Ольга Ларионова – Искатель. 1985. Выпуск №3 (страница 28)
— Кто на нем приезжал?
— Не узнал. Про «Москвич» вообще один Кондратов говорит.
— Он шофера или пассажиров мог бы опознать?
— Нет.
— Ну что ж, — Максимов досадливо нахмурился, — будем искать «Москвич», а заодно и автомобиль красного цвета. Другого ничего не остается.
Володя протянул следователю записку с фамилиями и адресами свидетелей.
— Вы двигайте. Я еще побуду, надо кое с кем поговорить.
Вместе с Володей оставался и Сазонов. Ему предстояло доставить развороченный сейф в экспертно-криминалистический отдел. Максимов поднял трубку рации. Следственно-оперативная группа еще не вернулась с выезда, а в отделениях милиции уже приняли информацию «Сосны».
Расставшись с Максимовым, Сошников направился в кабинет к управляющему. Не старый, но уже тронутый сединой, тот сидел за столом, нервно крутя в руках карандаш. Инспектор уголовного розыска представился.
— Колокольцев Игорь Петрович, — ответил, поднявшись, управляющий и, обменявшись вялым рукопожатием, предложил сесть.
Говорили около двух часов. В конце беседы Сошников спросил:
— Кто, по вашему мнению, мог совершить нападение на кассу? Кого вы подозреваете?
— Никого. Со мной работают люди, на которых я боюсь бросить и тень подозрения. Вы только поймите меня правильно. Большинство — это кадровые рабочие, которых я знаю не один год. Есть же и такие, как говорится, у нас без году неделя. Их я знаю недостаточно. Но предположить, что кто-то из них так дерзко украл деньги? — Колокольцев, не соглашаясь, покачал головой. — Не допускаю и мысли, не имею права. Кстати, мне сказали, что в управлении болтался какой-то чужак. Разве он не мог быть грабителем?
Сошников, вспомнив о парне с наколками, насторожился.
— Вам о нем что-нибудь известно?
— Мне нет, а вот мой секретарь его видела. Колокольцев нажал кнопку. В кабинет вошла женщина с лицом, усыпанным веснушками.
— Екатерина Матвеевна, товарищ интересуется тем незнакомцем, о котором вы мне говорили.
— Игорь Петрович, — торопливо выпалила секретарь, — я, как узнала о краже, сразу вспомнила: видела одну темную личность! Постойте… во сколько это было? Ну да, вчера, в четвертом часу, деньги еще не выдавали. Иду за водой, хотела цветы полить. Смотрю, у кассы стоит подозрительный мужчина и озирается. Думаю: «Не к нам ли субподрядчик какой?» Вижу, заметил меня и отвернулся, уткнулся в объявление на стене. «Вы по какому поводу?» — спрашиваю. Отвечает нехотя, будто одолжение делает: «К вам с Южного Урала в командировку приехал». — «Заходите ко мне, — приглашаю его, — я только воды налью». Кувшин подставила под кран, а у самой вертится на уме: странный командированный, заявился без звонка, попробуй такого в гостиницу пристрой. Ведь заранее надо. Иду обратно, а его уж и след простыл. Я к окну, глядь, а он на улице возле ворот топчется…
— Хочу добавить, — перебил секретаршу управляющий, — мы никого не ждали в командировку. Такие вопросы всегда заранее согласовываются. Да и вообще, у нас с Южным Уралом производственных связей нет.
— Вы не вспомните, во что командированный был одет? — поинтересовался Сошников у Екатерины Матвеевны.
— Такой представительный, в коричневом костюме и голубой рубашке с ришелье. В руках портфель. На вид ему лет сорок пять. Да вот в лицо не разглядела, он все норовил отвернуться от меня…
Так в поле зрения милиции попал еще один подозреваемый.
На следующие сутки после нападения, в три часа дня, пошла ориентировка, в которой сообщались номера некоторых купюр, похищенных при разбойном нападении. Управление уголовного розыска требовало установить контроль за поступлением денег от населения во все торговые точки обслуживаемых территорий и проведения инструктажа кассиров и других лиц, занимающихся приемом и инкассацией денежных сумм.
Сразу по возвращении Платов унес вещественные доказательства к себе в экспертно-криминалистический отдел, а Максимов поднялся в дежурную часть управления, к Воронову. Увидев следователя, Владимир Сергеевич поспешно воскликнул:
— Михаил Иванович, тебе пакет из больницы! Хирург пулю прислал. Сторож помещен в реанимацию.
Воронов протянул запечатанный конверт Максимову.
— И еще… — Ответственный дежурный приблизился к пульту, порылся в ворохе лежавших документов и выдернул длинный лист, напоминавший свиток. — Есть подозрение в использовании преступниками машины, угнанной от завода стеклоизделий… Вот она, — нашел он нужную строку, — «Жигули-2101», красного цвета, номер 68–69 РУЭ. Угонщик пока не задержан.
Платов снял очки, помассировал переносицу и, опять поместив их на прежнее место, загадочно посмотрел на следователя.
— Ты знаешь, что обнаружено в масляных пятнах на календарном листке?
— И не догадываюсь, — оторвался от бумаг Максимов.
— Микрочастицы карбида вольфрама не совсем обычной марки: ТЗС.
— Что это такое?
— Незаменимая вещь в литейном производстве.
— Гм, преступники имеют отношение к металлургам?
— Не исключаю. У пекарей карбида вольфрама нет.
— А красная притертость на пне?
— Химики исследования уже заканчивают, — Тарас Макарович похлопал следователя по плечу, — тебе все немедленно подавай.
— Что в этом особенного? — полушуткой ответил Максимов. — Чем быстрей, тем лучше. Что древние римляне рекли по этому поводу? Дающий быстро — дает вдвое. Кстати, Сазонов сейф привез?
— Приволок. Ну и машина, я тебе скажу! — Эксперт восторженно зацокал языком. — Мы еле нашли кнопку секретного замка. Вот сделано! Ладно, на держи.
Оставив заключение экспертизы, Платов вышел из кабинета. Михаил Иванович задумчиво отложил авторучку в сторону. «Еще задача. Где преступники могли подцепить карбид вольфрама? В первую очередь это, конечно, металлургический завод, затем комбинат по изготовлению металлокерамики. На каждом из них многотысячные коллективы. И где-то, в одном из сотен кабинетов, лежал на столе календарь без листка за 26 декабря».
На следующий день, придя в управление, Михаил Иванович встретился с Сошниковым.
— Что показывают свидетели с Заозерной? — спросил следователь оперативника.
— К сожалению, ни Колокольцев, ни его секретарь, да и остальные толком ничего не знают. Но я попробовал полученные от них обрывки информации домыслить, соединить фрагменты, кажущиеся случайными, воедино…
— И что получил?
— Вполне осязаемую картину причастности к преступлению кого-то из своих, монтажников.
— Но это всего лишь твое предположение…
— Оно достаточно веское. Посуди сам, — Сошников пытливо взглянул в лицо следователю. — Распоряжение о выдаче зарплаты по организациям поступило из треста неожиданно для всех в четырнадцать тридцать, через полчаса объявили об этом рабочим. А спустя сорок минут возле монтажного управления и около кассы заметили неизвестных…
— Маленький интервал во времени между принятием решения об изменении места выдачи денег и появлением посторонних, по-твоему, и является признаком причастности кого-то из своих?
— Верно. — Сошников согласно тряхнул чубом и тут же спросил: — Что дала поездка на металлургический завод?
— Главный инженер сообщил, что найденный нами карбид вольфрама, между прочим, в обиходе у них он называется просто вольфрамом, есть только на заводе и применяется при отливке заготовок для буров нефтяников.
Прикрываясь блокнотом от бившего в окно солнца, Сошников поинтересовался:
— Кто к нему имеет доступ?
— Вся литейка, но вход туда по пропускам.
— Сколько работающих в цехе?
— Около восьмисот.
Инспектор от удивления присвистнул.
— Найти одного—двух человек из такого количества?