тело размазано по асфальту» — ответственному секретарю, и теперь ждала, когда мне дадут новое задание. Как назло, журналистских приключений не предвиделось: мне поручили писать про торжественное открытие супермаркета сегодня вечером. Довольно резкий контраст по сравнению с только что написанной статьей, которую, я не сомневалась, поставят на первую страницу — потеснив драку на заседании городского совета.

Вот тут уж точно не должно произойти ничего, что касалось бы этой головоломки… да и вообще хоть чего-то стоящего! Правда, кто знает, может, редакция надеялась на драку в толпе, где кто-то кого-то пырнет ножом? Ну не посылали же меня туда писать о том, как хорошо, что в Аннограде будет еще один супермаркет!

Так что я с головой погрузилась в любимую работу, временно забыв обо всем на свете.

Куда не сунься — везде шум и давка. Под ногами бегали ребятишки, спешившие принять участие в различных конкурсах. Люди набивали тележки продуктами так, будто завтра наступит голод… вот оно, классическое открытие супермаркета в Аннограде! Как всегда, море акций вроде: «Купи чего-то там на столько-то денежек и получи скидку в несколько процентов», фирменные ручки, приклеенные скотчем к пачкам чая, и, конечно, дегустация дешевого майонеза.

Я честно выполнила свою работу, собрав максимум информации. Кроме нескольких мелких краж ничего интересного не случилось. Прежде чем отправиться домой, я решила еще раз пробежаться по торговому залу — мне нужно было купить гречку.

— Чего вы здесь стоите? — раздраженно поинтересовалась я, пытаясь протолкнуться через толпу в отделе спиртных напитков.

— Да тут такое!.. — нервно воскликнул какой-то мужчина.

— Что?

— Какая-то аномалия! Минуту назад я стоял, выбирал водку. И тут подошел вон к тем полкам какой-то парень — сам весь оборванец такой — набрал полную корзину разного вина, коньяка, слабоалкоголки… и вдруг исчез!

— Как это — исчез? — удивилась я.

— А так! — подтвердила полненькая женщина, вмешавшись в разговор. — Я тоже это видела! Минуту назад стоял себе парень с полной корзиной спиртного и закусок. Я даже глазом моргнуть не успела, как он словно сквозь землю провалился!

— Может он просто сбежал? — с надеждой предположила я.

— Нет! — воскликнула худощавая мамаша, держа за руку мальчика лет шести. — Он прямо на моих глазах взял и пропал!

— Даже так?

Почувствовав запах «горяченького», я поспешила в комнату охраны, где уже знакомый мне менеджер уставился в монитор таким удивленными глазищами, что я перестала сомневаться в достоверности показаний покупателей.