Ольга Ломтева – Фиктивная жена генерала драконов (страница 4)

Наступила тишина. Раздались чьи-то шаги, а потом прозвучал мягкий бархатистый голос.

– Вы в безопасности.

Слова пролились теплым бальзам на истерзанное сердце. Это именно то, чего мне хотелось услышать. Что я в безопасности. Что больше никто не причинит мне зла. Кошмар окончен.

Хотелось в это верить, но страх все еще крепко сидел внутри. Поэтому я продолжала сжиматься в комок, будто могла стать меньше, и прятать лицо в руках.

– Ну-ну, вы так заболеете, – чьи-то руки коснулись боков. Голос успокаивал. Ему хотелось верить, но воспоминания только что пережитого ужаса брали верх. Кожа будто покрылась иголками.

Мне совершенно не хотелось, чтобы кто-то посторонний трогал меня.

– Нужно подняться, – я не желала, но сильные руки с легкостью оторвали меня от земли. Тело не слушалось. Ватные ноги не желали подчиняться и держать вес. Колени гнулись, и потому мужчина продолжал крепко меня держать.

Сморгнув пелену из слез, я разглядела под светлым плащом синий мундир с золотистыми пуговицами, а задрав подбородок увидела лицо спасителя. Я без труда узнала своего неудавшегося жениха – Альберта Винтерса.

– Постойте, давайте отдам свой плащ. Вы вся дрожите, – его чудный голос никак не сочетался с каменным выражением лица. Тембр и забота в движениях никак не ассоциировались с ледяным взором. На мгновение я прикрыла глаза, чтобы только слышать его, но не видеть.

Винтерс воспринял мое действие по-своему. Он вновь крепко обнял меня одной рукой, испугавшись, что я падаю в обморок.

– Тише-тише, – его пальцы коснулись моей щеки. Так нежно, будто шелковая лента. Кожа в месте соприкосновения быстро согрелась, и тепло принялось разливаться по телу. Я молчу смотрела в его ледяные глаза, совершенно не понимая, что он делает. На миг он улыбнулся. – Вы продрогли, я заберу ваш холод.

Я молчала. Лишь смотрела в его спокойное лицо и чувствовала, как постепенно согревается мое тело. Он будто поил меня горячим какао. Чужая энергия – магия, – текла по венам и проникала в каждую клеточку. Через минуту-другую я уже твердо стояла на ногах.

– А теперь плащ, – отпустив меня, Винтерс быстрыми движениями стащил с себя плащ. Видимо, боялся, что упаду. И накинул мне на плечи. – Вот так.

В проулок вбежали два констебля. Они что-то горланили, спрашивали. Винтерс что-то ответил. Я не улавливала слов, в голове царила каша. Наверно в тот миг я бы не назвала собственного имени.

Из оцепенения меня вывел первый же вопрос.

– Он не успел? – его задал Винтерс. На лице мужчины мелькнула злость. И пусть это длилось всего пару секунд, но я успела ощутить, как сильна эта эмоция.

Я отрицательно покачала головой, все еще не в силах что-либо сказать.

– Хвала богам, – он облегченно выдохнул.

Мне бы тоже порадоваться, что обошлось малыми потерями, но не получалось. Несмотря на воздействие магии, я все еще ярко ощущала на себе руки наглеца. Особенно ниже пояса, на бедрах и попе. Мне стало противно. Хотелось тщательно вымыть эти места с мылом. И что хуже всего, я чувствовала себя испорченной, несмотря на то, что ничего не случилось. Никто никогда так не нарушал границ и не трогал меня. От того уголки глаз защипало, а горло сдавило в тиски от осознания того, что произошло и что могло бы случиться. Какой же позор.

– Хорошо, что вы успели и спасли юную мисс Пемброк, – заметил констебль.

– Плохо, что вы никак не реагируете на крики, – сурово ответил Винтерс, и я была с ним полностью согласна.

– Он жив, – крикнул второй страж порядка.

– Разумеется он без сознания. Зачем мне его убивать, – буркнул Винтерс.

Утерев проступившие слезы, я обернулась. Хотела убедиться собственными глазами, что мой обидчик по-прежнему лежит и ничего не делает. Меньше всего мне хотелось, чтобы он сейчас пришел в себя. Но тут второй констебль выпрямился и моему взору предстал злоумышленник. Штаны все еще были приспущены. Чтобы их натянуть, его придется поднять. Именно этим констебли и занялись, а я… Я увидела то, что мне не положено видеть до замужества. На меня нахлынул только что пережитый ужас. В глазах потемнело. Последнее, что мне запомнилось: лицо Винтерса. И на этот раз непроницаемая маска не скрывала его переживаний.

Глава 4

Мариэтта

Я пришла в себя только утром. Воспоминания, начиная с того момента, как хозяин выгнал меня из таверны, и заканчивая пробуждением посреди ночи, померкли. Наверняка мне влили какую-то настойку, чтобы затуманить рассудок и дать возможность выспаться.

Что ж, у них получилось.

Я чувствовала себя отдохнувшей. Правда, отсутствие ясности вчерашнего вечера пугало. Вдруг, со мной все-таки случилось что-то ужасное, а я не могу вспомнить. Впрочем, копаться в памяти не стала.

Лежа на мягкой кровати, я осмотрелась, пытаясь понять, где нахожусь. Комната была обставлена со вкусом и напоминала покои Глошерского замка, в котором мне единожды удалось побывать. На празднестве в честь дня рождения пятой дочери герцога Глошери. Отец тогда взял меня и Алиссон. Удивительно, как давно это было.

Мебель из темного ореха, бордовые стены с вензелями, бежевый балдахин кровати резко контрастировали с белоснежным маревом за окном. Отсюда я видела затянутое молочными облаками небо. Оно напоминало собранный лебяжий пух. Такое же неоднородное и легкое.

Вновь падал снег…

Медленно, чтобы не издать лишнего звука, я села на кровати, спустив ноги. Находясь в незнакомом месте мне совершенно не хотелось привлекать к себе внимание. Я не знала, кто находится за дверью, что вела, по всей вероятности, в гостиную, и хотела поначалу оглядеться.

Тапочек мне не оставили. Пришлось пройти по мягкому ковру в одних чулках. Пальцы тут же стали мерзнуть, несмотря на сильный огонь в камине. Но, благо, в изножье положили теплый халат. Его я и накинула поверх сорочки.

Из окна открылся вид на главную городскую площадь. Гостиница «Гранд Роял». Более дорогого места не сыскать. У меня сразу же возникла догадка, кто бдит мой покой в соседней комнате.

Подойдя к двери, я осторожно отворила её, создав узкую щелку. Моему взору предстал Винтерс. Он сидел в кресле и сосредоточенно читал. Что именно, мне не удалось разглядеть.

Собственно, никого другого я и не ожидала увидеть.

– Доброе утро, милорд, – скрываться больше смысла нет.

Винтерс повернул ко мне голову и, дернув рукой, сложил письмо вдвое.

– Доброе утро, мисс Пемброк. Надеюсь, вы хорошо спали?

– Да, – кивнула. – Благодарю за беспокойство.

Я вошла в гостиную и увидела постельное на диване, что стоял поближе к камину. Он ночевал здесь? Меня уложили спать в его номере? Ого! Что за почести.

Винтерс проследил за моим взглядом и быстро смекнул, о чем я подумала.

– Я ночевал здесь. А у вашей постели всю ночь просидела горничная. Ушла полчаса назад, – пояснил он, вновь надев бесстрастную маску. – Я решил, что лучше не оставлять вас одну после нападения. Мало ли, какие мысли посетят при пробуждении. Вдруг вы подумаете, что честь запятнана и не захотите дальше жить, – в его спокойном голосе сквозили нотки разочарования. Не всегда у Винтерса получалось сдерживать свои эмоции.

Что ж, девушки бывают разные. Я не из таких.

– У меня три сестры, милорд, и ни единого пенса. Я буду жить с любым позором лишь им было где ночевать и что есть!

Удивился? То-то же. Мне бы следовало поблагодарить за спасение и помощь, но слова не шли. Я смотрела в ледяные глаза, наблюдала, как исчезают эмоции и красивое лицо вновь теряет чувственную огранку. Интересно услышать его смех. Каков он? Искренний, заразительный или сдержанный, как у мачехи?

Подобие улыбки я видела в гостиной родного дома, когда мачеха назвала меня настоящим именем. В тот момент он показался мне невероятно красивым. Будто сам бог. Бездушный бог.

– Как сильно ваше отчаяние, – Винтерс откинулся на спинку кресла и уставился в камин. – Отчаяние делает нас смелыми и глупыми.

Я почувствовала себя оскорбленной, но спорить не стала. Мой поступок в действительности умным не назовешь. На что я надеялась, пойдя в таверну? Надо было вернуться домой или на крайний случай попроситься переночевать к знакомым.

А я?

Откуда у меня взялось столько смелости подумать, что смогу решить все проблемы так легко? Что за слепая самоуверенность в собственных способностях? Мари, да тебя последний месяц никто на работу не брал!

– Впрочем, я тоже в отчаянии, – неожиданно изрек Винтерс, бросив бумагу в огонь.

Я замерла. Откровение прозвучало слишком неожиданно и как на него реагировать неизвестно. Быть может это только случайно озвученная мысль. А может попытка вызвать любопытство. Если так, то у него удалось.

– Не могу представить, что вы испытываете отчаяние, – заметила я.

– С чего бы это? – он едва заметно дернулся. Ему тоже стало любопытно.

Меня осенило. Не знаю, как остальные драконы, мне не доводилось их встречать, но Винтерс очень сдержан в плане показа эмоций, но это не означало, что он их не испытывал. К тому же, будь он черствым сухарем, то не пришел бы на помощь.

– Вы богаты.

Винтерс хмыкнул.

– Вы занимаете высокое положение в обществе.

Он чуть качнул головой, соглашаясь.

– Вы – дракон, – я назвала третью причину, по которой, как мне казалось, Винтерс не мог испытывать отчаяния. – Драконы захватили наше королевство и сделали своим источником дохода. Наш король – марионетка. Вся власть в ваших руках. Так что не могу представить, чтобы вы, милорд, испытывали отчаяние.