Ольга Кунья – Good offer: какого чёрта (страница 12)

Меня вырвало Кате на хлопковый голубой костюм. Катя округлила глаза, в них в мгновение разгорелся огонь ярости. Она резко встала с кровати, махом снесла всё, что стояло на тумбочке, и кинулась в коридор.

Катя никогда ещё не вела себя так, а значит, что она не шутит по поводу развода. Я еле отыскал капсулу, которую дал мне Кер, чтобы хоть немного успокоить организм, хотя бы на время. Вывернув свой желудок ещё раз, я, наконец, нашёл эту злосчастную зелёную бутылку и отпил несколько глотков. Стало легче. Я спрыгнул с кровати и направился в коридор.

Катя в слезах бегала по дому в одном нижнем белье, закидывая вещи в чемодан.

– Милая моя, успокойся, – говорил я, пытаясь поймать её на ходу, – Давай поговорим.

– Ааа, вот теперь ты хочешь поговорить, – крикнула Катя в ответ, – После всех этих лет, после унижения, после того как ты вытирал об меня ноги, смотрел на меня свысока, не любил, не хотел…

В этот момент Катя остановилась напротив меня и посмотрела на меня глазами, полными разочарования.

– Знаешь, Тим, я лучше промолчу, – с невероятной мудростью в голосе произнесла Катя, – пока я не сделала тебе больно.

– Катя, – я схватил её за предплечья и притянул к себе, теперь уже из моих глаз текли слёзы, – Пожалуйста, говори что хочешь, что тебе вздумается. Я готов услышать всё, только не уходи, умоляю тебя.

Катя замерла. Я видел, как она все ещё смотрит на меня любящим взглядом. В её глазах появился огонёк надежды, она открыла рот, чтобы что-то сказать, но её губы и лицо начали двигаться в ускоренной перемотке, а я начал растворяться в радужной оболочке, отдаляясь от своего тела.

Бум. Спустя несколько минут этого хаоса, пока картинки Кати, квартиры и меня смешивалась с радужным цветом, я оказался в офисе Рафы.

– Какого чёрта, Рафа! Верните меня обратно, – со всей злостью, которая только у меня была, произнёс я, – Вы не можете просто так вытаскивать меня из…

– Ты что, плачешь? – спросила Рафа, но, не дожидаясь ответа, продолжила, – Сможешь поплакать и поговорить с Катей, когда вернёшься с работы. И Тим, поставь себе уведомление для работы, чтобы не опаздывать. Сегодня штрафа не будет, но только потому, что ты мне сильно нравишься. Если разведётесь с Катей, я открыта к отношениям.

Мои глаза округлились, а брови невольно поползли вверх. Я хотел было сказать Рафе, что её поведение, как начальника неприемлемо, но в моей голове внезапно всплыла информация про штраф в два процента от зарплаты за опоздание на работу. А также я уже знал про штрафы за «возражения начальству, если они сочтут их раздражающими», «некорректное обращение с клиентами», «употребление домашней еды и любой еды с твоей планеты без специального разрешения», «за лизание конечностей в общественных местах», «за слишком долгие споры без результата», «за засорение ореолов своими мыслями», «за высказывание идей вне твоей зоны ответственности и компетенций, если не спрашивают», да вообще за всё, что могло бы быть хоть кому-то неудобно. И это я ещё не говорю про штрафы за общение с отдельными расами в принципе или за общение не в том тоне.

– Вытри слёзы, – сказала Рафа, – На вашей планете мужские особи не должны плакать. Салмон ждёт тебя, группа почти прибыла. Ты подготовил тур в Порто?

– Нет, – ответил я, – Я даже не знал…

– Разве я не сказала вчера?

– Нет.

– В таком случае импровизируй, – Рафа помахала длиннющими пальцами, выгоняя меня из кабинета, – Иди уже.

Я направился в сторону двери, вытирая глаза руками и думая о том, что говорила мне Катя несколько секунд назад. Если быть честным, я даже немного порадовался, что у меня появилось время, а значит, появилась возможность продумать стратегию разговора.

– Тим, – крикнула Рафа вдогонку.

– Что? – сказал я с раздражением, как подросток, и обернулся, но в ту же секунду вспомнил про штрафы и утихомирил пыл.

– Как ты должен выходить? – с не меньшим раздражением сказала Рафа.

Я не стал ничего отвечать. Я лишь представил Салмона, чтобы оказаться рядом с ним, подальше от этого кабинета.

– Какого чёрта? – девчачьим голосом закричал Салмон, который в этот раз стоял посреди маленького бассейна с серебристой жидкостью.

– Почему ты все ещё кот? – спросил я.

– Почему ты оказался без разрешения в моём туалете? – возмущённо ответил Салмон.

Я ещё раз огляделся. Мне нравились моменты, когда я понимал происходящее вокруг, но мне не очень нравилось, что я понимал это, слишком поздно. Именно поэтому я стоял сейчас посреди туалета, в котором Салмон испражнялся в контейнер для очистки лимфы, очень похожий на бассейн. Это отличительная черта ворберсов – они ходят в туалет раз в неделю, это занимает не более получаса, но они полностью очищают свой организм от токсинов.

– Салмон, извини, – сказал я.

– Ничего страшного, – ответил Салмон, – я вычту процент, когда выйду.

– Не надо, – разочарованно сказал я, – только ты, пожалуйста, не доставляй мне сегодня проблем. И вообще, если за каждый чих списывать зарплату, то я буду работать в убыток.

– Рави так работал первое время, – сказал Салмон, игнорируя мою просьбу, – но не очень долго, через две недели он уже начал получать зарплату, а вот Алиса очень милая, она такая хорошая, почти не допускала ошибок.

Пока Салмон говорил про Алису, в его глазах начали крутиться гипнотические иллюзии.

– Что с тобой происходит? – спросил я, не зная ответа на этот вопрос, его почему-то не было в моей голове.

– Я влюблён в Алису, – ответил Салмон, – Разве не понятно?

Разговоры про Алису однозначно вызывали у меня интерес. Вопросов было больше чем ответов. Кто она? Откуда? Что такого она сделала, что её отстранили от работы? И почему обнулили ее социальный аккаунт в Amnesi?

В целом, в межгалактическом офисе мой мозг соображал гораздо лучше, особенно сегодня, да и желудок уже не крутило. А когда моя голова работает на полную, мне всегда приходят гениальные идеи.

– Салмон, у меня есть к тебе деловое предложение, – начал было я и невольно улыбнулся своей хитрой улыбкой, – Что, если ты поможешь мне освоиться в этом офисе, избежать штрафов, а я расскажу тебе, как подкатить к Алисе?

– Зачем мне к ней подкатывать? – Салмон вытаращил на меня свои глаза, – Разве я не могу к ней просто подойти?

– Это мы на Земле так говорим, – добавил я, понимая, что реализация моего плана будет не самой простой, – Я имею в виду, что я расскажу тебе, как понравится Алисе.

– Ты правда это сделаешь? – Салмон посмотрел на меня с восторгом и подплыл чуть ближе.

– Да, я знаю несколько секретов общения с женщинами.

– Тогда идём, – ответил Салмон и вылез из контейнера.

Серебристая лимфа продолжала стекать с его кошачьей шерсти на пол.

– Куда? – недоумевая спросил я, – Ты же ещё не закончил процесс.

– К нашей группе туристов. Я записал тебя гидом, хотел тебя подставить совсем немного, чтобы ты опоздал и провел ужасную экскурсию, потому что ничего не знаешь. Но, так как сейчас у нас с тобой есть договор, я должен тебе помочь.

– Но почему? – ответил я, – Разве я сделал тебе что-то плохое?

– Ты должен был сделать первый клик в Amnesi вместе со мной, а не с Кером. А ещё, Рафа раньше любил меня, а теперь тебя, он даже не стал менять свой облик. И вообще, Земля очень популярна для инопланетных туров, у тебя есть больше знаний, а значит, больше преимуществ стать сотрудником года в нашей компании.

– Но нас всего два менеджера, – ухмыльнулся я.

– Вот именно, – Салмон посмотрел на меня более доброжелательно, – Но сейчас нет причин воевать с тобой. Я готов отдать своё звание лучшего менеджера за Алису.

Я закатил глаза и последовал за Салмоном, который направлялся в окологалактический коридор, оставляя за собой серебряный след.

Мы прошли несколько ореолов, прежде чем оказаться на месте. Салмон не мог телепортироваться, потому что процесс очищения ещё не был завершён, а это и без телепортаций весьма болезненный процесс.

В маленькой водяной комнате нас ждала семья из четырёх риголей. Старший риголь был похож на потомка слизней и тираннозавра, но с пушистой желтой головой. Рядом с ним стояли три маленьких копии, раза в два меньше, чем их родитель.

Как только они нас увидели, они начали гоготать как гуси. Это меня немного испугало и ввело в ступор. Я знал, что они так радуются, но, во-первых, в реальности это выглядит жутко, так как в процессе гоготания из их головы вываливается пять или шесть языков, а, во-вторых, я не видел ни одной причины так радоваться, по крайней мере, пока Салмон не начал их успокаивать.

– Так, всё, тихо, – сказал Салмон, собирая риголей детей вместе, – Тимоти будет сегодня вашим гидом, это правда.

– Салмон, – тихо спросил я, дёргая Салмона за хвост, что ему однозначно не понравилось, – Почему я их не понимаю?

– Их никто не понимает, – сказал Салмон, – они же ещё дети. Нужно просто предполагать по их поведению. А судя по тому, что они уже наделали десятки кликов с тобой, они рады именно твоему появлению.

– И я очень рад, – сказал старший риголь, протягивая мне маленькую лапку тираннозавра, – Я Сфукуфс.

– Тимоти, – я протянул руку в ответ, но Салмон тут же стукнул меня по руке, останавливая меня от прикосновения к риголю.

– Извините, Сфукуфс, у Тимоти ещё нет иммунитета.

– Да, да, конечно, – ответил старший риголь и отошёл неуклюжими движениями подальше от меня.