Ольга Кунавина – Сумеречный гость (страница 4)

Варя внимательно посмотрела на своего собеседника.

– Дом должен обязательно подходить его душевному складу, – сказала она, – внутреннему настроению. Они должны ладить друг с другом, иначе этот человек будет несчастен, даже если у его нового жилища богатая и интересная история.

Она обвела комнату взглядом.

– Как-то непривычно видеть вокруг себя пустые полки. С книгами любая комната всегда смотрится намного уютнее.

– А что насчёт электронных?

– Электронные книги не люблю, – призналась Варя. – Мне больше по душе бумажные.

Архитектор налил в бокал вина и подал ей:

– Тогда за книгу! За старую добрую бумажную книгу!

– За неё! – кивнула Варя и коснулась своим бокалом бокала своего собеседника. Раздался лёгкий звон.

Вдруг внизу послышались голоса, и вскоре на лестнице показались Роман с Ксенией. Пара крепко держалась за руки.

– Простите! – кокетливо воскликнула девушка. – Мы думали, здесь никого нет.

– Вы нам не помешали, – улыбнулся архитектор. – Хотите вина? Между прочим, весьма достойное вино: четыре сорта винограда и восьмилетняя выдержка. – Он показал на бутылку.

– Нет, нет, мы не пьём спиртного, – опять закокетничала девушка.

– В кухне есть клубничное варенье, – сказала Варя.

– Обожаю клубничное варенье, – ёрничая, произнёс племянник Нонны.

Парочка направилась назад к лестнице.

– Занятный молодой человек, – отметил архитектор.

«Только очень боится сделать ошибку, – подумала Варя. – Интересно, откуда в нём этот страх?»

– Между прочим, он своей девушке предложение сделал в автобусе и на видео записал, а потом выложил в Интернет.

– Зачем? – удивилась Варя.

– Зачем записал или зачем выложил в Интернет?

– И то и другое.

Архитектор пожал плечами.

– Может быть, не уверен в своей памяти, – предположил он.

«Или в девушке», – подумала Варя.

Внизу раздался грохот, затем послышался крик Ксении. Архитектор и Варя поспешили вниз.

– Как званый вечер? – поинтересовалась Анна Ильинична. – Что делали? О чём говорили?

– Пили вино восьмилетней выдержки и говорили о свахах, – ответила Варя.

Анна Ильинична бросила на племянницу недоверчивый взгляд.

– Честное слово, – сказала Варя, – ни капельки не лгу. Свахи скоро будут не нужны.

– Тоже мне удивила, – усмехнулась Анна Ильинична. – В деревне и так уже давно молодёжи мало, так что и сватать скоро будет некого. Ну, если только в городе, да ведь у вас там теперь всё по-иностранному. Даже нечисть и то не наша. – Она внимательно посмотрела на племянницу: – Что-то ты какая-то не такая.

– Правда? – удивилась Варя и подошла к зеркалу, висевшему в простенке между окнами.

Глядя на себя, она снова вспомнила, как они с архитектором бросились вниз, услышав голос Ксении, звавшей на помощь. Оказалось, молодые люди, обнаружив под лестницей картину с женщиной, идущей под дождём, решили повесить полотно на стену. Но сделали это весьма неудачно, так как Роман непрочно установил стремянку и упал с неё вместе с картиной. Когда ему помогли подняться, выяснилось, что он не может ступить на ногу. Архитектор повёз Романа и Ксению в город, в ближайший травматологический пункт. «Жаль, что наше общение так внезапно закончилось», – вздохнула она.

– Что с тобой? – удивлённо произнесла Анна Ильинична.

– Со мной? Ничего, – ответила Варя и отошла от зеркала.

Глава 2

Спустя две недели Варю вызвала к себе в кабинет директор языковой школы Завадская.

– Варвара Владимировна, не возьмёте ли вы себе новую ученицу? – спросила она, предложив Варе сесть.

Варя удивлённо посмотрела на Завадскую: французским индивидуально с учениками занимались только два педагога, работавшие в школе уже много лет. Индивидуальное занятие стоило в два раза дороже, чем занятие в группе, да и сама работа с отдельным учеником не так утомительна.

– Это особенная ученица, – сказала Завадская. – Дочь бизнесмена Зотова. Ей двенадцать лет. Она учится в частной школе, но родители недовольны её уровнем знания французского языка и поэтому обратились в нашу школу. Заниматься с ней вам придётся два раза в неделю: по вторникам и пятницам. Начало занятий – десять…

– Дина Васильевна, а почему вы не предложили поработать с ней другим учителям? – перебила Завадскую Варя.

– Я им предложила, но они в силу своего возраста уже не всегда хорошо переносят поездки за город. Дело в том, что семья живёт в поместье. Вы будете доезжать на автобусе до поворота на Молоканово, а там вас будет ждать машина Зотовых и отвозить в поместье. Назад, к обратному рейсу, вас тоже будет доставлять шофёр.

– Зотовым нужен педагог только на летние каникулы?

– Пока мы обговорили с ними этот период времени.

Варя нерешительно посмотрела на Завадскую.

– Боитесь, что моё предложение с подвохом? – улыбнулась Завадская и покачала головой: – Родители заверили меня, что с их дочерью проблем не будет. Да, семья, конечно, очень богатая, но ребёнок воспитывается по строгим правилам.

– Что ж, посмотрим, – ответила Варя, вставая из-за стола.

– Замечательно, – обрадовалась Завадская, – завтра вторник, они будут вас ждать.

Поместье, в которое на следующий день направилась Варя, когда-то принадлежало князьям Бряцаловым. Оно было выкуплено бизнесменом Зотовым почти в полуразрушенном состоянии и тщательно отреставрировано.

Варя сошла на повороте и увидела, что её уже ждёт большой внедорожник. Когда машина проехала через подъездные ворота, Варя поразилась великолепию поместья, занимавшего не один гектар. Кроме главного дома и нескольких флигелей, в него также входили парк, теннисный корт, бассейн и конюшня. В поместье была даже церковь. Усадебный дом представлял собой двухэтажный классический особняк с шестью белыми колоннами, украшавшими парадный вход. В огромном вестибюле, куда Варю привела горничная и где она дожидалась прихода хозяйки поместья, поражали своей красотой лестница из розового мрамора, гранитный пол и люстра, напоминавшая хрустальный дождик.

Марианна Зотова, мать её новой ученицы, предстала перед Варей в длинном белом облегающем платье с вышивкой по подолу, своим фасоном напоминавшем одежду, которую носили женщины в европейском Средневековье. Платиновые волосы Марианны были распущены до пояса, а голову украшал широкий золотой обруч.

Сопровождала хозяйку другая горничная, не та, что встретила Варю у входа, но одетая в такое же форменное платье коричневого цвета, совершенно не подходившее её фигуре. Варя подумала, что уродливая одежда прислуги пошита не без умысла, с целью выгодно оттенить наряд хозяйки поместья.

– Я посмотрела ваше портфолио, которое прислала Дина Васильевна. Не скрою, эти документы мне показались не слишком убедительными. Мы бы предпочли, конечно, чтобы преподаватель был носителем языка, но вынуждены согласиться на вашу кандидатуру, потому что вы два раза были во Франции по программе обмена. И всё же через месяц я устрою экзамен и проверю, чему вы за это время научите мою дочь.

– Вы знаете французский язык? – удивилась Варя.

– Нет. Я приглашу профессора, который его знает. А сейчас вас проводят в комнату Изольды.

Кивнув повелительно, Зотова покинула вестибюль, а Варя стала подниматься по лестнице вслед за горничной, разглядывая изящную лепнину на стенах. Комната её новой ученицы потрясала своими размерами, как и весь дом. В ней было шесть окон и кровать с пологом. Дочь бизнесмена оказалась худенькой девочкой с болезненным выражением лица. Все дни недели у неё были расписаны. К ней приезжали учителя музыки и рисования, а также тренеры по теннису и верховой езде. Лишь воскресенья были отданы встречам с подругами, дочерями таких же, как Зотов, бизнесменов.

– Но мой папа в нашем городе богаче всех, – сразу же уточнила Изольда. – А мама всё время учится на разных курсах. У неё уже столько сертификатов и дипломов! Она их почти каждый месяц получает.

Такому трудолюбию можно было только позавидовать. Но способности мам не всегда в той же мере передаются детям.

Варина новая ученица очень быстро утомлялась, её внимание было трудно удержать больше десяти минут. Варя сразу поняла, что девочке не хватает общения. Ей, несомненно, хотелось, чтобы её выслушали, а в доме, кроме прислуги, с которой Изольде было запрещено вступать в какие-либо беседы, разговаривать было не с кем, ведь Марианна была очень занята.

– Мама берёт уроки вокала, к ней приезжают учителя из консерватории, – сообщила Изольда, когда во время занятия снизу до них донеслись звуки пения. – Папа подарил ей белый рояль. Он стоит в Музыкальной гостиной. Мама готовится к сольному концерту и разучивает разные романсы и арии.

Прозанимавшись с Изольдой ровно час, Варя направилась к лестнице, которая вела вниз, и неожиданно увидела стоявших у её подножия Марианну и двух мужчин: один из них, невысокого роста, холёный, лет шестидесяти, был ей незнаком, а во втором она узнала архитектора, с которым познакомилась на даче Нонны.

– Это наша новая преподавательница французского языка, – произнесла Марианна, когда Варя спустилась, а затем обратилась к ней: – Шофёр уже ждёт вас.

Варя вышла через парадный вход и увидела у крыльца машину. Шофёр привёз её к остановке, где никого не было, и оставил дожидаться автобуса. Однако прежде автобуса к остановке подъехала машина. Стекло опустилось, и Варя увидела сидящего за рулём архитектора. Он наклонился и открыл ей дверцу: