Ольга Куно – Шпионка в графском замке (страница 44)

– Мы идём в мои покои, – ответил на вопрос Раймонд. – Там ты будешь в безопасности. Альберт, потом позовёшь горничную, пусть перестелет постели. Ты переберёшься к ребятам, а Дениза останется в той комнате, в которой ночевал ты.

Альберт неуверенно взглянул на меня, затем перевёл взгляд на эрла.

– Но, господин, будет ли это удобно… Ведь моя комната расположена прямо рядом с вашей. Это может скомпрометировать Денизу. Даст повод для сплетен.

– Ну вот и спроси её, что она предпочитает: сплетни или пытки, – невозмутимо отозвался Раймонд.

– Ничего не имею против сплетен, – быстро постановила я.

– Не сомневался в твоём благоразумии, – хмыкнул эрл. – Не бойся: твоей чести ничто не угрожает.

– Да я как-то особенно и не боялась, – откликнулась я, запоздало осознавая, что мой ответ мог прозвучать несколько двусмысленно.

– Вот и хорошо, – кивнул Раймонд, и его слова можно было воспринять столь же двояко.

Мы благополучно добрались до покоев Раймонда и прошли внутрь. В распоряжение эрла были предоставлены три сообщающиеся комнаты. Одна, самая большая, хорошо обставленная, предназначалась для Раймонда, следующая – для его оруженосца, а в последней расположили двоих воинов эрла, Винсента и Армана. В результате задуманной Раймондом рокировки меня поселили теперь в комнате Альберта, а беднягу оруженосца переправили в компанию охранников. Таким образом, я оказалась под максимально надёжной защитой.

– Твои вещи принесут сюда, – сказал мне эрл, прежде чем уйти. – Здесь тебя никто не тронет. На первых порах тебе будет лучше никуда не выходить. Пока я не поговорю с маркизом и не разберусь с этим ничтожеством.

Можешь быть спокоен, мрачно думала я, глядя удаляющемуся эрлу в спину. С этим ничтожеством я разберусь гораздо раньше. И намного более радикально.

Большую часть времени я действительно провела на своём новом месте, то занимаясь самолечением (мышцы необходимо было привести в более трудоспособное состояние), то болтая о том о сём с ребятами из соседней комнаты. Все они одновременно эрла не сопровождали, кто-то всегда оставался на месте. Моё физическое состояние улучшилось очень быстро. Следует отметить, что иммунитет к магическому воздействию распространяется на разрушение, но не на целительство. Функция такого иммунитета состоит в том, чтобы обезопасить Одарённого в случае нападения, но он никак не препятствует вмешательству искр, восстанавливающих организм.

Один раз за день я всё-таки ослушалась Раймонда и вышла из его покоев, равно как и из дворца. Оказавшись за воротами, быстро сориентировалась и отправилась в мастерскую сапожника.

Висящая над входом табличка с изображением сапога недвусмысленно свидетельствовала о роде занятий хозяина. Я толкнула обшарпанную дверь, и подвешенный под потолком колокольчик бойко возвестил сапожника о прибытии клиента. Внутри приятно пахло кожей. Дожидаясь хозяина, я огляделась. Справа – простой, но очень длинный стол и скамья, слева – многочисленные полки. На столе – несколько инструментов, на полках, да и на полу – всевозможные башмаки, сапоги, туфли, куски кожи, шнурки и застёжки.

– Что будет угодно госпоже? – с улыбкой обратился ко мне худой мужчина лет сорока с широкими скулами и глубоко посаженными глазами.

– Вы можете починить левансийские кожаные сапожки? – спросила я. – Я купила их всего полгода назад, жалко выбрасывать.

– Сделаю всё, что в моих силах, – откликнулся мастер. – Но сначала мне нужно на них взглянуть. Надеюсь, они у вас с собой?

– Разумеется. Зачем бы иначе я пришла к сапожнику? Просто познакомиться?

– Проходите. – Хозяин лавки обошёл свой рабочий стол и открыл дверь, ведущую в жилые комнаты. – Гюстав Гратин, к вашим услугам.

– Дениза.

– Я наслышан о ваших лесных приключениях. Рад, что всё закончилось благополучно.

Я кивнула.

– Признаться, о лесных приключениях я уже успела забыть. Он здесь?

– Да. Со вчерашнего вечера.

– Отлично.

Мы пересекли кухню, и сапожник открыл очередную дверь, ведущую на сей раз в спальню. Тео встретил нас на пороге. Напарнику, в отличие от местного агента, хватило одного взгляда, чтобы уловить моё настроение.

– Что стряслось? – нахмурился он, отступая назад, чтобы дать нам возможность пройти, а затем придвигая мне стул.

Хозяин прикрыл дверь и присоединился к нам.

– Что стряслось? – переспросила я, склонив голову набок. – Помнится, кто-то обещал прикрывать меня от охотников на Одарённых. Или это мне приснилось?

– Обещал, – не стал отнекиваться Тео. – Но я ещё не успел пробраться во дворец. По моей информации, в этом отношении всё должно было быть спокойно. Что могло произойти так скоро?

Я лаконично, без лишних наречий и эпитетов, уведомила коллег о том, что произошло в первой половине дня. По мере того, как я рассказывала, у Тео глаза полезли на лоб. Под конец он отошёл к окну и, отдёрнув занавеску, выглянул на улицу.

– Что с ним сделать? – глухо спросил он, не поворачиваясь.

– Убрать, – жёстко ответила я. – Займётесь? Или мне сделать это самой?

– Займёмся, не тревожьтесь, – заверил меня сапожник.

– Я сам, – отрезал Тео, возвращаясь к своему стулу. Садиться он не спешил, остался стоять, опираясь руками о спинку. – Я виноват, Дениза. Прости. Мне сообщили о том, что Одарённых во дворце нет. А о таком повороте я просто-напросто не подумал.

– Я тоже не подумала о таком повороте, – развела руками я, принимая извинения. – Мы не можем предусмотреть всего, хотя и пытаемся. Этот инквизитор не имеет отношения к исчезновению интересующих нас девушек. Во всяком случае, так он мне сказал, и у него не было причин лгать. Да и далековато мы забрались от замка. Так что к нашему делу он касательства не имеет. Но приговор вынесен и обжалованию не подлежит.

– Не вижу здесь желающих его обжаловать, – мрачно заметил Тео. – Сегодня вечером будь в своей комнате. Никуда не выходи и позаботься о том, чтобы твои соседи знали, что ты на месте. Словом, обеспечь себе надёжное алиби.

– Я, пожалуй, пойду заварю нам всем чаю, – сказал Гюстав, направляясь в соседнее помещение.

Когда за ним закрылась дверь, Тео подошёл ко мне, наклонился и крепко обнял. Больше уже не сердясь – как ни крути, а напарник действительно не Бог, – я ответила ему тем же, ненадолго позволив себе просто расслабиться.

Через пару минут хозяин вернулся, неся на подносе три кружки с чаем.

– Дениза, – обратился он ко мне, – простите, если проявляю бестактность, но, может, вам нужны какие-нибудь лекарства?

– Какие лекарства? – нахмурилась я. – Всё, что нужно, у меня всегда с собой.

– Я имел в виду нечто другое. Возможно, что-нибудь успокоительное? – Увидев, как мои брови поползли вверх, а лицо начало принимать возмущённое выражение, он торопливо стал извиняться: – Не обижайтесь. Я вовсе не намекал на то, что работа агентом – не женское дело, – проницательно заметил он. – Но многие из знакомых мне мужчин долго не могли бы прийти в себя после подобного.

– Ладно, согласна на успокоительное, – сменила я гнев на милость. – Принесите мне в качестве успокоительного голову этого инквизитора. Я поставлю её у себя в комнате на полку на самом видном месте. Буду просыпаться среди ночи, смотреть на неё и успокаиваться.

Тео поперхнулся чаем.

– Что такое? – заботливо спросила я.

– Ничего, просто представил себе, как успокоится Раймонд, когда войдёт в твою комнату и увидит там эдакое украшение.

– А нечего заходить в комнату к одиноким темпераментным женщинам, если не имеешь крепкие нервы, – отрезала я. – И вообще, не трогай Раймонда. Мне казалось, ещё немного, и он заживо сдерёт кожу с этого ублюдка.

– Да, – задумчиво произнёс Тео, – предполагаю, что после сегодняшнего герцог простит Ковентеджу его прошлые грехи. Хотя бы отчасти.

– Я не знаю, что решит в этой связи герцог, – отозвалась я, – но что до меня, так эти грехи никогда не казались мне такими уж серьёзными.

Мы разбежались приблизительно через полчаса, предварительно обсудив некоторые детали предстоящей совместной работы. Остаток дня я провела, безвылазно сидя в своей новой комнате.

Эрл не возвращался до позднего вечера. А вот виконт один раз заскочил на несколько минут, причём, кажется, исключительно затем, чтобы меня проведать. Когда он вошёл, я сидела на кровати. Он взял стул и сел напротив меня.

– Как ты? – спросил Родриг, заглядывая мне в глаза.

Я слабо улыбнулась.

– Можно я не буду говорить, что хорошо?

– Не говори. Я не люблю, когда мне лгут.

– Все люди лгут, – заметила я. – По миллиону причин. Иногда ложь бывает оправдана.

– Знаю, – кивнул он, глядя на меня очень внимательно. – Но всё равно не люблю.

Я улыбнулась немного шире.

– Раймонд разговаривал с маркизом, – продолжил Родриг. – Я присутствовал. Раймонд высказал свои претензии в достаточно резкой форме. Я бы сказал, слишком резкой. Маркиз отнёсся к ситуации с пониманием, божится, что инцидент произошёл без его ведома, и обещает со всей строгостью наказать виновных.

Настала моя очередь внимательно посмотреть ему в глаза.

– Вы верите, что виновный будет наказан?

– Скоро увидим, – уклончиво ответил виконт. – Раймонд правильно сделал, что переправил тебя сюда. Не думаю, что сейчас кто-нибудь решится дотронуться до тебя хоть пальцем, но лучше не испытывать судьбу. Сегодня и завтра посиди здесь, а за это время, полагаю, все вопросы будут улажены.