Ольга Куранова – Пламя Силаны (страница 206)

Глава 60

***

Она вышла к черной воде. За спиной, разделяя мир на плоскости, стелился белый как перемолотые кости песок, а впереди была темнота.

Вода захлестывала лодыжки и утекала вдаль. Теплая, ласковая, она звала за собой. Крохотными искрами по ней плыли белые цветы, светились мягким теплым светом, будто искры, и гасли где-то там, за чертой.

Вейн стоял рядом с Силаной, смотрел вдаль - без улыбки и без сожалений.

- С этого все началось, - сказал он. - Я посмотрел вдаль и захотел узнать, что там за чертой. Для этого я стал магом.

Воздух вокруг звенел, будто пел, и эта песня тоже звала за собой. - Но я так и не узнал.

- Мы все однажды узнаем, - отозвалась Силана. Слова рождались где-то внутри и таяли в воздухе вместе с дыханием. - Для этого не нужно быть магом.

- Человеческая жизнь такая крохотная, - Вейн улыбнулся. - И такая бессмысленная. Мы живем в переплетении сил. Могущественных сил, которые создают наш мир. И мы закрываем на них глаза, чтобы спать, укутавшись в нормальность. В семью, в деньги, во власть. Во все эти детские игрушки. Посмотрите вдаль. Здесь они не имеют никакого значения. Но именно этот момент определяет всю нашу жизнь.

Он искренне в это верил, и он обрек на смерть тысячи людей. Но Силана больше не могла его ненавидеть.

Сама много раз совершала эту ошибку - когда теряла, когда раз за разом оказывалась слишком слабой, и люди умирали у нее на руках. И момент их смерти затмевал все остальное: кем они были, какой путь они прошли.

- Вы не правы, - сказала Силана. - И вы уже не успеете понять почему.

Он кивнул, усмехнулся:

- Да. Я все же узнаю, что там, за чертой, - он рассмеялся и добавил. - Смешно, я думал, моя магия даст мне самому выбрать. Где и как уходить. Она оказалась слабее, чем я думал.

- Вы сожалеете?

Он покачал головой, потом повернулся к ней всем телом:

- Нет. Я делал, что считал нужным. Жил, как хотел. Я жалею только, что стоял к гладиатору слишком близко, - он улыбнулся ей, беззаботно и ехидно и добавил. - Недооценил. Вас и его.

Силана сглотнула, кивнула:

- Вы считали жизнь мелочной. И смерть обесценили тоже. Иначе бы знали, что ее нельзя избежать.

Вейн фыркнул:

- Обойдемся без ваших мудростей. Вы уйдете вместе со мной.

Черная вода накатывала мягкими волнами, ласкала уставшие ступни. Силана так долго шла, и только там за чертой был отдых.

- Смотрите, - сказал Вейн.

Люди появлялись из воздуха, возникали как видения над белым песком и шли вперед за черту, вода принимала их одного за другим.

Маму, солдат, которые умирали у Силаны на руках. Тех, чьи лица она видела в кошмарах. Всех, кого она потеряла. И множество других, кого она не узнавала, но чувствовала - их убил Вейн. Их мертвые.

Последним шел Рейз. Он шел легко, уверенным пружинящим шагом, и улыбался как мальчишка.

Силана смотрела на него и думала - она никого и никогда не любила так сильно, как его в тот момент. Слезы жгли глаза, и хотелось окликнуть, задержать хоть на мгновение. В последний раз.

Силана молчала.

- Идемте, - добавил Вейн. - Иначе вас ждет лишь боль.

Она зажмурилась, и зов воды стал сильнее. Он обещал так много.

Силана верила. И все равно ответила:

- Нет. Жизнь закончится. Жизнь всех, кого я люблю, и моя тоже. И именно потому так важно прожить ее до конца. Крохотные радости, горе и любовь. Когда придет время, я отнесу их за черту.

Вейн рассмеялся:

- Я буду ждать. Смерть всегда рядом. За каждым углом, в каждой тени - жизнь может прерваться в любой момент.

Он пошел вперед, пошел последним и его силуэт терялся в черноте воды.

Силана отвернулась, сделала первый шаг назад - по белому песку, по перемолотым костям - и шепнула темноте за чертой:

- До встречи.

***

Силану разбудила молитва - тихий, знакомый голос пел слова, и они отзывались внутри, как когда-то давно, еще в детстве, когда она приходила в Храм, и воздух дрожал, до краев наполненный музыкой и чудесами.

Ее укутывало тепло, и ощущение пламени, которое она узнала бы из тысячи.

Силана открыла глаза. Верховная сидела в кресле у ее постели, держала в руках пяльцы и вышивала мерно и спокойно. Свет - непривычно яркий, будто летний - заливал комнату, золотил кончики ее ресниц и седину в волосах.

Силана вспомнила, как много лет тому назад, пришла в Храм - как торопилась, помяла платье, и все равно опоздала. Она чувствовала себя виноватой, стояла на ступенях и боялась зайти внутрь, зная, что ее будут ругать. Верховная вышла к ней сама, держала цветок в пальцах - белоснежную, будто светящуюся изнутри лилию.

Силана краснела, запиналась и путалась в словах, пытаясь объяснить, а Верховная протянула ей лилию и сказала:

"Ничего страшного, Силана. Ты опоздала, так бывает. Идем, другие заждались тебя у алтаря".

Больше Силана ни разу не опаздывала, и годами хранила тот цветок - меж страниц в старой книге преданий, которые любила читать.

- Ты очнулась, - Верховная отложила вышивку, повернулась к Силане. - Хорошо. Я уже начинала волноваться.

"Очнулась, - подумала Силана, и вдруг поняла: она выжила. И на нее накатило вдруг все сразу: боль от потери, беспомощность и несмотря ни на что - облегчение. Она выжила.

Она выжила, а Рейз...

Силана зажмурилась, заставила себя сесть - тело едва слушалось, казалось чужим.

Верховная помогла ей, поправила подушку, чтобы было удобнее.

- Я думала... вы ненавидите меня, - выдавила Силана. Голос звучал тихо и хрипло, и приходилось делать паузы между словами, иначе не хватало сил.

- Я злилась, - спокойно признала Верховная. - Злилась на перемены, которые ты принесла. На все, что случилось с Храмом.

- Тогда... почему вы... здесь?

Верховная взяла с тумбочки прозрачный кувшин, налила воды в кружку и помогла Силане сделать несколько глотков.

- Потому что наступило время отложить злость и жить дальше, - она спокойно отставила кружку, посмотрела Силане в глаза. - Я не могла тебя простить. Именно тебя, больше, чем остальных алых жриц. Когда я отправляла тебя на войну, Силана, я верила, что никакое зло, никакая скверна не смогут тебя коснуться. Что ты как пламя. Я думала, что на войне ты предала Майенн. Но злилась не поэтому. Я думала, что ты предала себя. Но я ошибалась. Ты все еще как пламя.

Силана сжала пальцы, почувствовала, как ногти впились в ладонь:

- Но вы не пошли за мной.

- Твои поступки принесут много горя Храму и другим жрицам. Я в это верю. Что Храм, каким мы его знали, перестанет существовать. Вскоре король обяжет жриц служить короне. Создаст военные отряды. Захочет сделать часть белых жриц сделать алыми. Много столетий мы держались в стороне от королей и власти. Использовали свои связи, свои деньги, чтобы не служить никому кроме Майенн. Это время прошло, - она улыбнулась, кривовато и устало. - Ты поступала правильно, Силана. Когда позвала остальных спасать город, когда призывала принять алых жриц, как белых. Но даже правильные поступки могут все уничтожить.

Силана вспомнила последний миг, когда Рейз убил Вейна, как рассеялось пламя и она увидела. Его тело - алыми лентами насквозь.

- Я знаю.

Верховная помолчала, аккуратно поправила складки на юбке и сказала:

- Но ты ничего не разрушила. Вы с Авророй ушли, но я осталась. Храм будет восстановлен, и в него придут новые послушницы, чтобы найти собственное пламя и собственную веру. Вы с Авророй создадите новый храм. Ты показала всем, что можно по-разному служить Майенн. Так пусть у каждого будет выбор. И мы вместе отпразднуем День Огненной Матери.

Силана почувствовала, как перехватило горло, сдавило в груди, будто обручами.

Два Храма. Два Храма, которые дадут выбор, которые не станут ненавидеть друг друга.