Ольга Лавин – Грань (страница 31)

— Мои руки сейчас на твоей талии, Алекс? Почему же, ты их не убираешь и не вырываешься из моих оков, как всегда это делала?

Не убегаешь от меня?

— Я не хочу убегать, — ответила она.

— Жаль, что ты только сейчас это признала. А я был в этом уверен с самого начала. Ведь ты избегала меня не потому, что не хотела, а потому, что боялась своих порочных желаний, безумных фантазий, которые хотела бы воплотить вместе со мной. Ты сейчас можешь все отрицать, но Майкл мне рассказал, как ты постоянно его называла моим именем. Ты думала обо мне Алекс? Ты сожалела о своем поступке? — я задавал ей вопросы, но она не отвечала. Она просто тяжело дышала. Каждый ее вздох был тяжелее предыдущего. Я опустил свою руку уже на ее бедро, пробравшись через легкую ткань ее халатика.

— Я так понимаю, твое молчание означает то, что я прав? — спросил ее на ушко, затем прошелся своими губами касаясь ее шеи. Она задрожала, я это сразу почувствовал.

— Тебя возбуждают мои прикосновения, Алекс.

— Да, — ответила она с предыханием, но это и так было понятно.

Я победил, она это признала. Ну что же, — подумал я и убрал свои руки от нее, отойдя назад.

— Ты куда? — спросила она недовольно, когда повернулась и посмотрела на меня.

— Я куда? Не знаю, еще не решил, Алекс. Попытаюсь начать строить свою жизнь с чистого листа, найти работу, полюбить хорошую девушку и создать с ней счастливую семью.

— Я думала, что ты, — но она не успела договорить, как я грубо схватил ее за руку и сдавил ее пальцы.

— Ты думала, что построишь глазки, предоставишь моему взору свое прекрасное, почти обнаженное тело и я уже все тебе прощу? Нет, Алекс. Никогда этого не будет. Теперь моя очередь разрушить твою жизнь и я это сделаю, не смотря на то, что ты стала баснословно богатой.

— Пусти меня! Идиот! — требовала она.

— Давай без оскорблений, крошка, — ответил ей и отпустил.

— Проваливай из моего дома! — кричала она и стала меня выталкивать из гостиной. Но я то сильнее ее.

Я схватил ее за волосы и приблизил ее лицо к своим губам.

— Пусти меня, мне больно, — кричала она, но я еще больнее тянул ее волосы. Я не хотел просто так уходить, поэтому, решил поцеловать ее на прощание. Я приблизил свои губы к ее, но она стала мотать головой.

— Нет, не смей меня целовать, — продолжала она вырываться, но мои губы жадно и дерзко уже накрыли ее.

Поцелуй был грубым, но ее это еще больше заводило. Она подалась мне на встречу и перестала сопротивляться. Алекс провела своими руками по моим волосам, а я в тот же момент готов был просто зарычать, от того, как сильно бы я хотел ее завалить на ее дорогой ковер и трахнуть так, что бы запомнилось ей навсегда.

— Артур, я хочу тебя, — просила она, умоляющим голосом.

Я не мог, так просто сдаться, хотя уже мой возбужденный член говорил о том, что пора наплевать на свой план отмщения и трахнуть Алекс прямо здесь и сейчас. Она действует на меня хуже кокса.

— Алекс, конечно же, ты меня хочешь. Ведь тот быстрый секс в клубе и возле твоего окна, не дали тебе того, чего ты ожидала. Ты хочешь полноценного, жесткого и быстрого траха. На полу, в душе, на столе, на окне, даже в постели? Я прав? — спросил ее, но уже чувствовал, как она таяла в моих руках.

— Да, правда.

Фак, она действительно это признала.

— Ты меня вытащила из тюрьмы, для того, что бы я стал для тебя самым лучшим любовником?

— Да, Артур, — опять она призналась.

— Но почему, Алекс? Почему именно я тебе нужен? — я очень сильно хотел получить ответ на свой вопрос.

— Потому что, я влюблена в тебя, — ответила она.

Вот и все, крошка. Алекса призналась мне в своей любви, а это значит, что теперь она более уязвима. И очень сильно зависима от меня.

Алекса

Что я творю? О чем я вообще думала, когда призналась Артуру в своих чувствах? Я сама еще не осознаю всего. Меня действительно к нему тянет безумно, я о нем постоянно думаю, но вот, любовь ли это? Да, я мечтала о нем все время, и даже сейчас я хочу, что бы он стал моим.

Но может, это просто моя прихоть, не более?

Когда он меня целовал, у меня все переворачивалось внутри. Его смешанные чувства ко мне граничащие между ненавистью и желанием, мне понятны. Его тянет ко мне, так же сильно, почему он не хочет сейчас этого признавать?

Тут уже, не дело в воплощении моих желаний, а другое.

Но сейчас, он хочет мне отомстить за все.

— Даже так? — спросил он, и погладил меня по щеке.

— Нет, это не так, — соврала я, что бы опустить его на землю, ведь это я должна владеть его мыслями и чувствами, но не иначе.

— Лживая, Алекса. Как это похоже на тебя, — процедил он сквозь зубы, и оттолкнул от себя.

— Какой бы плохой, порочной я не была, ты все равно меня хочешь, Артур.

— Ты права, Алекс. Сейчас, я просто хочу тебя трахнуть, но не более. А раньше, я хотел тебя любить и ценить. Быть с тобой одним целым. Мы понимали друг друга с полуслова, поддерживали. Но если бы, я знал, что ты изначально спланировала отомстить мне и моей семье, я бы оградил себя от такой подруги.

— Ты можешь сейчас оградить себя от меня, что тебе мешает это сделать?

— Нет, это слишком просто. Я не упущу шанса отомстить тебе. Тем более, я еще должен забрать у тебя Руди.

— Даже не думай об этом, у тебя ничего не выйдет.

— Я попробую все же добиться справедливости. Я думаю, что это ты постаралась, что бы Эмму признали невменяемой и отобрала у нее сына.

— Не вешай на меня все грехи. Если бы, я хотела сделать ей больно, я бы отдала Руди в детский дом, и не считала бы его своим сыном.

— Я надеюсь, что справедливость восторжествует, — сказал он и подошел к выходу.

— Я тоже, — проговорила себе и зашла обратно в дом.

Артур

Я решил сегодня же увидеть Эмму. Хорошо, что мистер Колинс, сказал мне адрес психиатрической больницы, в которую ее удачно упрятала Алекс.

Когда я подъехал к зданию, то увидел перед собой восьмиэтажный дом с вывеской при входе " Гармония". Не совсем удачное название, для такого места, — подумал я поднялся по ступенькам.

— Здравствуйте, — обратился я к девушке, которая стояла на ресепшен.

— Здравствуйте, мистер. Чем я могу вам помочь?

— Я бы хотел увидеться со своей сестрой, Эммой Рейнолдс.

— Секунду, — сказала она, и стала что-то искать в своем компьютере, видно смотрела списки пациентов.

— Да, есть такая. Но она сейчас находится в палате для особо буйных. Лучше вам поговорить об этом с главным психиатром, который за ней наблюдает, — проговорила она, и указала мне рукой на дверь на против.

— Вон его кабинет.

— Благодарю вас, — ответил ей и сразу же подошел к двери, на которой висела табличка "Роберт Адамс".

— Здравствуйте, мистер Адамс.

— Здравствуйте, чем я могу вам быть полезен, раз вы уже решили войти в мой кабинет? — спросил он меня, когда уже садился за свой рабочий стол.

— Я хочу увидеться со своей сестрой Эммой Рейнолдс. Я могу рассчитывать на встречу с ней?

— К сожалению, я не могу вам позволить этого. Ее состояние ухудшилось. Вчера она пыталась задушить санитара голыми руками. В последнее время она перестала себя контролировать, поэтому мы вынуждены были ее перевести в палату, которая больше напоминает карцер. Мы извлекли все режущие и колющие предметы, что бы она не смогла причинить себе вред.

— Я ее родной брат. Вы понимаете, что я вам не верю! — кричал я, когда подошел и склонился над его столом. Алекса Невиш хорошо вам наверное заплатила, что бы вы сообщили мне эту лживую информацию и не дали возможности увидеться с ней. Но я не собираюсь верить в этот бред, поэтому, у же не прошу, а требую с ней встречи.

— Это не возможно, мистер Кларк. Вы очень опасный преступник. Мы не можем позволить вам увидеться с ней, а вот то, что я сейчас могу сделать, это позвать охрану, которая вас мигом вышвырнет из клиники. Поэтому, предлагаю вам сделать это самому, не пугать остальных пациентов и рабочий персонал.

— Я уйду, но вы все об этом пожалеете, — предупредил я и вышел из его кабинета.

Ну ничего, Алекса. Ты поплатишься за все. Я стану твоим самым страшным кошмаром наяву.