Ольга Лебедева – Ледяное сердце (страница 26)

Земли оборотней протянулись с севера на юг вдоль горной гряды, разделяющей материк на две почти равные части. Я слышала, что на севере живут оборотни-медведи и волки. Видимо, все двуликие тесно сотрудничают между собой. Иначе чем объяснить нахождение снежного барса на северной заставе? За хребтом располагались земли эльфов и троллей — вечных непримиримых врагов. Людям не часто приходилось бывать у них в гостях. Торговые и дипломатические связи осуществлялись в основном через гномов. Маленький народец ловко наживался на посредничестве между нашими расами.

Троллей я ужасно боялась, наслушавшись сказок про их злобный нрав. А вот к эльфам хотела бы попасть ради того, чтобы увидеть диковинки Вечного Леса собственными глазами, да только не каждому выдавалось такое позволение.

Ближе к замку нас встретил отряд оборотней, посланный за мной Эрданом. Мужчины весело поприветствовали друг друга. Сразу было видно, что они давно знакомы и находятся в приятельских отношениях. У меня отлегло от сердца и я почти решила принять любезное предложение Хенгара о совместных прогулках.

В самом замке меня ожидал приятный сюрприз. Приехал отец. Его самого я не видела, но герб нашего рода на дверцах кареты сразу бросался в глаза: золотой лев с оскаленной пастью в герцогской короне — наследие наших воинственных предков.

Я легко соскочила на землю и поспешила в замок, постепенно переходя с быстрого шага на бег. Не думала, что успела настолько соскучиться по единственно близкому мне человеку за то недолгое время, что мы не виделись. Губы непроизвольно растягивались в улыбке, сердце учащённо билось, меня переполняла радость от предчувствия скорой встречи с отцом.

Я увидела его сразу, как только переступила порог зала для приёмов. Отец сидел по правую руку от Эрдана. Мужчины вели учтивую беседу, обмениваясь любезностями, но в глазах обоих застыла настороженность. Эрдану по-прежнему не здоровилось, он выглядел бледным, и можно даже сказать, измождённым. Да и отец видно сильно устал с дороги. Им обоим необходим был отдых и сон, но законы гостеприимства вынуждали их терпеть неудобства.

Я решила вмешаться, пока эти двое упрямцев не довели себя до истощения. Эрдан толком не оправился от ран, а отец уже не так вынослив, как раньше. Уверена, долгий путь изрядно его утомил. Учитывая, как скоро он прибыл, ехали они без остановок. В лучшем случае меняли лошадей, чтобы не терять в скорости передвижения.

— Отец, — слово вылетело из меня непроизвольно, но я тут же постаралась взять себя в руки. Присела в глубоком реверансе, приветствуя герцога. В первую очередь он мой властитель и только во вторую — отец. — Я безмерно счастлива вас видеть, мой лорд.

И это была чистая правда. Наши взгляды встретились, и меня захлестнула волна отцовской любви и тепла. Дольше сдерживаться не было сил, и я буквально влетела в родные объятия, наплевав на правила приличия. Какое счастье, что оборотни относятся к проявлениям чувств не так нетерпимо, как люди. Мой порыв не встретил неодобрения в глазах окружающих.

— Милорд, — обратилась я к Эрдану. — позвольте нам удалиться. Нам с отцом о многом нужно поговорить.

Я видела, как напрягся Эрдан, но отказать своей невесте в столь ничтожной просьбе он не посмел. Это было бы слишком грубо с его стороны и вряд ли пошло бы на пользу нашим отношениям.

— Я понимаю, — мне показалось, что голос Эрдана прозвучал обречённо. — Ваши покои, герцог, находятся на втором этаже, слуга вас проводит. Ожидаю вашего появления к ужину.

— Благодарю за оказанное гостеприимство, Эрдан. Рад видеть свою дочь здоровой и счастливой.

Отец ещё раз внимательно осмотрел меня с ног до головы и удовлетворённо кивнул, не заметив в моём облике существенных перемен. Я действительно чувствовала себя на редкость хорошо. Пребывание на свежем воздухе пошло мне на пользу. От печали и уныния не осталось и следа.

— Как ты, дорогая? — спросил отец, как только дверь его покоев отрезала нас от остального мира. Он с тревогой вглядывался в мои глаза, ища в них страх и беспокойство. А я порадовалась, что не встретилась с ним часом ранее. Тогда мне точно не удалось бы убедить моего проницательного папочку в том, что у меня всё хорошо и я счастлива. Теперь же я была готова ко всему, хотя, где-то внутри меня маленькая испуганная девочка продолжала взывать к благоразумию, она настойчиво требовала не упускать возможности укрыться от всех бед и невзгод за широкой спиной отца. Я мысленно щёлкнула её по носу и заставила заткнуться, напомнив самой себе, что уже давно выросла и не должна прятаться от жизни, выбирая лёгкие пути.

— У меня всё хорошо, отец, не волнуйся, — ответила я искренне. В данный момент я действительно чувствовала себя счастливой. Так что у отца не было причин сомневаться в моей правдивости.

Он сразу расслабился и позволил тревоге отступить.

— Я действительно волновался всю дорогу, дочь, не зная, какой встречу тебя здесь. Оборотни бывают настойчивы в достижении своих целей. А ты наполовину человек и понятие истинной пары может быть тебе недоступно. Я боялся, что тебя силой принудили к этому браку, но теперь вижу, что это не так.

Ох, папочка, знал бы ты, как всё обстоит на самом деле. Но в мои планы не входило вовлекать родителя в решение моих проблем. Я всё для себя решила и не намерена отступать.

— Мне показалось, или Эрдану нездоровится? — спросил отец.

Ну вот, я же говорила, что от него трудно что-либо скрыть. Мне надо быть вдвойне осторожной, чтобы не посеять в его душе сомнения на счёт своей откровенности.

— Ему действительно нездоровится, — подтвердила я предположения отца, но лекарь обещал, что уже завтра он будет в порядке.

— Это хорошо, потому что нам с твоим будущим мужем надо обсудить детали предстоящего брака. Подписать бумаги, очень много бумаг. Всё же он берёт в жёны не крестьянскую дочь, у которой из приданного лишь сундук с тряпьём.

Я нервно рассмеялась, вспоминая серебряные рудники, чуть было не стоившие мне жизни. Эрдан вряд ли оценит столь широкий жест моего отца. Он и сам владеет немалыми сокровищами, находящимися в горах. Зачем ему рудники? Только лишняя головная боль.

— Не будем о делах, — я как могла постаралась уклониться от обсуждения неприятной темы, — лучше расскажи, что нового дома.

Со времени моего отъезда прошло не так много времени. Вряд ли что-то успело кардинально измениться. Но мы оба знали, о чём или вернее о ком я не решаюсь спросить напрямую.

— Люсинда отправилась в монастырь, где проведёт остаток своих дней.

Отец не стал юлить и начал с самого главного. А я представила великолепную Люсинду в монашеском одеянии, и на краткий миг мне стало её жаль. Глупая, какая же она глупая. Сама себя лишила радостей жизни. Чего ей не хватало? За что она так сильно меня ненавидела, если решилась на убийство? Никогда мне не понять эту женщину.

— А как Лерой? — спросила я о брате.

Лицо отца озарилось улыбкой.

— Малыш растёт и набирается сил. Он уже пытается вставать на ноги и ужасно сердится, когда они его подводят. Но не сдаётся и пробует снова и снова. Уверен, в скором времени нам всем будет за ним не угнаться.

Мы ещё немного поговорили о малыше Лерое, о доме. Задерживаться надолго я не стала, памятуя о том, что отцу нужен отдых.

За дверьми меня ждала Майя. Ну кто бы сомневался, что она и тут меня найдёт. Девочка выглядела сердитой и слегка встревоженной.

— Ты хочешь от нас уехать? — огорошила она меня вопросом. — А как же я? Как же мы с Эрданом? Ты совсем нас не любишь?

Я даже растерялась от стремительного напора и необоснованности обвинений.

— С чего ты взяла, что я уезжаю? — вопросила строго.

Майя сразу поумерила свой пыл. Перестала метать в меня громы-молнии и, потупившись, еле слышно произнесла:

— Так об этом все говорят.

— В следующий раз, — произнесла я наставительным тоном, — если захочешь что-то выяснить наверняка, не слушай чужие сплетни, а иди сразу ко мне. Ты уже не маленькая, чтобы каждое произнесённое слово принимать на веру. Слугам, видно, заняться нечем, если они выдумывают разные небылицы.

Я злилась, и было с чего. Неприятно было осознавать, что кое-кто в замке по-прежнему желает от меня избавиться.

Как ни странно, моя неприкрытая злость вернула Майе обычное расположение духа. Она вновь превратилась в неунывающую девочку-подростка и, подхватив меня под руку, потащила на занятия к наставнику Керану. В принципе, я была не прочь немного отвлечься от проблем, а заодно пополнить свои знания, но ведь за этим последует урок у Данайи.

Я мысленно застонала. Мне хватило сегодня физической нагрузки, но от Майи так просто не отвяжешься. Придётся идти с ней на тренировку.

Глава 9

Мрачные стены монастыря Святой Бригитты произвели на Люсинду тягостное впечатление. Герцогиня, измученная долгой дорогой, ночёвками на шумных постоялых дворах, непрекращающейся тряской в карете, мечтала поскорее добраться до места. Но когда увидела то убожество, где отныне ей предстоит жить, чуть было не взвыла в полный голос от жалости к себе и ненависти к мужу и его дочери. Именно их она винила во всех своих несчастьях. Жажда мести вспыхнула в ней ярче пламени.

Люсинда ещё не знала, как и когда она сумеет отомстить своим обидчикам, но не сомневалась в том, что этот день непременно настанет. Мириться со своим поражением, женщина не собиралась.