Ольга Кустова – Одинокий странник (страница 15)

Когда тревога во мне стала нарастать, Артем вытянулся вперед, словно высматривая, что-то в темной дали.

– Почти приехали! – тихо сказал Давыдов.

На синей вывеске на двух языках было написано Петра, и стрелочка указывала, что мы движемся в правильном направлении. Так же на руинах, которые сопровождали нас не один километр пути, было высечено название потерянного города. Проехав мимо этой руины Сарим, замедлил ход. Спустя минуту он остановил машину и попросил нас выйти.

– Мы приехали. Дальше придется идти пешком.

На улице не было совсем темно, но все же сумерки, опускавшиеся на затерянный город, вызывали ужас. Нас окружали песчаные горы и барханы. Много руин и разрушенных каменных строений. В горах виднелись окна и проходы, вырезанные тысячи лет назад и хранившие в себе историю, давно забытую простыми людьми.

– Берем только все самое необходимое и двигаемся вперед, а то уже наступает ночь! – сказал Артем, вытаскивая из под брезента наши вещи.

Глава 4.Петра.Иордания

Глава 4. Петра. Иордания.

Сарим протянул охраннику двести евро, которые всучил ему Артем и тогда нам открыли проход в сик – узкое ущелье, единственную дорогу к заветному городу. Араб, который был охранником этого города, по-английски сказал, что-то Артему и мы пошли к своей цели.

– Что он сказал? – поинтересовалась я у спутника.

– Попросил, чтобы мы были осторожны, ведь не хочет он утром найти три трупа.

Я испугалась и даже замедлила ход, но Артем развернулся, поправив на моих плечах рюкзак, и с улыбкой сказал:

– Шучу я. Он сказал, что присмотрит за нашей машиной.

Не хочу сказать, что мне стало легче, но где-то там внутри немного отлегло.

Артем шел первый, я сразу же за ним. Сарим шел последним, осматривая древние руины. У входа в город было множество глыб и камней. Мы шли по длинному ущелью, стены которого возвышались над нами на несколько сотен метров. Ущелье было узким и не было видно, что там впереди нас. Оно напоминало мне лабиринт из камней. Но на самом деле, было куда опаснее обычного лабиринта. Одной рукой я старалась придерживаться стены, но позже поняла, что это плохая мысль, так как камни больно впивались в ладони. Мы прошли еще вперед, стараясь смотреть под ноги. Хоть я и не страдаю боязнью закрытых пространств, здесь мне все время казалось, что стены давят на меня с обеих сторон.

На город тихо опускалась ночь. Туристов давно уже здесь не было и тишина, стоявшая в затерянном городе, придавала ему еще большей жути. Я не видела того, что находилось под моими ногами, а лишь ощущала, что наступаю на камни. Становилось все темнее и тише. Казалось, что мы один на всей планете.

Ущелье немного сужалось, но его стены были все выше и выше, и неба было почти не видно. Тропинка постепенно становилась еще уже, так, что мне казалось, что скоро будет тупик. Но, нет, пройдя еще немного в конце сика, мы увидели великолепное здание в горе – казну. Это врезанный в скалу фасад здания с множеством колонн.

– Вот и Петра, – сказал Артем, снимая со своих плеч рюкзак и разворачивая загнутые рукава рубашки,– эта гробница в скале главный символ этого затерянного города. За казной идут еще величественные строения, если будет желание, утром мы их осмотрим и уйдем с первой группой туристов. А сейчас приступим.

– Что-то это все мне напоминает, – сказала я, пытаясь вспомнить, где уже видела это строение.

– Да, Индиана Джонс. Наверняка ты видела этот фильм.

Артем присел на одно колено и принялся расстегивать свой рюкзак. Оттуда он вынул фонарик, спички и кирку. Сарим тут же вынул из своего рюкзака сухие палочки и разложил их. Артемовскими спичками он разжег костер.

Теперь, когда город погрузился в ночь, и на моих часах была полночь, этот костер был единственным просветом в этих темных представителях истории, от которых мне было жутко. Артем зажег фонарик и попросил, чтобы я достала воду. Сарим сел на какой-то камень рядом с костром и принялся разогревать над ним еду. Картина была странная: человек посреди затерянного древнего города Петры греет мясо с картошкой.

– Скалы огромны, поэтому надо быть предельно осторожными. Здесь может начаться в любой момент камнепад. Здесь множество могил, помните – это город мертвых. И знаете, призраки тут тоже могут быть, так, что не удивляйтесь. А теперь думаю, что пришло время заняться делом, – сказал Артем и посмотрел на меня, – ну, что ты готова?

Абсолютно не готовая к такому повороту событий, я растерялась. Артем это понял, но все же протянул мне еще один фонарик и водрузил на свои плечи кирку и еще какой-то пакет с инструментами. В карман своих брюк он положил белую бумагу с чистым полиэтиленовым пакетом.

Сарим протянул Артему одну рацию, а другую оставил у себя.

– Будьте осторожны!

– Ты не идешь? – спросила я у Сарима.

– Нет, я вез вас сюда с одним условием, что останусь в лагере.

Я покачала головой и уставилась на Артема.

Он повернулся лицом к величественному строению этого города – к казне. Колонны ее были величественны и заставляли себя ощущать ничтожно маленьким по сравнению с ней. Красота была неописуемая. И что меня больше удивляло так это то, что скалы сохранили это место для потомков.

Мы медленно пошли внутрь строения, стараясь не создавать никаких лишних звуков, чтобы не тревожить этот город. Город спал, ничего не говорило о том, что здесь есть кто-то кроме нас, но мы оба боялись, что какой-нибудь турист, преступник или чего хуже призрак затаился в колоннах казны.

Пройдя под аркой между колонн, я оглянулась на костер и на Сарима, который провожал нас испуганным взглядом. Вздохнув, я сделала шаг и оказалась внутри древнего строения. Это была главная зала с множеством арок, через которые можно было попасть в другие помещения казны. Зала состояла полностью из камней, из таких же, которые вели в саму Петру. Потолка не было видно, просто было ощущение, что я нахожусь в хорошо отделанной пещере.

Эхо наших шагов раздавалось по всему помещению и от них мне становилось жутко, хоть я и понимала, что этот наши шаги.

– Ночь пробуждает страхи, не так ли? – спросил Артем, резко остановившись.

Я покачала головой.

– Не бойся. Эхо не должно тебя пугать. Правда, местные поговаривают, что тут обитают призраки. После этой ночи решу, стоит верить в это или нет.

Я строго посмотрела на Артема и тут же постаралась перевести взгляд на старинные стены и строения, которые сохранились внутри казны.

Он вынул из кармана своих брюк белый лист бумаги.

– Что на нем? – поинтересовалась я.

– Смотри.

Артем подвел меня поближе к стене казны. Стены помещения были частью скалы. Они были совсем не гладкие, а проводя рукой по стене, мне становилось жутко. На стене были какие-то иероглифы, возможно, которым уже не одна тысяча лет.

Артем подвел к листу бумаги фонарик, посветил на него и продолжил что-то искать на стенах. Артем осматривал каждый сантиметр стены на уровне глаз. Потом спускался ниже и уже минут через десять он сидел на коленях и, прищурив глаза, искал на стене то, что было известно только ему одному.

– Может, я могу тебе помочь? – спросила я.

– Сядь где-нибудь и помолчи! – не отрываясь от работы, сказал мой таинственный спутник.

Я огляделась и увидела в углу залы камни, которые лежали стеной. Медленно начала двигаться к ним отдаляясь от того места, где работал Артем. Присев на камень, я стала осматривать казну и вслушиваться в звуки.

Камней было немного, но они были навалены стеной и, честно сказать, мне было от этой стены жутко. Не было ясно, есть ли пустота за этим завалом, так же не было ясно, как он образовался. Может, начался обвал, и там погибли люди. Стало еще страшнее. Артем не спешил со мной разговаривать, а каждый раз прислушиваясь в шорохи, царившие в казне Петры, мне казалось, что мы здесь не одни. Да, я знала, что снаружи Сарим, но звуки были рядом.

Перебирая в голове рациональные объяснения этих звуков, я не верила сама себе и вздрагивала от любого шороха или движения Артема.

Свет фонарика до меня не доходил и уж тем более света костра я не видела. За спиной я стала ощущать какое-то движение и звук стали. Словно кто-то дрался на шпагах или монеты падали одна на другую. Убеждая себя в том, что это подземные воды, я старалась отключиться от внешнего мира и уйти в себя. Но адреналин, который появлялся в моей крови, не давал мне шансов сосредоточиться. Рядом со мной раздался страшный звук, и я сорвалась с места и с криками побежала к Давыдову.

– Артем! А!

Парень отошел от стены и повернулся в мою сторону. Я уже бежала к нему через всю заброшенную залу с ужасом в глазах. Парень тоже насторожился и стал всматриваться в стену камней, стараясь найти ответы.

– Что это было? – спросила я, подлетев к нему.

– Здесь жутко! Испугалась?

Я покачала головой.

Артем достал фонарик и двинулся в сторону завала, светя все время на камни. Я пошла за ним следом, хотя было очень страшно возвращаться в ту часть залы. Парень, пригнувшись, осветил фонариком завал, но осмотрев его, ничего не нашел. Вытянувшись во весь свой рост, Артем повернулся ко мне и уверенно произнес:

– Кажется, здесь ничего нет.

– И сейчас? – спросила я, потому что слышала снова металлические звуки.

На лице парня я увидела страх. Впервые за все время, что мы с ним провели вместе. Он тут же отвернулся от меня и пустил свет в сторону завала. Он тоже услышал эти звуки, и по его коже я увидела, как побежали мурашки. Не от холода, ведь холодно не было, а от страха. Мне стало еще страшнее. Показалось, что внутри казны стало еще темнее, но сил выйти из нее не было, казалось, что за ее пределами еще ужаснее.