Ольга Макарова – Пустые стулья. Часть первая (страница 2)

– Это твоё решение. Я тебя не держу.

Я прочитала это и скатилась на пол. Я осознавала всю боль и чувствовала себя так, будто мне вырезали сердце. Он забрал его, забрал моё маленькое сердечко и разбил его на кусочки. Он выжал меня, как лимон выжимают в стакан с водой. Он опустошил меня. Он меня убил, я ничего не чувствовала. Мне казалось, я схожу с ума.

Проснулась Юлька, она не понимала, в чём дело. Подняв меня с пола, она попыталась меня успокоить и выяснить, что же произошло, но я не могла даже произнести этого. Я лишь тыкала пальцем в телефон. Сестра поняла и прочитала все сообщения. Тогда она села рядом со мной, обняла меня и спокойно сказала: «Ты переживёшь это». Это звучало как приговор, так убедительно и жестко. Я старалась прийти в себя. За окном было почти утро. Для меня это была тяжелая ночь. В пять утра я уснула.

Максим, как никто другой, поддерживал меня, пытался как-то успокоить. Он очень хорошо знал, как Ваня умеет разбивать сердца. Мне было ещё больнее от осознания, что мой самый лучший друг – и его друг тоже. Парни были из одной компании, и меня с Максом познакомил именно Ванька. Это означало, что с другом мне тоже придётся попрощаться. На днях Макс расстался с моей Юлькой и знал, что именно это ещё больше подтолкнуло Ваню к тому, чтобы попрощаться со мной. Незадолго до нашего с Ванькой расставания Макс приезжал ко мне. У нас состоялся долгий, сложный разговор.

Мы шли по тёмной улице, я держала его под руку, под ногами хрустел снег. Март тогда был очень снежным, сугробы были с меня ростом. Он приехал, чтобы спросить разрешения расстаться с моей сестрой. Как бы грубо ни звучало, но именно так и было. Он мне долго объяснял, что они разные люди, что Юлька его не любит, да и он не горит желанием добиваться её любви.

– Оль, ты же понимаешь, что мы вместе только ради вас, – с жалостью говорил он.

– Я понимаю, и это глупо. Ваши взаимоотношения не должны влиять на наши. Это же бред, – ответила я. Я не верила сама себе, ведь я точно знала, что расставание Максима с Юлькой спровоцирует и наше. У Вани кишка тонка делать всё одному. Всегда с друзьями, всегда нужна поддержка, даже в том, чтобы кинуть свою девушку.

– Макс, скажи мне, ты же чувствуешь то же, что и я? Это конец, скажи? – Я остановилась, встала перед ним, мои руки долбили по его груди и требовали ответ.

– Оль, я не знаю, как будет. Но точно знаю, что он тебя не заслуживает.

– Макс, если он разобьёт мне сердце, я никогда не смогу ему больше поверить. Да я вообще тогда не знаю, кому верить! Разве признаются в любви и тут же делают выстрел в спину?

– Зря ты в него так поверила. Это твоя ошибка, ты слишком его идеализировала.

– Пусть так. Но я не отступлю от своих чувств.

– У тебя скоро день рождения, Оль, подумай лучше об этом.

Неожиданно для нас в конце улицы загорелись фары от машины. Первая моя мысль была, что это Ваня. Кому ещё тут быть? Ему не понравится, что мы тут разгуливаем с Максом. Авто двигалось нам навстречу. Водитель уже точно успел нас разглядеть. Фары ослепляли меня, из-за этого я не смогла разглядеть марку. Машина остановилась возле нас, опустилось стекло у окна водителя. «Оль, садись». Я замерла, стояла в ступоре, а сама думала: «Хорошо, что это не Ванька».

– Дай секунду мне. Я попрощаюсь с Максимом, – я повернулась к своему другу, обняла его и тихо сказала, – Ты же не отвернешься от меня из-за него?

– Оль, я на твоей стороне. Ты знаешь, мы будем дружить и дальше.

Он сказал это так неуверенно. Я знала, что Ванька не даст нам так просто дальше дружить, если мы с ним расстанемся. А Макс не сможет ему противоречить. Да ему вообще никто не может противоречить. Он король своего мира. А мы, как магниты прилепились к его короне.

– Может, ты не поедешь с этим никуда? Забыла, что он сделал?

– Макс, Ваньке ничего не говори. – Я отпустила его руку и направилась в сторону машины. Внутри меня ждал Филипп. Ещё один парень из компании Вани. Я хорошо общалась с ним, пока однажды он не влез между мной и Ваней.

– Ну, привет, чего хотел? – с этой фразой я уселась на пассажирское сидение белой иномарки.

– Тебя увидеть, – с хитрой улыбкой ответил он.

– Издеваешься? После того, что ты сделал, я не хочу тебя видеть.

– Я это знал, поэтому даже не пытался тебе звонить. Так и думал, что просто встречу тебя, и всё. Я слышал, у вас с Ванькой натянутые отношения?

– Фил, ты как всегда, собираешь слухи, у нас всё хорошо.

– Да ладно, я просто хочу тебя поддержать.

– Один раз поддержал уже, спасибо, не надо больше. Ты меня сам клеил, а осталась виновата я. Или ты думаешь, я забыла ту ночь?

– Я проверял ваши отношения с Ваньком. Вы прошли проверку, поздравляю! Но это не отменяет того, что ты мне так же нравишься, – он положил мне руку на колено и потянулся ближе ко мне. – Может, поцелуешь?

Он обхватил мой затылок и надавил него, заставляя меня податься к нему навстречу. Наши губы отделяло друг от друга всего одно движение. Я тяжело выдохнула. От него так хорошо пахло, на момент я забыла обо всём. Закрыла глаза. Ладонью дотронулась до его губ и отодвинула их подальше от своих.

– Не смей меня больше клеить, или мы прекратим любое наше общение.

– Да и ладно, я не расстроюсь. Ведь вы всё равно разойдётесь. Напишешь, когда тебе будет скучно, малыш, приеду вытереть твои слёзы.

У меня открылся рот от удивления.

– Зачем ты ведёшь себя, как подонок?

Я, не дожидаясь, что он ответит, вышла из машины и направилась к дому.

По дороге я думала о произошедшем. Почему Макс приехал ко мне втихушку от Ваньки? Почему нам надо скрывать дружбу? Почему Фил в одной компании с Ванькой, но позволяет себе так нагло клеить меня? И почему они оба уверены, что нашим отношениям конец. Блин, честно говоря, я и сама так думала. Но не собиралась отпускать его до последнего. И с друзьями его я буду общаться столько, сколько нужно мне. Он не будет ничего решать. Буду решать я. Я боец.

Я успокаивала себя тем, что всё контролирую. В кармане зажужжал телефон, смс:

– Чё делаешь, Лёль? – написал любимый.

– Общаюсь с твоими дружками, – хотелось бы мне написать, но я ответила обычным смс.

И да, правильно Макс сказал. Скоро мой день рождения, надо бы подумать об этом. Свои пятнадцать лет я решила встречать у себя дома в узком кругу самых близких друзей. Родители уехали к бабушке, дом был в моём распоряжении. Приехали Ленка с Ташей, Ванька и его два друга. Всё было спокойно. Юлька с Максом ходили с натянутыми улыбками. Терпели, чтоб не портить мне праздник. Ваня подарил мне цепочку на руку. «Как наручники надевает», – подумала я, когда он застегивал застёжку на моей руке.

Я была счастлива, но понимала, что всё не так, будто всё моё счастье находилось на грани. Когда мы с Ваней сидели рядом на диване, он не обнимал меня. Как чужой. Я смущалась и всем своим видом показала, что мне это не нравится. Он заулыбался и обнял меня, вспомнил, что я вроде ещё родная. Он говорил, что зря я себя так беспокойно веду, что всё хорошо. Наверно, он определялся в тот момент, а может, уже всё решил. Я чувствовала, что всё это – игра. Что он из-за моего праздника ничего плохого не хотел говорить и делать. Но какой это праздник, когда в душе не чувствуешь его? Я понимала, что конец близок, и пыталась всё удержать. Не смогла. После расставания я уже не думала о том, что будет дальше, мои мысли были заняты только им. И той болью, которую он мне причинил. Я не хотела прощаться со всем с этим. Будто мои страдания приносили мне счастье. Я пыталась изо всех сил заставить себя писать. Так мне легче. Начеркала всего пару страниц, на которых текст сливался с моими слезами. В школе ходила как утопленная. Не замечала ничего вокруг.

«Я пытаюсь поймать время, остановить его, сжать в объятиях, но всё тщетно. Оно улетает, уносится всё дальше. Хвастливо улыбается с высоты, гордится своим превосходством. И я понимаю, что время, по сути, такое же неудержимое, как любовь. А любовь, как и время, невозможно запрятать глубоко, надолго – всё равно прорвётся, всё равно заявит о себе. Вознаградит или обожжёт…».

Э. Сафарли

Четырнадцать лет – самый прекрасный возраст. Именно в четырнадцать я поняла, что повзрослела. Хотя красить волосы и малевать лицо я начала намного раньше, сейчас я поняла – я могу этим пользоваться. Я чувствовала, что мальчики обращают на меня внимание, а вот с девочками всё складывалось непросто. Но об этом позже…

Великий возраст, дающий новые начала. Если тебе четырнадцать, брось читать эту фигню и беги на дискотеку.

Всё обрушилось на меня, как ливень в солнечный день. И я пока не очень понимала, что с этим делать, поэтому ходила и улыбалась. Всё началось и стремительно закрутилось, когда я перевелась с сестрой в новую школу. Седьмой класс. Мне повезло, класс попался дружный, нас приняли за «своих». Скажу вам по секрету, что я в любом классе, группе, аудитории, компании, буду своей. Такой вот я универсальный человек. Да, я помню этот солнечный день, мы вошли в класс с синими стенами и плохим запахом. На нас набросилась девочка с короткими волосами и прыщами на лице, от неожиданности я не сразу её узнала, но потом память ко мне вернулась. Это была девочка, с которой мы отдыхали в «Ласточке». Мир тесен, теперь мы вместе будем учиться. Мы быстро подружились с Жанной, она как-то сразу проявила к нам интерес и везде таскала нас с собой. Классная руководительница, Елена Васильевна Ц., только разводила руками и говорила: «Жанна сама вечно опаздывает, и этих с собой приучила». Я тогда не сразу поняла, что эта Жанна не совсем благополучная девочка. Училась она плохо, курила и вечно прогуливала. Я, на самом деле, притягиваю к себе подобных людей. Самая большая неправда для меня – это «скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Совсем не долгое время мы пообщались с ней, а потом как обычно разошлись интересы.