Ольга Курбатова – Мой путь от неуверенности до сказкотерапии (страница 2)
Когда же я поступила в школу, то среди своих одноклассников чувствовала полную растерянность и некомпетентность по многим вопросам. Другие дети были более уверенные и ничего не боялись. А я стеснялась высказать своё мнение, мне было проще во всём соглашаться, чем пытаться отстаивать свою точку зрения. Такая позиция «серой мышки» настолько преобладала, что постепенно меня перестали в классе замечать.
Да, и на уроках я редко поднимала руку, не любила выходить к доске. А, если меня всё-таки спрашивали учителя, то голос дрожал, коленки тряслись, и я сама находилась в состоянии стресса. Сейчас пишу и думаю, какое же жалкое зрелище я собой представляла. Меня постепенно перестали брать в расчёт, никто не интересовался моим мнением. Да и было ли оно у меня, это мнение?
Единственное, что я делала очень хорошо, так это писала, школьные сочинения и ещё рассказывала стихи наизусть с дрожью в звенящем голосе. В этом деле не было в классе ребят, равных моему мастерству. Но я не могла это достоинство использовать с пользой для себя. Выплесну крупинки своих талантов, удивлю всех и опять скроюсь в свою ракушку.
«Тихая, замкнутая, неловкая, боязливая, недружная девочка» так меня характеризовали одноклассники, да ещё очень длинная, в классе переросла всех девчонок и даже многих парней.
И самым настоящим испытанием для меня было стоять на уроке физкультуры в шеренге первой и пытаться сбивчиво выполнять команды учителя. Ничего при своём росте, я делать правильно не умела: ни в спортивных играх участвовать, ни прыгать через «коня», ни лазать по канату, ни забивать мяч, ни подтягиваться на планке, ни ходить на лыжах. Ничего!
Свои «четвёрки» по физкультуре получала лишь потому, что была «хорошей девочкой» по меркам учителей. И вот у этой «хорошей девочки» была своя «тайна», с 12 лет я сочиняла стихи и даже записывала их в блокнот. Стихи, конечно же, были неказистые, с нарушением всех правил рифмы, но от души. И это увлечение стихотворчеством продолжалось сравнительно долго, почти до 17 лет. Причём, в семье знали о моём увлечении и даже одобряли. По крайней мере, на многих праздниках меня с удовольствием слушали родственники и друзья, а потом дружно аплодировали.
А сельский священник, который как-то побывал у моей религиозной бабушки в гостях, даже рекомендовал отправить некоторые стихи в местную газету. Прислушавшись к его совету, я выбрала два стихотворения, на мой взгляд, самых удачных и отправила в редакцию районной газеты. С нетерпением больше месяца ждала ответ.
В ответе помощника редактора было отмечено, что мои стихи по тематике и содержанию не отвечают запросам социалистического общества, да ещё и рифма хромает (сейчас уже не помню точную формулировку, я ответ потом порвала). А к стихам у меня произошло полное охлаждение. Наконец – то поняла, что это не моё призвание. Было желание их уничтожить, как и само письмо из редакции.
Но в последний момент рука не поднялась совершить этот поступок. Так и остался самодельный блокнот, вырезанный из тетради с 42 стихами разного содержания, на память. Иногда беру, перелистываю, читаю и вспоминаю, какой глупенькой и наивной девчонкой я тогда была. Сейчас даже не вспомнить, какие из своих стихов отправляла на суд редакции.
В 8 классе готовилась к первым в своей жизни экзаменам. Нужно было сдавать четыре экзамена. Устные экзамены по билетам (русский язык и геометрия), письменные: сочинение по русскому языку и контрольную работу по алгебре. Я очень переживала из-за предстоящих испытаний, мне «гуманитарию» всегда с трудом давались точные предметы. Помню, что перед экзаменом по геометрии мама дала мне успокоительные таблетки. Но всё прошло замечательно, геометрию сдала на «отлично», русский устно тоже на «отлично», контрольную по алгебре написала на «хорошо».
А вот с сочинением произошёл облом. Тема «Моя будущая профессия» была прекрасно раскрыта. Описывая профессию учителя, я подробно рассказала о том, чем она меня привлекает. Но в сочинении я написала два недопустимых предложения о том, что всё-таки я не смогу, стать учителем, а вот причины не объяснила. И в результате, я с трудом получила четвёрку, хотя моя работа по содержанию была одной из лучших.
Почему же я заостряю внимание на этом вопросе? На тот момент в школах не проводилась профессиональная ориентация среди выпускников, да и школьных психологов тоже не было, как впрочем, и везде. Я училась в обыкновенной сельской школе, вела уединённый образ жизни. Моя сестра к тому времени уже окончила школу и поступила в институт.
Мои родители мечтали о том, чтобы и младшей дочери дать высшее образование. Но впереди у меня было ещё целых два года учёбы в стенах школы. В 9 – 10 классах я стала немного смелее, появились подружки, участвовала в школьных мероприятиях. Семь выпускных экзаменов за 10 класс сдала успешно, получила хороший аттестат.
Детство закончилось, и передо мной встал вопрос о выборе будущей профессии, к чему я совершенно была не готова.
Глава 3. Выбор профессии
И вот тут оказалось, что у меня нет никакой альтернативы в выборе профессии. Все мои призрачные мечты о таких профессиях как писатель, артист, геолог, археолог и прочее… оставались совершенно бесплодными.
Писателем я мечтала стать с раннего детства. Мне всегда хотелось рассказать о жизни обычной девчонки из сельской местности. К этому меня подталкивали мои записи в дневнике, в которых я описывала свои переживания и размышления на важные для меня темы. Интересно, что в старших классах я стала часто задумываться о необходимости самовоспитания и даже составила список качеств, над которыми мне следовало серьёзно поработать, “чтобы стать хорошим человеком”.
Среди этих качеств мною были выделены следующие: сдержанность, прямота, обдуманность, решительность, серьёзность, честность и другие. А позже я уже нашла в себе множество недостатков, с которыми следовало бороться. Основной упор делала на отсутствии силы воли и выдержки, на преобладании лени, несамостоятельности и неорганизованности. Обо всём этом я подробно рассказывала в своём дневнике и даже определяла пути к исправлению этих недостатков.
Что касается профессии артиста, то, скорее всего это увлечение было связано с моим богатым воображением. Очень часто, оставшись дома одна, я придумывала разные сценки, танцевальные номера, выступления. Переодевшись в красивый наряд, выполняла это всё перед зеркалом и чувствовала себя на вершине славы. Да, кто этим в детстве только не занимался? Возможно, и ты, читатель, вспомнишь подобные истории из далёкого прошлого.
А стать геологом или археологом, по моим представлениям, тоже было очень интересно. Ведь от этих профессий веяло такой романтикой и необыкновенными приключениями. К тому времени у меня появился ещё один любимый школьный предмет после литературы – это история. И я даже представляла себя в роли учёного-археолога, который ездит по всему миру, совершает раскопки и делает великие открытия. Но все мои мечты рассыпались в прах.
«Ты можешь быть только учителем!» – сказала мама, и спорить с ней было совершенно бесполезно. В итоге, я отправилась сначала на летние курсы, а потом сдавать экзамены в пединститут.
Интересно, что я даже не переживала по поводу экзаменов. Если завалю, то целый год буду жить дома. Поступала я с направлением от своего района, поэтому имела определённые льготы. Как оказалось, это мне помогло, и в 1981 году я была зачислена на первый курс пединститута. И теперь мне предстояло за пять лет из замкнутой необщительной девчонки превратиться в профессионального учителя по истории, обществоведению и праву. Задача для меня предстояла очень сложная.
Вспоминая студенчество, хочу поблагодарить своих друзей и сокурсников, с кем свела меня судьба. Никто никогда даже не намекал мне на мою «ущербность», закомплексованность, неловкость. Меня в городской среде воспринимали как равную и вполне добросовестную студентку. Хотя, наверняка, я отличалась своим уровнем образования, внешним видом, манерами поведения, одеждой и прочими деревенскими пережитками. И, конечно же, я по-прежнему стеснялась говорить и с трудом подбирала нужные слова, а мой голос предательски дрожал на семинарах и экзаменах.
Мне довелось жить в студенческом общежитии, что для меня было важно. Я встретила там много замечательных людей, с которыми интересно было общаться. И, наконец – то, я освободилась от излишней опеки со стороны родных, стала более самостоятельной, училась делать собственные шаги и принимать решения. Всё это давалось не просто, иногда набивала себе шишки, и по старой памяти так хотелось «улизнуть» под мамино крылышко. Но гордость не позволяла это сделать.
Самым сложным испытанием для меня стала школьная практика на 4-5 курсах. Нам нужно было давать уроки в присутствии других студентов, методистов, учителей и учащихся в количестве более сорок человек. Это происходило в середине 80-х годов прошлого века, классы были огромные, и страха у меня было в избытке.
Иногда такой бред несла, из головы всё вылетало, так боялась опозориться перед всеми. Но студенческая поддержка помогала преодолеть эти страхи. Постепенно я превращалась в «училку», которой предстояло самой постигать гранит науки и двигаться вперёд. А как это происходило? Расскажу в следующей главе.