Ольга Ломтева – Ледяное пламя (страница 70)

— Тише, — гвардеец приобнял принцессу за плечи, и нежно, еле касаясь, погладил хрупкое плечо. — Все позади. Но вам нужно рассказать мне все здесь и сейчас.

— Почему? — драконица встрепенулась. Последняя фраза каким-то чудным образом вытолкнула её из переживаний.

— Сейчас всё свежо в вашей памяти. Завтра ваше сознание захочет забыть большую часть переживаний. Что-то поблекнет, а нам очень нужно разобраться в том, что произошло, — спокойный тон гвардейца успокаивал, и Алита выдохнула.

— Мне… Мне… нужно… немного прийти в себя, — с трудом проговорила принцесса.

— Хорошо, — кивнул гвардеец. Вошедшую горничную, он выставил за дверь, пояснил, что она понадобится позже. Варда испуганно посмотрела на зареванную госпожу и удалилась.

Повисла тишина. Настолько давящая, что драконица смогла расслышать механизм напольных часов. В ушах звенело, но плакать больше не хотелось. Стыд парализовал, не давая начать разговор. «Ну, как же я ему сейчас все расскажу?»

Алита глянула на недопитый стакан воды и осушила его. Легче не стало, но и оттягивать нельзя. Ей во что бы то ни стало захотелось как можно скорее оказаться в ванной. Вымыться и особенно тщательно потереть то место на шее, где Рихард коснулся её губами.

— Ну, что ж… — горестно вздохнув, драконица начала рассказ. Она смотрела перед собой в одну точку — ромбовидный орнамент на светлом паркете. Принцесса рассказала всё: и как Ада ушла за помощью, и как она испугалась ворона, и как Рихард упоминал скабрезные слухи о ней и Герберте. Алита закончила свой рассказ на том месте, где ударила Рихарда по пальцам, несколько раз повторив, что не знала, что так выйдет.

— Вот мерзавец, — гневно процедил Герберт. — И как он мог? Не, ну я чувствовал, что с ним что-то не так. Но я и представить себе не мог, что он зайдёт так далеко.

— Что теперь со мной будет? — задала вопрос принцесса, чье сердце страдальчески сжалось от предвкушения ответа.

— Я не могу точно ответить на этот вопрос. Всё дело в том, что Рихард не совсем из обычной семьи. Он наполовину золотой дракон — сын двоюродной сестры императрицы Рэйгальской империи. То, что произошло может вызвать настоящий скандал, — Герберт поморщился. — Я надеюсь, что Арис что-нибудь придумает.

— Вот как, — Алита всхлипнула. Теперь всё встало на свои места. Вот почему у него такие золотистые глаза, вот почему он так раскованно вёл себя. Рихард знал, что за плечами у него тетка-императрица. — Это ужасно.

— Успокойтесь. Давайте я лучше взгляну, не осталось ли следов на вашей коже от его прикосновений.

Смутившись, Алита неохотно показала шею, плечи и руки. Никаких повреждений не было.

— Очень жаль…

— Почему? — изумленно спросила драконица.

— Если бы на вашем теле остались хоть малейшие следы, то это вполне могло бы сойти за покушение. В таком случае, итог для Рихарда был бы один — смертная казнь.

Тик-так. Напольные часы отмеряли время. Время горестного отчаяния и томительного ожидания. Ни один раз Алита слышала фразу: «нет ничего тяжелее, чем ждать и догонять». Принцессе не за кем было гнаться, а вот ожидать известия о своей судьбе оказалось мучительной пыткой. Несмотря на всю выдержку, которой драконица обучилась, живя в заточении в Громовом замке, она и представить не могла, что станет настолько нетерпеливой.

Тик-так. Её магия способна не только лечить, рисовать волшебные морозные узоры на стекле и управляться с водой, но еще и калечить. В один миг Алита отсекла два пальца. И пусть в голове стучало, что Рихард заслужил это своим поведением — облегчение не наступало. Как и при каких условиях произойдет очередной бесконтрольный выброс магии? Что послужит толчком? А вдруг в следующий раз вместо пальцев, она отрежет кому-нибудь голову?

Тик-так. Драконица выдохнула, уставившись на нетронутый завтрак. Горничные накрыли ей стол в одной из комнат личных покоев. От волнения её тошнило, и даже любимая витая булочка с корицей не вызывала желания прикоснуться. Легкий парок, исходящий от фарфорового чайника с изображением цветущей веточки вишни… На глазах снова навернулись слёзы. Алите захотелось отмотать время назад, вернуть вчерашний день и всё исправить. Не выходить на балкон, не покидать бальный зал… Лучше бы она упала в обморок возле той колонны, чем позволила бы Аде увести себя.

Тик-так… Вчера, после тяжелого разговора, Герберт не оставил её. Он устроился на ночь в приемной комнате на диване. Принцесса же удалилась в спальню, где, приняв ванну, улеглась. Сон долго не шел. Измученная, она ворочалась на постели, сбивая подушки на пол. Через открытое окно доносился уличный шум: многие праздновали до первых солнечных лучей. Громкие возгласы, женский смех, грохот фейерверка, который Алита так и не увидела — окна спальни выходили на другую сторону.

Тик… Обессиленной и наплакавшейся ей наконец удалось заснуть. К тому времени уже светало, и утренняя прохлада щекотала опухшее от слез лицо. Ей снилась сиреневая тягучая жидкость. Она снова тонула в густой воде. Драконица пыталась выплыть наверх, но руки ослабли, ноги не слушались хозяйку. Тело наливалось свинцом и шло ко дну, как мешок картошки. Перед ней возник образ мужчины, но его лицо скрывала кровавая пелена. Сильные руки крепко вцепились в плечи, потянув тонкую ткань на себя. Треск! Звук заставил нутро сжаться от страха. Шершавые ладони коснулись набухшей груди и властно смяли нежную кожу. Резкая боль пронзила тело… Вскочив на кровати от собственного крика, Алита осмотрелась. В спальне никого не было. На измятой простыне виднелись свежие капли крови. Прикоснувшись к лицу, драконица утерла верхнюю губу от теплой жидкости. Рядом валялась разорванная сорочка. Дверь со стуком открылась и в проходе возник Герберт в штанах и рубахе. Увидев обнаженную принцессу, он сразу же отвернулся и вышел обратно в приемную.

— Вам приснился кошмар? — прозвучавший вопрос, заставил Алиту вздрогнуть. Пока она сидела за накрытым столом и вспоминала события прошедшей ночи, Герберт стоял около окна и, развернувшись вполоборота, смотрел на принцессу. Гвардеец не покидал её покоев со вчерашнего вечера. Драконица еще никогда не видела его настолько серьезным и молчаливым.

— Ничего страшного, это не первый раз за последнее время, — быстро проговорила Алита и прикусила нижнюю губу. «Зачем я это сказала?.. Дура… дура…» — подумала она.

— И давно вам снятся кошмары? — поднял одну бровь Герберт.

— Это четвертая ночь… подряд. Все началось на прошлой неделе…

— И каждый раз во сне вы ведёте себя так?

— Да-а-а… Каждый раз. Когда я просыпаюсь, то… кровь идет носом…и… — Алита залилась румянцем.

— Понятно, — Герберт скрестил руки на груди. — А что вам снится? Вы видите что-то конкретное?

— Одно и тоже. Кошмар повторяется. Я тону в сиреневой… жидкости… Наверно, её цвет ничем не отличается от моих глаз, — найдя подходящее сравнение, принцесса усмехнулась. Она посмотрела в сторону собеседника и их взгляды встретились. — Я схожу с ума?

— Хм… А Малису рассказывали об этом?

— Нет… Он был слишком занят перед балом… — на самом деле Алита не переговорила о кошмарах с целителем и наставником в одном лице, потому что стыдилась рассказать о своем самочувствии и надеялась, что жуткие сновидения пройдут сами собой.

— Я думаю, вам стоит начать с малого и показаться Малису. Я в таких делах не силен. Помню, что в какой-то период леди Лорэну тоже мучили страшные кошмары. Но потом это прошло, — Герберт слегка улыбнулся. — Не переживайте, в первый год войны мне тоже снились ужасы. А в детстве я ходил во сне.

— Спасибо, — выдохнула Алита.

— За что? — нахмурился гвардеец.

— За то, что рассказываете мне всё это. Меня успокаивает мысль, что я такая не одна, — поделилась драконица.

— О, поверьте, вы далеко не единственная, кто страдает кошмарами. Все проходят через что-то подобное. Не переживайте. Последние дни дались вам очень тяжело, разве нет? Бал, суматоха, танцы, Рихард… — произнеся имя сослуживца, Герберт скривился.

— Да… — Алита вновь уставилась на тарелку, прикоснулась к вилке, но так и не решилась взять её в руку.

— Вам нужно есть, — заметил Герберт. — Надо восстанавливать силы, а то так совсем зачахнете.

— Ну, мне кусок в горло не лезет, — принцесса умоляюще уставилась на гвардейца, но тот одарил её строгим взглядом. Драконица натянуто улыбнулась. — Ну, тогда… Позавтракайте со мной? Я прикажу Лоре или Варде выставить второй прибор.

— Хорошо…

«Какой же он приятный собеседник», — отметила Алита. Гвардеец так увлек её рассказами о своем детстве, что принцесса мимоходом съела кусок омлета, несколько тушенных грибов и излюбленную булочку с корицей.

Арис пришел около одиннадцати, застав Алиту за столом с раскрытой книгой о растениях. Занятие не шло, и драконица убивала время тем, что перерисовывала карандашом изображения цветков, ягод и грибов. Герберт же сидел в другой части комнаты и читал книгу. Или же делал вид, что читал.

Когда брат вошел в комнату, присутствующие поднялись с мест.

— Оставь меня наедине с сестрой, — Арис выглядел уставшим и мрачным. Он буравил сестру глазами, отчего Алита съежилась под его пристальным взглядом. «Неужели всё настолько плохо». Дверь закрылась.

— Пр… Присядем, — запинаясь, проговорила драконица, указывая на пару кресел возле камина.