Ольга Мальцева – Хочу быть богатой и знаменитой (страница 47)

Тошка не сводила с Регины глаз.

— Она сказала, что до вашего выздоровления будет выполнять ваш функционал, а потом, как Бог даст, — и Эмик, оказывается, беспокоился нисколько не меньше, чем Тошка.

— Все нормально, ребята. Ведь кому-то надо координировать действия всех участников. Вот ее и попросили. Надеюсь, она справляется?

— Вроде все как надо.

Вдруг Тошка приняла вид, она его называла «мадам»: выпрямлялась спина, поднимался подбородок, голос делался ниже и богаче модуляциями, а в глазах плясали искры смеха:

— Сегодняшний раунд переговоров прошел продуктивно, в дружеской атмосфере и с ожидаемыми результатами, — Тошка с чувством выполненного долга степенно оглядела окружающих и хихикнула. Смех подхватили все. Она ткнула брата кулачком в бок:

— Эмик, давай показывай фотки. И те, которые со вчера, тоже.

Он от удара деланно скривился и полез в рюкзак.

Кадры на планшетнике менялись не быстро, потому, что комментировали их оба участника. С чувством юмора у ребят было все в порядке. Эмик в качестве репортера выступал не впервые и фотографом оказался отменным. Глаз у него был чутким и всевидящим. Вот встреча в аэропорту. Лица гостей немного напряженные и утомленные, хотя улыбки выглядят довольно искренними. А вот уже начало вечеринки. Банданы на головах у мужчин, повязки на глазах, рубахи до пупа расстегнуты, по кию у каждого в руке и что-то стоит в красном углу на приставном столике.

— Пираты, что с них взять, — Тошка деланно вздыхала, пожимала плечиком и комментировала дальше.

Регина внимательно смотрела на очередной кадр:

— Ребята, а что делает старое эмалированное ведро на столе в углу?

Все начали рассматривать изображение на экране. И впрямь, в углу стояло эмалированное голубое двенадцатилитровое ведро советского времени, из него что-то торчало. С бантиком.

Регина покрутила головой, ища ответ у всей честной компании. Тимур в неведении развел руками. Тошка со всей непосредственностью и удивлением о том, что ее спрашивают об очевидном сказала:

— Так это приз!

Тимур что-то понял и начал беззвучно хохотать, а Регина недоумевала:

— Приз? Ведро — приз? Старое побитое эмалированное ведро с крышкой — приз? Оно что — археологический экспонат? Его откопала, отмыла археолог Демидовна и сказала, что это реальный мезозой ценой в миллион на аукционе «Сотбис»?

— Да нет же! Причем тут ведро? Приз в ведре!

Эмик выглядел немного обиженным за то, что не оценили, его, вообще-то, задумку с призом.

— Это то, что торчит из ведра?

— Нет, торчит из ведра черпак!

— Черпак, — девушка смотрела на ребят.

— Мы еще бантик на нем завязали…, — голос Татьяны как-то сник.

Тимур хохотал уже в голос. А Регина никак не могла понять причину его веселья.

— И что же за приз в ведре с черпаком? Надеюсь не зверушка? Нет? Молоко?

— Нет. Пиво, — Тошка уже поняла, что сейчас последует разгон. И он не заставил себя ждать.

— Ребята, вы… — Регина откинулась на подушки, а эти двое кинулись к ней.

— Вам совсем худо? А мы тут с ведрами, черпаками. Мы пойдем, наверное, уже, — Тошка тянула Эмика за рукав к выходу. Но тот не понял всей опасности ситуации и с наивной мордахой ожидал заслуженной похвалы.

— Что ж, давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны, — Регина старалась говорить спокойно и рассудительно, — вы приезжаете в Виндзор на праздник, а вам выдают обед в железной миске.

Эмик уставился на сестру, та больно пнула его по ноге. Он обиженно начал потирать пострадавшую конечность и выговаривать ей:

— Тошка, завязывай пинаться, а то в Виндзор не пустят даже с твоим ведром.

Тоша закатила глаза под лоб, показывая отношение к сообразительности брата, потом осторожненько начала:

— Регина Александровна, мы поняли уже, что с ведром — перебор, но все остались довольны, и даже в очередь в туалет стояли, — это Тимура добило, он вылетел из комнаты. Через несколько минут на кухне стоял ржач, только теперь в два голоса. Сергей мог в этом деле дать фору Тимуру.

Когда эти шалопаи осознали, что сейчас было сказано и, самое главное, что было сделано, то оба сначала замерли, в ужасе глядя на свою начальницу. Увидев, что она не выдерживает и тоже начинает смеяться, захохотали и плюхнулись на ковер около тахты.

— Ребята, а это кто, — Регина показала на гостей базы отдыха, которые с ними проводили турнир по биллиарду.

— Это гости на базе, две супружеские пары, которые готовы были повеситься с тоски. А мы эту тоску малёхо разбодяжили и хорошенько вытрясли их карманы, хотя они нисколько не расстроились по этому поводу.

— Они даже мелочь выгребли.

Регина схватилась за сердце:

— Вы что, на деньги играли?!

— Играли не мы, но мы подали такую идею. Им скучно было играть «за просто так». Когда деньги закончились, они на пиво начали играть. Вот смотрите дальше, когда их Тошка нарядила пиратами, они, делая ставку, орали «Деньги на бочку!».

— Господи! Иностранцы — гости компании, играли на деньги с гостями базы! Эмик, а ты куда смотрел?

— Я? В объектив. А чего? Они взрослые люди, сами решают, как деньгами распорядиться.

— Они еще весь выигрыш нам отдали, — Тошкина непосредственность не имела границ. Регина не знала, за что хвататься в первую очередь, за голову или за сердце.

— Ребята! Вы деньги взяли?!

— А мы решили благотворительную акцию быстренько провернуть.

Регина уже стонала, держась за голову, ужасаясь, боясь даже предположить, что они без нее еще вытворили.

— Какая акция? — она говорить не могла, только тихонько шептала.

— Мы детишкам, ну, которые больные, из соседнего Ревматологического центра хотим подарок сделать. У них нет игрового зала, они как идиоты с родителями часами в коридоре сидят и ждут приема, а огроменный холл пустует. Понятное дело, сначала с главврачом поговорим, что там можно установить: всякие качели, горки там, можно столики-стульчики с играми. Можно стеллаж с игрулями забабахать. А на пол коврик с мишками!

— Ребята, а сколько денег вы вчера заработали таким сомнительным способом?

— Семь.

— Чего семь?

— Семь штук.

— Семь тысяч рублей?

— Почему это рублей? Евро.

— Меня посадят, — Регина в ужасе застонала.

— Чего это сразу посадят? — Тошка давно перебралась на краешек тахты и сейчас разглаживала уголок пледа.

— Может и не сразу. Но посадят. Вы что, чада малые и не понимаете, что устраиваете азартные игры на деньги в общественном месте?

Регина ужасалась тому, что натворила ребятня без ее присмотра. Одновременно ей было смешно от того, что они натворили. Было огромное желание отшлепать обоих и расцеловать великодушных, добрых, щедрых, но все-таки детей!

— Никто ничего не устраивает — Тошка надулась.

— Они нам эти деньги выдали на благотворительность. Вон Эмик взял с них заяву, что они, нижеподписавшиеся, хотят внести посильный вклад в дело развития и воспитания подрастающего поколения в России. Целевой взнос. Вот. И не спрашивайте про итальянцев.

— Не спрашиваю, — Регина откинулась на подушки и в изнеможении закрыла глаза.

— Так они сами! Это же не мы! И утром они сказали, что все клево, что вечер они хотят провести так же весело.

Больная приоткрыла один глаз:

— Боюсь спросить о программе.

— Не бойтесь, — Эмик явно что-то еще искал для показа, усердно пролистывая кадр за кадром, между делом поддерживая диалог.