Ольга Ли – Амори. Особая девушка (страница 3)

Стажёр провожает меня в зал ожидания. Все наши уже там. Бежевые диваны и старомодные тикающие часы с маятником в человеческий рост – всё на месте, всё привычно. Мы обсуждаем новые микрофоны, все в восторге. На экране телевизора мы видим, как начинает выступать директриса Мария, приветствует всех собравшихся, выделяет голосом круглую дату в пятьдесят лет, а потом объявляет чтецов. Меня вызывают читать первой. Ребята желают удачи, скрещивают пальцы, и я поднимаюсь на трибуну.

Каждый раз всё, как в первый: свет кажется слишком ярким и бьёт в глаза, столешница трибуны – слишком высокой. Атмосфера давит своей торжественностью – после ремонта зал ещё более помпезный: хрустальные светильники, бархатные кроваво-красные портьеры вместо старых зелёных, даже сиденья зрительского зала теперь под цвет портьер. Я волнуюсь, всё сливается в одно багровое пятно. Глубоко дышу, концентрируюсь на дыхании, а потом оглядываю зал и улыбаюсь.

– Доброго Дня Благоденствия! – говорю громко и уверенно. – Тема моего чтения «Пятьдесят лет Благоденствия: жизнь во взаимном уважении».

В 2074 году жизнь всего человечества изменилась навсегда. Мы обрели надежду, мы узнали, что у нас есть друзья, наши старшие братья и сёстры, которые протянули нам руку помощи, когда лейко 2.0 болело более шестидесяти пяти процентов населения Земли и казалось, что спасения нет. Вампиры прервали своё долгое затворничество, и 2074 год стал поворотной точкой в развитии всей планеты. Благодаря помощи великих семей мы получили лекарство и выжили. Заболевшие были излечены, даже самых тяжёлых больных на последней стадии удалось спасти. В благодарность вампирам были предоставлены все необходимые гражданские права и свободы: право на жизнь, на тайну вида, на свободу совести, свободу передвижения и другие необходимые права для совместной жизни в одном обществе. Уже в конце 2074 года вампиры помогли людям ещё раз: были предоставлены зерновые запасы всех великих семей для предотвращения голода и высадки новых зерновых без гена мутации. В благодарность за это в декабре 2074 года был открыт первый Дом Крови – наш Дом Крови, с трибуны которого я имею честь начинать эти чтения, – отрываюсь от монитора в столешнице и обвожу взглядом зал.

Зал взрывается аплодисментами. Я чувствую, что всё идёт как надо. Немного расслабляюсь, мандраж первых минут публичного выступления проходит. Улыбаюсь, киваю залу в знак признательности и продолжаю читать немного более уверенно и мелодично:

– С тех пор прошло пятьдесят лет. Всякие последствия лейко 2.0 мы вспоминаем только по хроникам Мрачных лет…

Зал поддерживает одобрительными выкриками.

– …Мы сплотились в одно целое, и благодаря вкладу вампиров больше не болеем тяжёлыми болезнями, медицина шагнула вперёд. Мы больше не голодаем: вампиры любезно предоставляли нам свои зерновые запасы ещё дважды и научили нас новому способу их хранения и консервации. Дети-сироты имеют будущее: после года службы партнёром мы можем стать кем угодно, объездить весь мир, поступить учиться в лучшие глобо-университеты. Вместе мы преодолели все барьеры и пришли к взаимному уважению и настоящему партнёрству. Пятьдесят лет Благоденствия научили людей жить в новом мире глобо рука об руку с нашими старшими братьями и сёстрами!

Зал взрывается аплодисментами, и я улыбаюсь. Ко мне подходит Адриан с цветами и улыбается, вручая их. Я растроганно обнимаю и целую его в щёку. В какой-то момент в этой атмосфере всеобщего внимания и доброжелательности чувствую пристальный взгляд, который пробирает насквозь. Я оглядываюсь по сторонам и ничего не вижу. Улыбаюсь всем ещё раз и говорю:

– Спасибо всем за внимание и тёплую встречу, – машу рукой и спускаюсь с трибуны в комнату ожидания.

Слышу, как директриса Мария выходит и начинает объявлять следующего чтеца. На входе в зал ожидания вижу, что Натана нет – пошёл читать. Остальные поздравляют с успешным началом, что-то говорю, улыбаюсь и сажусь в своё кресло, смотрю на экран и слушаю Натана. Точнее, кажется, что слушаю, потому что всё это происходит на автопилоте. Внутри не проходящее ощущение пристального взгляда, как будто меня кто-то сканирует. Кажется, что я прошла ежегодный медосмотр партнёра, меня раздели и рассмотрели под лупой. Не знаю, почему я так мерзко себя чувствую после каждого медосмотра, но состояние сейчас один в один. Наверное, переволновалась. Если бы здесь была Дина, было бы получше.

Боковым зрением вижу, как выходит Костас, а Натан возвращается. Я прихожу в себя и замечаю, что нам приносят поднос с напитками. Беру стакан яблочного сока и начинаю чувствовать себя немного лучше. Потом наступает очередь Елены, и я окончательно прихожу в себя, различаю, что происходит на экране. Обращаю внимание на то, как хороша Елена: высокая тонкая фигура, сложная причёска на длинных светлых волосах, уверенность в каждом жесте. Её голос звучит высоко и мелодично, она читает с чувством и посылает взгляд в глубину зала. Всегда восхищаюсь тем, как она выступает, и радуюсь, что меня редко ставят сразу после неё.

Зал устраивает Елене бурные овации. Она посылает всем ослепительные улыбки, скромно говорит «спасибо», машет рукой и уходит. Поздравляем её и говорим, какое прекрасное выступление. Здесь всегда дружеская атмосфера.

Чтения продолжаются. Мы обсуждаем новые декорации зала, отделку трибуны и подавление звука дыхания в новых микрофонах. Все понимают, что это последние чтения этого учебного года и что в следующем меня, Елены и Натана уже не будет. Это вносит какую-то приятную грусть в разговоры. Натан в очередной раз говорит, что будет поступать на журналистику, и спрашивает нас о планах. Елена заявляет, что хочет попробовать себя в модельном бизнесе, она подходит в модельные агентства уровня глобо по всем параметрам, и, пока будет служить, сделает хорошее портфолио для отправки каст-менеджерам.

– На самом деле, нам гораздо проще попасть в этот бизнес, чем обычным людям, – говорит она. – Я думала об этом. Рита Хо, Анна Лори, Сантана Королева, Моника Вотт и многие другие известные модели уровня глобо были выпускницами Домов Крови и стали моделями после службы. Мы ведь будем служить влиятельным семьям. Служить с уважением и отдачей, возможно, кто-то даже станет амори. А там один шаг до публичности и известности, – она подмигивает мне. – Ты тоже могла бы попробовать себя в модельном бизнесе, до топ-модели, конечно, рост у тебя не дотягивает, но для фотомоделей параметры немного другие, и ты вполне могла бы сделать хорошую карьеру.

– Нет, – смеюсь, – я себя уже нашла. – Хочу заниматься садами, полями, быть с природой. Я бы поселилась в небольшом сельском городе и работала с агросектором. Завела бы кошку, может, и собаку, ездила бы на море по выходным. И смотрела бы твои модные показы, – улыбаюсь Елене. – Жить на виду – не для меня.

– Ну, каждому своё. Я точно знаю, чего хочу, ты тоже. Кстати, один из Высших во время чтения сегодня та-а-ак на меня смотрел. Я уверена, подойдёт ко мне вечером, а то, может, и добьётся назначения к себе, – многозначительно улыбается Елена.

– Ох, неотразимая Елена, – тянет Натан, – все падают к твоим ногам, королева красоты нашего Дома Крови и наших сердец.

– Пади ниц, о мой поклонник, – поддерживает его Елена. – Возможно, я разрешу тебе пригласить себя на танец, и мо…

– Тш-ш-ш! – шикают ребята перед телевизором. – Награждение!

Елена и Натан прерывают свой спектакль и спешат к экранам. Директриса заканчивает речь и начинает торжественное награждение.

– Итак, награду за лучшее сочинение Благодарственных чтений, посвящённых пятидесятилетию Благоденствия я вручаю…

Звенящая пауза.

– …вручаю Александре Фор, за её работу «Пятьдесят лет Благоденствия: жизнь во взаимном уважении».

Я чувствую, как краснею. Не ожидала победы, потому что обычно не выигрываю в таких крупных конкурсах.

Директриса продолжает:

– Золотой значок победы вам вручает сам господин Высший Тео Ан.

Звенящая тишина взрывается громкими аплодисментами. Натан подталкивает меня к лестнице наверх, и последнее, что вижу перед выходом, как некрасиво кривится прекрасное лицо Елены.

На ватных ногах поднимаюсь на трибуну. Ко мне медленно и грациозно подходит Высший. Дежурная подносит красивую шкатулку из чёрного бархата, открывает её, и он достаёт оттуда значок победителя в виде латинской буквы V. Расстёгивает булавку и прикрепляет награду на воротник платья с другой стороны от микрофона-жучка. Его пальцы касаются шеи, и меня пробирает лёгкая дрожь. Снова это неприятное ощущение, как после медосмотра.

– Поздравляю, – говорит он мне на глобо с лёгким приятным акцентом. – Очень приятно было слушать. Вы уловили самую суть всех событий и взаимного уважения. Уверен, вы будете прекрасным партнёром, – он пожимает мне руку, и из всех динамиков звучит торжественная мелодия, зал встаёт и рукоплещет.

Я склоняю голову в знак благодарности, он тоже. Официальное уважение соблюдено.

Отхожу от трибуны и вижу, как продолжается процедура награждения. Высший Тео Ан уходит на своё место, и директриса Мария продолжает.

Приз за второе место и речь о подрастающей смене чтецов достаётся Костасу, Натан занимает третье место. Елена получает приз зрительских симпатий и ослепительно улыбается залу. Со своего места замечаю, что улыбку она посылает в сектор, где сидят Высшие. Я сижу оглушённая всем этим шумом, вниманием, и мне неуютно. Где-то в желудке стоит неприятный комок.