Ольга Макарова – Пустые стулья. Часть первая (страница 15)

После этого Фил мог заговорить со мной, если только увидит лично. Я удалила его номер и «не хотела иметь с ним дел», как и Ванька. И всё-таки это случилось на одной из дискотек. Я пришла на неё без Ивана, так как он не приехал с учёбы. Он поступил в медицинский, как и хотел. Говорил мне, что хочет стать нейрохирургом. И он шёл к своей цели. Учился он хорошо, был ответственным. Поэтому я знала, если не приезжает на выходные домой, значит, много задали учить. Наивная я. Я редко приходила на дискотеки без Ваньки, но иногда девчонки меня вытаскивали. И вот в один из таких вечеров, я встретила там Фила. Когда я по традиции выполняла на дискотеке свой круг почёта. Среди кучи лиц наткнулась на его лицо. Внешность у него была манящая: чуть прищуренный взгляд, милое, но хитрое выражение. Мы скрестились взглядами, и я тут же отвела глаза в сторону. Но он этого не сделал, подошёл ко мне, взял за руку и что-то сказал. Из-за громкой музыки я не слышала ничего. Показала ему жестами, что не понимаю, что он говорит. Уже собралась уходить, как он вытащил из моего заднего кармана телефон. Вот ещё одно подтверждение, что все друзья Вани одного поля ягодки. Так всегда делал Ванька, когда мы ещё учились в школе. Когда так же сделал Фил, на меня нахлынули воспоминания…

В нашей школе дежурство начиналось с девятого класса. Только старшеклассники имели право носить красную повязку на руке и кричать во весь коридор «не бегать!». Я очень ждала времени, когда стану дежурной, представляла, как буду разгуливать по школе с важным видом, и все мальчики будут смотреть на меня. Но до дежурства оставался ещё год. А Ванька уже заканчивал школу в этом году. Я понимала, что перед ним официально мне посветиться не удастся. Поэтому постоянно искала поводы, чтобы подняться на третий этаж. Училась я на первом, столовая тоже была там, по кабинетам мы не учились, учителя приходили к нам сами. Так что поводов было совсем немного. Разве что к подружке прибежать или на урок химии, в специализированный кабинет. Шла я как-то по лестнице, непринуждённо болтала с приятельницей, а телефон торчал в заднем кармане. И вдруг кто- то вытащил его из моего кармана, я тогда напугалась, повернулась – он! Во всей своей красе! «Телефон выпадет, будешь так носить!» – сделал мне замечание Ваня. «Не выпадет», – спокойно ответила я. Он пошёл своей дорогой, а меня как будто облили кипятком. Я покраснела, разволновалась. Боже, божечки, он со мной заговорил! Со мной! Я запрыгала маленьким частыми прыжками, как маленький ребёнок. Маринка остолбенела. Она была книжныим червём, и ей все это казалось далёким. Высокая, с длинной косой, мы сидели с ней вместе. И да, благодаря ей я училась лучше. За мою дружбу она давала мне списывать. Ну, а я разбавляла её серые будни рассказами про мальчиков. И да, конечно, я всегда пыталась перетащить её на сторону гламура. Получалось не очень, но губы она красить начала. Вскоре я начала набирать текст Таше. Она-то меня поймёт! Мы из одной секты. Я написала ей: «Зай, со мной Ванька заговорил, прикинь?», через три минуты Таша прилетела, и мы прыгали от счастья уже вдвоём! Я готова была лечь и умереть на этом третьем этаже. Влиться в пол около его кабинета, и чтоб он меня взял и забрал к себе. На ручки. Навсегда.

Я так чётко помнила эти ощущения, а ведь прошёл почти год. Я забрала телефон у Фила, мой взгляд был пустым, на меня нахлынула грусть. Ведь я поняла, что уже не так реагирую на Ваньку, как тогда, в восьмом классе, когда мы только встретились. Сегодня я встала около стенки, много думала о прошлом, наблюдала, кто с кем танцует медляк. После того, как Ванька уехал учиться, ди-джей сменился, и мне было интересно, какие он будет ставить треки. Я стояла спокойно, никого не трогала, как вдруг на меня налетела высокая, здоровая девушка – рыжая Оля. Та самая девочка, которая со мной каталась на качельках в садике. Она начала толкать меня и что-то кричать. А я в ужасе. Не поняла, что произошо. У меня была очень хорошая реакция на нападение. Не выясняя, что случилось, я схватила её волосы, накрутила себе на руку и потащила Олю по танцполу. От моей силы она согнулась, завизжала, забила мне по руке, чтобы я отпустила. Мои девчонки прибежали и растащили нас по разным сторонам. Я задала Оле вопрос: «Ты больная? Зачем так налетаешь?» и получила ответ: «Какого хрена ты про меня слухи распускаешь?» Вместо того, чтобы подойти и изначально спросить меня об этом, она налетела с кулаками. А знаете, почему? Потому что думала, что победит. Я была высокой, но все почему-то считали, что я слабая. Ошибались. Оля не ожидала такой резкой реакции с моей стороны. Я больше скажу, слухо про неё я не пускала, и она это знала. В то время эта фраза была классической формой придирки. Мол, вот мне сказали, кто сказал, я не скажу, что ты про меня вот так-то сказала. Смешно. По факту – ноль информации. Девчонки, которые таким методом придирались, у меня вызвали отвращение. Потому что они хотели одного – показать себя за мой счёт. Побить Олю, которая и так всем якобы не нравится, чтобы получить доспехи и медали. Понтануться. С Олей был разговор короткий. Я встала на прежнее место и успокоилась, подошёл Фил.

– Я слышал, у тебя была драка прям тут, всё нормально? – Слухи разлетались моментально.

– Да, Фил, спасибо, всё хорошо, – я отвернулась от него, делая вид, что разговор закончен. Но он продолжал вступать со мной в диалог:

– Оль, ну ты, короче, прости меня, ты же знаешь, я Наташку до сих пор люблю, свою бывшую. И когда я видел вас с Иваном, меня просто бесило, что бывает так идеально. Скучаю по ней.

– Фил, ты правда думаешь, идеально? Ты знаешь его! И думаешь, мне всё просто так досталось? А ты пытаешься сделать мне только хуже.

– Блин, я не хотел. Ты хорошая очень, Оль, может, мы будем общаться? Мне хочется с тобой говорить.

– Пожалуйста, перестань, я не знаю, чему верить, – закончила я разговор. Я отошла от него, ведь даже то, что я уделила ему три секунды времени, стоя рядом, могло дойти до Вани очень быстро. Не хотелось рисковать. Тяжёлый выдался вечер, я решила поехать домой, подальше от этого ужаса. Без Ваньки всё было не то и не так. Он не узнал о том, что я разговаривала с Филом. Но ему рассказали про мою потасовку с Олей. Он сразу спросил, почему я сама ему не рассказала. Я не знала, что ему сказать, но сама понимала, что промолчала, потому что знала, что он осудит меня и не поддержит. Я была права, ему ситуация не понравилась, всё усугубило то, что это Оля оказалась какой-то дальней его родственницей. И я выслушала опять ту же самую песню. «Себя вести так нельзя, ты же моя девушка!» – говорил он.

«Такое чувство, что, защищая себя, я как-то испортила твою репутацию», – мне было обидно, что я не получила поддержки от Вани. На меня же напали. Неужели я должна была прийти к нему с синяками, чтобы он пожалел. Слушая каждый раз упрёки в свою сторону, я продолжала хотеть быть лучше. Но вряд ли я оставалась сама собой. Когда Ваня приезжал, мой мир снова просыпался. Без него я не я, без него я в спячке.

Морозными вечерами мы сидели в бордовой «Ниве» и согревали друг друга. Я любила сидеть вместе с ним на месте водителя. Ведь только так расстояние между нами сводилось к нулю. Он учил меня ездить за рулём. Я мчалась по заснеженным дорогам и не боялась, потому что рядом был он. Мы всегда долго разговаривали, потом долго целовались. Иногда он мог взять с собой кого-то из друзей. Он много рассказывал об учёбе, я всегда внимательно его слушала, даже если не понимала, о чём вообще идёт речь. Для бесплатных смс он привёз мне симку «ON», с неё нельзя было звонить, но сообщения можно было отправлять бесконечно. С этой сим-карты в Починках очень дорого было звонить, она же мордовская. Поэтому я даже маме не звонила, а только отправляла смс. Все ради того, чтобы быть на связи с любимым.

Приближался День влюблённых, наш день! Все девочки с нетерпением ждали этот романтичный праздник, потому что каждая надеялась получить ту самую, долгожданную открытку с признанием. От того самого мальчика, которым заняты были все мысли. А я знала, от кого я получу самую важную валентинку.

Все девчонки тоннами скупали маленькие открыточки. Книжный магазин в Починках один, после школы все заходили туда и ждали. Ну когда же, когда привезут такие нужные валентинки… Разбирали их моментально.

В школе у нас была почта для валентинок. И это идеальное изобретение для тайного признания. В течение дня все аккуратно скидывали туда свои открыточки, а после уроков дежурный класс разносил всё получателям. В этот день мы надолго задерживались после уроков, ведь наступал самый важный момент: прочтение и подсчёт своих валентинок. Мальчишки посылали валентинки только тем девочкам, которых считали избранными. У девчонок всё работало иначе. Мы рассылали любовные признания всем, с кем дружим или с кем хотим подружиться. Идеально, если ты получила валентинок больше, чем в том году. Значит ты движешься в правильном направлении, и весь мир скоро будет у твоих ног. Я приходила домой, ещё раз пересматривала все валентинки. Если среди них были причудливые, по сто тридцать раз разворачивающиеся, то их отправители явно выделяли меня из числа остальных девочек. Чем сложнее валентинка, тем теплее к тебе относился отправитель. Я аккуратно складывала их в альбомы для фото. Мини-альбомчики с тонкими страницами становились толстыми пачками, набитыми открытками. Я их до сих пор храню. Это такая классная традиция. Не знаю, почему взрослые не задаривают друг друга милыми сердечками? Мир стал бы лучше.