Ольга Мальцева – Хочу быть богатой и знаменитой (страница 35)
— Доктор?
— Да.
— Военный.
— Да.
— Ох, ты ж, как все складывается. Вот и не верь опосля этого шаману. Прав ведь был стревец. Проспорила ить я ему бутылку наливки черносмородишной, что военный придет ей в помощь. И не жаль. Нет, не жаль. Тебя-то как звать-величать?
— Лукин Сергей Владимирович — военврач, полковник медицинской службы. Хирург.
— Вестимо, что хирург, по ухватке-то сразу видать. А я терапевтом в районе всю свою жизнь оттрубила. Сколько деревенских через мои руки прошло — страсть. Не об этом речь. Ты сходи-ка в аптеку, принеси то, что напишу. Забеги в районную поликлинику к участковой, по фамилии Тырина, пусть эта дура нам больничный дён на десять выпишет. Скажи, от Марии Петровны — привет, она сразу забегает. А мы тут с Божией помощью пока жар уймем.
— Мария Петровна, там на спине…
— Знаю, милок, знаю, — старушка пригорюнилась, — только не ведаю, как к ей подступиться. Не дается она. Раздеть не получается. Всегда в закрытом под горло ходит. Чем лечить этакую страсть — не ведаю. Там рассекать, да шить наново надобно. Мазилки эти не помогут. Может у вас, вояк, что новое придумали? Ты поспрашай, авось и полечим нашу деточку. А сейчас иди, сынок, у нас время дорого. Днем и посижу, и полечу, и с хозяйством помогу. А ночь — твоя. Стара я для бессонных ночей. Нужна буду — квартира насупротив. Ступай уже.
ГЛАВА 18
«…богатой и знаменитой! …богатой и знаменитой!».
Понедельник — день тяжелый. Это Александр Иванович Белояров знал не только из цитирования народных перлов. На первом месте китайцы. С силой потер бровь. Его интересовало, как эта фитюлечка Тошка ухватила суть? Мимо бы проскакала, пробежала, и пошел бы ты, милый, побираться. Ладно, мы их к ногтю прижмем! Умные самые? Вот же…! Стоп! Сам себе обещал не накручивать? Обещал! Вот и не накручивай! Если за эту канитель Ромка с Моисеичем взялись, то можно быть спокойным. Они всю шоблу быстро раскрутят-разгонят и на место поставят. Эх, не хотелось бы, чтобы к нам Интерпол влез. Хотя Подольский обещал, что только зацепочку даст, пусть сами копают, а то нам только дурной славы не хватало. Итальянцы на подходе, работы — валом, слава Богу! Что ж, благословясь приступим.
Аккуратно нажал кнопку старенького Интеркома:
— Полина, все старье ко мне гони.
— Подольский занят.
— А он и не нужен. Поль, сделай мне чаю, нормального, черного и покрепче. Раз в день можно.
— Хорошо. Будет чай через три минуты, старье — через десять, — и он услышал в голосе старинного верного друга усмешку.
Действительно через десять минут в кабинете у генерального собрались остальные собственники и основатели компании, когда-то ее цвет и надежда, сегодня умудренные жизнью, обогащенные опытом зубры.
Ирэна Михеевна Эмираева — директор по персоналу — черноволосая с седой прядью ото лба, черноглазая, невысокого росточка полненькая цыганка, вся в золоте, которое на ней не смотрелось вульгарно, было вполне уместно с черным, почти в пол, платьем. Рядом сел Вячеслав Аркадьевич Каратаев, начальник юридической службы, высокий, подтянутый, седой мужчина с пронзительным взглядом. Напротив устроился Рискин Семен Моисеевич, начальник финансовой службы компании. Про себя он говорил, что он старый и больной еврей, который фанатеет по советской финансовой дисциплине. Ни слова не соврал, разве что преувеличил про «старый» — ему едва исполнилось шестьдесят. Чувствовал себя и выглядел замечательно: прямая спина, черная кудрявая грива с проседью на висках, крючковатый нос и печальный взгляд хитрых глаз — что сказать, еврей.
— Все в сборе. Ребята, сегодня нам предстоит решить один немаловажный вопрос. Все в курсе, что компания последние двадцать лет росла худо-бедно.
— Таки я скажу, хоть мне и не давали слова. Она выросла до таких размеров, что двигаться с таким откормленным задом просто невозможно! И теперь мы теряем больше, чем приобретаем. Я туманно гляжу на финансовое благополучие фирмы и не дотягиваюсь до положительных результатов прибыли. А отчего такое неудовлетворенное ожидание? Таки могу сформулировать. Это потому, что мы увеличились в разы, стали огромной неповоротливой скотиной. Конечно, в свое время скупали площади и оборудование там, где было выгоднее. Таки выгоднее, где дешевле. И в те халявные времена, можно было с этого снять без надрыва и грыжи вполне неплохой гешефт. Только это был плешивый гешефт!
Его прервал низкий, густой, как патока, женский голос:
— Почему он плешивый, Сема?
— Ирэна, дорогая. Плешивый он потому, что на разных, далеко от основного производства территориях, расположены участки и цеха. Дороги строить не собираются в ближайшие полсотни лет. Транспорт гробится, логисты жиреют, а мы в прогоне. И заметь — это только один процент расходов, который забирает у меня здоровье!
Семен Моисеевич достал из кармана белоснежный носовой платок, по краю обвязанный тонкой полоской кружева, и промокнул на лбу не существующий пот.
— Вот скажи мне, Слава, — он развернулся ко второму собеседнику, — ты умный человек, скажи мне за прибыль. Как ее повысить, туе прибыль? И я за тебя сделаю ответ, что надо уменьшать затраты. А как ты их уменьшишь, если только транспорт столько жрет?
— Сема, может, воруют много? — Ирэна крутила в руках ручку и на стене от колец играли блики.
— Ирэна, дорогая. Как не воровать — живем в России. И с другой стороны, таки ты сама этих воров набирала.
Теперь его перебил сам Белояров:
— Подожди, Сема, Давай других послушаем.
— Саня, что тут слушать, надо что-то решать!
— Вот и решаем. Нас от этого всего спасет только реструктуризация. Если мы выделим три филиала при одной голове, то можно попробовать сохранить все или что-то продать, оставить только голову и расширять производство, уже здесь, у нас под боком.
— Три? Саня, ты имеешь в виду, что каждый филиал будет самостоятелен в производственных задачах, но не в финансовых? — Ирэна смотрела на своего давнего друга и сама про себя улыбалась, не изменился Саня Белояров за двадцать лет. Только седина немного припорошила виски. Жаль Вера так рано ушла, какая была красивая пара.
— Да, не в финансовых. Пока так, а там посмотрим.
— Кто возьмет эти три филиала? — Каратаев оглядел давних друзей и деловых партнеров.
— Какие-то странные вопросы вы задаете, ребята. Сашка-мелкий сядет во главе Заречного, Ромка — возглавит тот, что в промзоне, а третий возьмет Сергей Каратаев. Да-да! И не сверкай на меня глазами — поздно, Слава. Твой сын будет директором на третьем участке.
Тот все-таки решил уточнить:
— Подождите, почему Серега? Почему не Алексей, Сань?
— С Алексеем все не так просто. Ему пока не до того и он не хочет бросать свой Центр в Австрии.
— Слава, как будем оформлять все это? — Семен Моисеевич как всегда требовал конкретики.
Вячеслав Аркадьевич пожал плечами:
— Пока не знаю, надо смотреть.
Белояров хлопнул ладонями по столу:
— Скажите мне, все согласны, что пока не надо компанию делить, надо отдать детям управление частями? А координировать пока станем сами и посмотрим, что из этого получится.
— Таки все — «за»!
— Ирэна? — Та кивнула.
— Каратаева не спрашиваю, потому, что это его идея.
Внимательно еще раз оглядел друзей:
— Какие-то проблемы есть, что нужно разрешить сегодня?
Все дружно помотали головами.
— Тогда — работаем. Слава, останься, кое-что надо бы обговорить.
Двое поднялись и покинули кабинет.
А генеральный поинтересовался:
— Что с юридической службой?
— А что с ней? Завелась козявка, попыталась прикормить еще парочку, номер не прошел. Последствия знаешь.
— Ее убрали?
— Да. Подчистили все основательно. Уволили и двух помощников. Решили пока объявить только об одной вакансии. Ирэна на это место уже прислала юриста. Ее еще не видел. Говорит, что взяла неплохого специалиста. Может для разминки поставить на место Регины? Пока у меня в отделе муть не осядет?
— А что с Региной?
— Как в детском стихотворении: у Регины — ангина. Дома посидит десять дней, если осложнений не будет. А у нас итальянцы на пороге. Их надо еще с китайской горячкой развести.
— А ты под китайцев что отдал?
— Все левое крыло старого офиса. Его подшаманили и там есть отдельный выход. Коль аресты пойдут, то сотрудники хотя бы не будут зрителями такого шоу.
— Ладно, пусть пока займется итальянцами. Напортачить тут трудно, да и Тошка с Эмиком на подхвате, эти, наверняка, в курсе дел.
— Контроль на ком?
— Сам смотреть буду. Только документы подготовь. И будь добр, проверь. Нам только «Китайцев — 2» не хватает.
— Добро. Все?