реклама
Бургер менюБургер меню

Ольга Кузнецова – Журнал «Парус» №90, 2023 г. (страница 4)

18

Днями становится даль

Ради тех, кто просит молитв.

Ветер катится рыжим клубком.

Август кланяется сентябрю.

Ты же, Господи, знаешь, о ком

Плачу и говорю.

Так порадуй их чем-нибудь

Да отнеси от беды,

И за каждым шагом побудь,

Даже если шаги нетверды.

Низко тучи над головой,

В пыли не видать ни зги.

Ты, пожалуйста, одного

Особенно береги:

Больше всех других горемык

Он достоин счастливейших дней,

Пусть боль его будет на миг

И не я причиною ей.

СОРОК ПЕРВЫЙ

Сорок первый пошел на круг, спит в салоне один пассажир –

Будто выбрал неверный маршрут и кружил по нему, кружил…

Эх, никак не уйти из сети многокилометровых дорог:

Просыпаться и вновь дремать под водительский матерок.

Сорок первый пошел на круг, на тоннельный мерцающий свет.

В сорок первом ушел на фронт меня не увидевший дед.

Видно,  каждому свой Берлин, свой рубеж и свой перевал,

Но я думаю, он победил, чтоб никто больше не воевал.

Сорок первый пошел мне год, а не сделано ничего.

Лишь молчанье кричит в груди, словно колокол вечевой:

Вся-то жизнь на коленях – лежит перечеркнутая тетрадь:

Не создавшему ничего будет подвигом не разрушать.

Всё, приехали. Я схожу. Скоро все, должно быть, сойдем.

Под ногами обмякла пыль. Пахнет ею, чуть-чуть дождем.

Там, под пылью, мое богатство – блики звездного серебра,

Вот и бабушка машет в окно, вот и клен в глубине двора.

ВЕРБНОЕ ВОИНСТВО

Запнулись часы. Завязан рюкзак.

Позывным в ночи – дым окраинных трав.

Можно всё вместить – а можно и так

Оставить, с собой ничего не взяв.

Корешки старых книг прорастают кустом,

Теплится пух нахлынувших свеч.

Я иду и смеюсь, забывая о том,

Что встать нельзя, если прежде не лечь.

Время тихое, год непростой:

Все слезы вовнутрь, ни улыбки вовне.

Стой дозором, вербное воинство, стой,

Пусть земля выздоравливает во сне.

БАЛЛАДА

Где паучьи тенёта из дебрей замшелых веков

Протянулись до нынешних дней и над ними зависли,

Жил колдун, что, играя, смешал языки родников,

Он надолго попутал слова и заветные смыслы.

И устав лепетать о своем, чтоб трещала в ответ

Пустота, – замолчали они, постепенно и каждый.

Среди мусорных чащ родниковый теряется след,

Сам колдун не найдет, а найдет – никому не покажет.

Да и речь человечья с тех пор изменилась сама,

А открыться другому – расстаться с защитной завесой.

…Но сентябрь все так же отчетливо входит в дома,

Простирая границы души до неблизкого леса.

И осмелится ключ отозваться неведомо в ком,

Против чар позовет он на помощь судьбу или случай,

Чтобы песне, понятной любому в лесу городском,

Не смолкать никогда – можжевеловой, вечной, гремучей.