реклама
Бургер менюБургер меню

Ольга Ломтева – Истинность вне закона (страница 2)

18

– Если тебе или бабушке Розе что-нибудь понадобится, приходите, – с доброжелательной улыбкой говорит Джули.

– Обязательно, – я уже хочу уйти, но поворачиваюсь к незнакомцу. – Берите серьги. Они очень хорошие.

На лице Джули недоумение. Мужчина пронзает меня взглядом, а я убегаю на мороз. Хватит с меня сегодня случайных встреч.

Глава 2. Убежать не получится

Арвен

Я тащусь по заснеженной дороге и тереблю шарф. Перед глазами плывет. Ноги еле двигаются. Шею покалывает, а кожа горит. С каждым движением дышать становится все труднее.

К концу пути я ощущаю себя зажатой в раскаленные тиски.

Руки с трудом находят резную ручку. Нутро дома обдает меня жаром. Хорошо же бабушка натопила печь.

– О, ты уже вернулась. Рассказывай, как все прошло? – в голосе отчетливо узнается задор и любопытство. Она ждет от меня хороших новостей.

Захожу, прикрываю дверь и наваливаюсь на нее спиной. Колени трясутся. Ноги не выдерживают, и я медленно опускаюсь на пол. Глаза слипаются.

– Арвен?

Веселье сменяется страхом. Громкие шаги, теплые бабушкины ладони на щеках.

– Арвен, что с тобой?

– Да… ничего… – хриплю в ответ.

На шее слева ощущаю странное. Будто бы художник водит кистью по коже. Движения плавные, витиеватые, как в танце. Мне щекотно. Рука дергается к горлу и вырывается смешок.

– Ну, хватит, – отмахиваюсь я.

Сквозь полуприкрытые веки вижу испуганное лицо бабушки.

– Арвен!

Она отнимает мою руку, стягивает шарф и замирает. Ее глаза расширяются от ужаса. Но мне так приятно от незримых прикосновений, что я не придаю никакого значения ее реакции. Продолжаю тихо посмеиваться и наслаждаться теплом.

– Хайл небесный, Арвен, приди в себя. У тебя появилась метка. Кто прикасался к тебе?

***

Тристан

Девчонка выходит на холод, и дверь лавки с грохотом закрывается. Тристан смотрит ей вслед. Он все еще чувствует волнение в магическом резерве. Силы переполняют его. Ощущение всемогущества пьянит и дурманит. Кажется, он готов в одиночку выйти против целой армии.

И это всего лишь после одного прикосновения. Одного касания к чужой коже.

Кто эта незнакомка? Как ей удалось пробудить в нем такую силу?

Тристан не знает ничего, кроме имени – Арвен. Он должен разузнать о ней и сделает это немедленно.

Блаженство быстро сходит на нет. Магия успокаивается. Тристан берет контроль и вновь ощущает привычную безмятежность. Но это злит его. Теперь, благодаря той синеокой блондинке, он знает, что способен на большее. Ему вновь хочется испытать нечто подобное.

Продавщица заворачивает покупку и томно вздыхает. Тристан ловит ее игривый взгляд. Женское внимание льстит, но он не позволяет себе обмануться.

Тристан – герцог Сумрачных земель, командир Королевской гвардии. Женщин легко заинтересовать. Улыбнусь и их глаза блестят, покажи монету, и они уже готовы на все.

Даже эта деревенщина стала ярче улыбаться и выкатывать грудь после того, как увидела количество золотых монет в его кошеле. Будь у него желание, он бы отлично развлекся с этой девушкой.

Но…

Синеокая блондинка заинтересовала его гораздо сильнее.

Но хватки Тристан не теряет. Он любит купаться во внимании. Любит видеть это безотказное горящее «да» в глазах девиц.

– Сдачи не надо, – мягко говорит герцог, принимая сверток из рук продавщицы.

– О, вы так любезны, – она вся пылает.

Тристан улыбается. Девушка кокетливо поправляет локон и ждет продолжения. Она хочет получить большего от их мимолетной встречи, но герцог остается верен своим целям.

– У меня есть одна просьба.

– Какая? – она трепещет.

– Где живет девушка, что принесла настойку для вашего отца?

В глазах продавщицы разочарование, зависть и злость. Не этого она ожидала.

– В конце улицы, на отшибе, – холодно произносит девушка. – Вы с легкостью найдете ее дом.

– Благодарю.

Тристан выходит на свежий воздух и глядит в ту сторону, куда указала продавщица. Видит силуэт девчонки, что подарила ему блаженство. Он идет за ней.

***

Арвен

Слабость и жар переполняют меня. Бабушка поднимает меня с пола и что-то говорит, но слов не разобрать. В ушах стоит шум и биение собственного сердца.

Меня тащат к лавке возле печи. Я еле передвигаю ноги. Внутри все бушует. Волна новых ощущений окутывает сознание. Перед глазами пелена, кожа пылает. Тело будто бы мое и не мое одновременно.

– Арвен, сядь, – прорывается сквозь шум бабушкин голос.

Сажусь, но усидеть нет ни сил, ни желания. Я растягиваюсь на лавке. Бабушка хлопочет вокруг меня. Что-то приговаривает, стягивает сапоги и плащ, подкладывает под меня большой шерстяной плед.

Пытаюсь сосредоточиться на чем-нибудь, чтобы прекратить головокружение, но взгляд нигде не задерживается. Закрываю глаза и становится только хуже.

Молюсь, чтобы все это прекратилось как можно скорее. Хайлу и другим богам. Наконец, чуть отпускает и я сразу же задаю вопрос.

– Что… со… мной?

– У тебя появилась метка. Ты – истра.

С моих срывается жалобный стон.

Истрами называли тех, у кого на шее появлялся серебряный цветок. Тонкий витиеватый стебель, острые листья и плотный бутон чем-то похожий на бутон розы.

Все девушки с такой меткой должны быть доставлены к королю. Зачем я не знаю. Об этом в нашей забытой богами деревне не говорили.

– И что теперь?

Смотрю в бабушкино лицо и жажду утешения. Мне хочется, чтобы она успокоила меня. Я жду, когда она закончит возиться, погладит по голове и скажет: «Все хорошо, Арвен. Здесь тебе нечего боятся. Мы слишком далеки от королевской гвардии, самого короля и вообще всех магов мира. Никто не узнает. Только остаток жизни придется проходить с шарфом».

Я жду этого, но в ответ получаю совершенно другое. Бабушка берет мое лицо в свои ладони и шепчет, глядя мне в глаза:

– Тебя нужно спрятать, Арвен. Сейчас же. Прошу тебя, соберись с духом. Я дам тебе зелье силы. Выпей и беги отсюда. Спрячься в лесном домике, а дальше…

Внутри все обрывается.

– Послушай, Арвен, это все не шутки. Тот, кто коснулся тебя, поймет кто ты и придет за тобой. Тебе нужно бежать немедленно.

– Но…

– Я понимаю у тебя нет сил, но тебе нужно постараться, – ее голос надрывается. – Я не могу потерять тебя так же, как твою мать.

Бабушка хочет сказать что-то еще, но замолкает.