Ольга Мигель – Замена для чувственного монстра (страница 2)

Сделав глубокий вдох, она попыталась покинуть заботливые объятия, как вдруг поняла, что они, при всей своей нежности, очень крепки.

— Отпустите меня, пожалуйста, — неуверенно проговорила Яна.

— Нет, — полоснуло по ее сознанию четким, командным голосом.

— Я не хочу, чтоб вы обнимали меня.

— Врешь, — ухмыльнулся мужчина, целуя ее шею… и расстегивая змейку платья, чтоб обнажить нежное плечо, к которому страстно прильнул.

— Я действительно этого не хочу.

— Твое тело говорит иначе, — прошептал мужчина, лаская нежные плечи. — А уж кто-то, а я знаю это тело как никто другой.

— Может тело и хочет… но я нет.

— А кому какое дело до твоих желаний? — пожал плечами он и, расстегнув молнию до конца, позволил легкому платью упасть на пол. В тот же миг Яна попыталась прикрыть грудь хрупкими руками, но мужчина, разгадав ее маневр, перехватил запястья и развернул ее к себе. — Я уже боялся, что никогда больше не ощущу твоего тепла, — прошептал он с внезапным горьким отчаянием, глядя в растерянные глаза. И от этого тона Яна задрожала. Несмотря на происходящее, ее сердце сжалось от жалости, когда она посмотрела на это переполненное горькой страстью красивое лицо. — Ты так мне дорога, Иилльда… — выдохнул он, прежде чем захватить ее губы безумным поцелуем, от которого голова пошла кругом, не оставляя даже шансов устоять на ногах!

В одно мгновение Яна поняла, что сидит на столике, с которого бесцеремонно были сброшены стоявшие там непонятные предметы, а мужчина, не отпускающий ее губ, торопливо снимает с себя китель и рубашку, под которыми было крепкое тело, каждый мускул которого оказался напряжен и покрыт маленькими капельками пота.

— Нет, не нужно! — простонала девушка, пытаясь разорвать поцелуй, но мужчина снова смял ее губы, одновременно стягивая с себя штаны. — Я не хочу, отпустите меня!

— Кого ты пытаешься обмануть, Иилльда?

— Я не Иилльда…

— Нет, ты Иилльда, — неожиданно строго прошипел он, сжимая ее бедра. — И ты не будешь возражать мне, или изображать, будто тебя берут против воли. Все поняла?

— Но…

— Никаких но!

— Я никогда раньше!.. — отчаянно всхлипнула Яна.

— Ничего, — шепнул мужчина. — Тело, в котором ты сейчас находишься, уже делало это со мной много раз.

Она не хотела, чтобы это происходило, действительно не хотела. Но не смогла ничего поделать со стоном, который вырвался из ее груди, когда мужчина вошел в нее. Так же, как и с тем, что была в этот момент настолько влажной, что он спокойно мог двигаться так быстро, как только желал.

Яна знала, что должно быть больно. Что первый раз всегда больно. И даже представляла, что когда впервые отдастся Артуру — своему однокурснику, который ей очень нравился, который уже начал недавно за ней ухаживать, — ей будет больно, но она с радостью вытерпит эту боль, ведь станет женщиной вместе с тем, кто будет ей очень-очень важен.

Сейчас больно не было. Вообще. Как и сказал этот незнакомец, его жена спала с ним, и, наверное, очень часто. Потому ее тело уже давно привыкло к тому, что в него проникает мужчина. Но вместо того Яна понимала, что впервые в жизни занимается сексом с тем, кого вообще не знает, кто фактически приказал, не оставил иного выбора, кроме как впустить его в свое тело!.. нет, в то тело, с которым он привык спать, и в которое насильно засадил ее сознание! Сознание, для которого этот странный, пугающий, и постыдно-возбуждающий опыт был первым в жизни.

С величайшим стыдом для себя Яна поняла, что ее наслаждение нарастает с каждой минутой, и вскоре, скорее всего, обрушиться на нее настоящей лавиной. Как вдруг она закричала, но не от оргазма! Просто от того, что увидела огромные черные щупальца, которые грозно тянулись из спины мужчины, который ее брал! Их было много — пять, может шесть, или больше, Яна была слишком напугана, чтобы сосчитать их. Длинные, гибкие, склизкие на вид, они подобно цветку вырывались из точки меж его лопаток и причудливо извивались с каждым его движением.

— Ах да, кажется, у мужчин с этой вашей Земли ничего такого нет? — уточнил мужчина, и одна из щупалец, словно дразня, изогнулась и скользнула по лицу Яны, нежно коснулась ее губ и пролезла в рот. Но самым странным было то, что это непонятное прикосновение оказалось приятным, и даже возбуждающим!

Другие щупальца не заставили себя ждать! Словно змеи, они устремились к хрупкому обнаженному телу. Обвивая его, они будто исследовали каждый изгиб, каждую клеточку кожи, которая уже была им хорошо знакома. И проклятье, Яна пыталась это отрицать, но все это ей безумно нравилось. Когда же одна из щупалец, обвив ее грудь, страстно ее сжала, перед глазами у девушки разом пронеслись все те яркие звезды, что она видела сквозь смотровое окно несколько минут назад!

— Ты для меня все, понимаешь? — шептал он ей… нет, не ей. Всего лишь той, кого здесь уже не было и никогда не будет. — Я обожаю тебя, до безумия обожаю.

Яна не хотела кончать. Всеми силами она старалась сдержаться, старалась думать о том, как эта близость ей отвратительна! Но это проклятое тело было в экстазе от того, что происходило! И когда наслаждение достигло пика, девушка сладостно закричала, царапая широкую, мускулистую спину мужчины. Она чувствовала это — как из напряженного члена в ее тело неудержимым потоком выливается теплая, вязкая сперма. В тот же миг щупальца еще сильнее увлажнились, судорожно, но осторожно сжимая ее в причудливых, и при этом очень чувственных объятиях.

— Сходи в душ, — наконец проговорил мужчина сиплым голосом, когда их дыхания немного успокоились. Лишь сейчас Яна поняла, что до сих пор крепко сжимает его в объятиях. Так же, как и он ее.

Только что она занималась сексом, впервые в жизни. С мужчиной, для которого эта близость с ней была чем-то привычным. А она спала с ним, даже не зная его имени. Интересно, можно ли считать это изнасилованием? Ведь она действительно пыталась сопротивляться, и разумом действительно не хотела этого. Но разве можно считать жертвой изнасилования ту, кто так сладостно кричала, так страстно впивалась ногтями в напряженную спину, каждый мускул которой сводил ее с ума? Все те животные инстинкты, которые управляли ею в этот момент, казались мерзкими, отвратительными — такими, что никоим образом не должны руководить разумным, уважающим себя человеком!

Как только мужчина отпустил ее, Яна торопливо подобрала валявшееся на полу платье и прикрыла им свое обнаженное тело, чем вызвала циничную улыбку на лице капитана. Конечно, как-то глупо прикрываться от того, кто только что отымел тебя по полной! И все же, преодолеть это желание ей не удалось.

— Душ там, если ты еще не в курсе, — бросил он, указав рукой в сторону двери слева, и развернулся к смотровому окну. Именно в этот момент Яна заметила, как черные щупальца втягивались обратно в его спину. И когда последняя из них скрылась внутри крепкого тела, бледная кожа сомкнулась над ними сама по себе. — Кстати, меня зовут Дейрус, — добавил мужчина, когда Яна, уже развернувшись, направилась к душевой. Замерев на миг, девушка судорожно сжала в руках свое платье, а потом быстрым шагом направилась в душ. Просто ради того, чтоб открыть воду и, упершись руками в белый кафель, позволить прохладным каплям падать ей на голову.

3.

Она понимала, что никогда к этому не привыкнет, но все равно не могла перестать пытаться. Проходили день за днем, а ничего так и не менялось.

Каждое утро Дейрус уходил заниматься своими служебными обязанностями капитана, о которых Яна до сих пор не имела каких-то конкретных представлений. С этого момента, и до самого вечера, она была предоставлена сама себе. Сначала девушка даже не решалась выйти из капитанских покоев, но вскоре поняла, что ей это разрешено. Обнаружив это, Яна немало удивилась, но тут же расхохоталась со своих собственных мыслей: ну конечно, в самом деле, куда же она денется-то с космического корабля?!

С того дня девушка начала гулять по тем частям звездолета, что были доступны для общего пользования. Так она немного изучила корабль и теперь неплохо в нем ориентировалась… по крайней мере, в общих чертах. Как-никак, он был действительно огромен! Потому Яна даже не сомневалась, что на протяжении дня ей будет, чем себя занять. Кроме стратегически важных отсеков — вроде грузового, тренировочного, капитанского мостика и так далее, — здесь так же находились зоны отдыха, магазины, рестораны и тому подобное. Как выяснилось, на корабле жило довольно много людей, никак не связанных с военным делом: семьи солдат и те, кто поселился на здесь, чтоб вести свой бизнес, обслуживая их.

Когда день заканчивался, Яна возвращалась обратно в капитанские покои. Дейрус не говорил ей этого прямым текстом, но отчего-то она знала, что когда он вернется, ей лучше быть на месте, ждать его.

Возвращаясь домой, мужчина горячо ее целовал и передавал коробки, в которых была еда, купленная им в одном из любимых ресторанов. Яна молча накрывала на стол, и они приступали к «семейному» ужину. А потом капитан, если не был слишком уставшим, тащил ее в постель, где Яна снова и снова не могла ничего поделать с животным притяжением, которое испытывала к нему.

Но при этом, сколько бы времени ни прошло, Дейрус не делал того, чего Яна в действительности очень хотела: он не разговаривал с ней. Вернее как, не разговаривал диалогами, которые содержали бы больше пары коротких ответов друг другу. И девушка, к сожалению, прекрасно понимала причину. Та заключалась в том, что она, Яна — не тот человек, о котором капитан предпочитает думать, проводя время с ней. И когда девушка молчала, забыть об этом было немного легче, просто глядя на знакомую оболочку. Вот только стоило бы ей заговорить, начать долгий разговор, и Дейрус непременно бы почувствовал это: другой характер, манеры, воспитание, интересы, жизненные цели и ценности, другие привычки, повадки и предпочтения. Другой человек. Даже сейчас, практически не разговаривая с ним, Яна видела в его взгляде боль от понимания этой горькой истины. Эти глаза были слишком красноречивы: разбей девушка даже эту хрупчайшую, нелепую призрачную иллюзию, и сердце капитана разорвется на части.