Ольга Кравченко – Я с планеты Земля (страница 8)

– Оставил бы если мог.

У меня от такой неслыханной наглости перехватило дыхание.

– Надеюсь вы не расстроитесь если ваш жених… случайно… ну… например, сломает ногу или попадет в аварию… – он выжидал… – Не хотите до дна? – Отсалютовав мне полупустым бокалом. – Пригубите еще раз Тасаранского вина. Не правда ли, оно замечательное. А вы знали, что хорошее выдержанное сухое вино пьется более приятно, имеет богатый вкус и аромат. Выдержка проводится в бочках и длится от нескольких месяцев до десятков лет.

– Мне кажется достаточно! – выпалила я.

– А давайте я буду решать, когда будет достаточно!

– Я вас ненавижу, вы эгоистичный самовлюбленный тиран, который не ведает, что такое сострадание к людям. Теперь, я понимаю всех тех, кто мечтает о вашей скорейшей смерти. Я думала, что люди меняются, но такие как вы с годами становятся еще хуже. И я присоединюсь к тем, кто спит и видит вашу смерть.

– Если выдастся шанс, вы предадите меня, не задумываясь? – правитель внезапно задал мне вопрос, глядя в мои глаза.

– Не задумываясь! – я подняла взгляд и уперлась в сидящего правителя.

От злости он согнул в руке вилку.

– На сегодня вы свободны, майор, камердинер покажет вам вашу комнату, – мне показалось или в его взгляде проскользнула какая—то всемирная грусть.

Думаю, показалось, такие как он не нуждаются в сочувствие и сострадании.

Хлопнув дверью, я вышла из столовой и не успела про материться тут же словно из стены появился камердинер.

– Прошу следуйте за мной, майор.

Ничего не оставалось как проследовать за ним. К нам сразу присоединились уже не четыре, а два амбала в черных костюмах. И снова меня под конвоем повели… но уже в свою комнату.

Несмотря на внешнее сходство со старинными замками, внутри все блистало изящной отделкой. Развешанные на стенах старинные картины и гобелены мягко обволакивало сияние тысячи ламп, торчавших из причудливых канделябров. Мы шли по широкой лестнице, устланной пурпурной ковровой дорожкой, Я не переставала восхищаться великолепием этого места. Скрип массивной двери, гулкое эхо шагов… заставили меня обернуться, холодок пробежал по спине. Запутанные длинные и пустынные коридоры, наводили ужас, главное не заблудиться.

Так мы и дошли до моей будущей опочивальни.

– Ужин подадут в семь, – на всякий случай предупредил меня камердинер.

– Постойте… – камердинер не довольно на меня посмотрел, будто я отрываю его от важного дела. – А тут водятся приведения?!

– Не могу знать, – и так же исчез как появился. Два здоровых мужика остались возле моей двери, охранять. Только не понятно от кого: то ли меня от правителя то ли его от меня.

– А вам тут не страшно стоять? – мужики продолжала молчать будто набрали в рот воды. – Ну ладно…

Я вошла в комнату и остановилась, спальня была очень просторной с двумя большими окнами. Тут можно было разместить на ночлег мой отряд.

Огромная кровать с воздушным балдахином, платяной шкаф и еще книжный, но полки его были почти пусты, стояла пара книг, статуэтка и вазочка без цветов. Возле окна, стоял письменный стол.

Но не это привлекло мое внимание, а широкий подоконник, тянувшийся под окном. На нем валялось много подушечек. Будет здорово посидеть, вытянув ноги, и полюбоваться открывающимся из окна видом. А благодаря тому, что замок находился на возвышении, вид был обалденный. Виден был сад, с узкими тропинками, чуть дальше виднелась беседка с белыми колоннами и золотистой крышей, а еще дальше начиналась аллея с деревьями.

Скинув мундир на стул, около стала, прошлась по комнате, и нашла притаившуюся за кроватью дверь в ванную комнату.

Дверь запиралась изнутри. Повернув замок, сняла с себя штаны и белье, не боясь, что кто-то внезапно может войти. Поразительно, какие мелочи начинаешь ценить, попадая в совершенно другую ситуацию. Раньше меня это не смущало.

Под душем я стояла долго, жесткие струи воды, падали на голову и стекая по телу, немного проясняли сознание. Последние часы, проведенные наедине с правителем, довели мою нервную систему до отчаяния.

Выйдя из ванной, забралась на широкий подоконник, подложила под спину пару подушек и прислонилась к стене продолжая сушить полотенцем волосы. Сегодня день был очень солнечным и жарким, поэтому открыла окно. Вечером воздух оставался достаточно теплым. В комнату ворвалось пение птиц и запах цветов. Я смотрела на скрывающийся в вечерних сумерках сад и в голове закрутились воспоминания о Лукасе. Его голос, шепчущий мне о любви. Нежные прикосновения губами к моему телу. Я скучала по нему. От размышлений меня отвлек стук в дверь, горничная пришла сообщить, что правитель ждет.

Молодая девушка подала мне мундир.

– Спасибо. Но в следующий раз не нужно этого делать.

– Простите мисс майор, если чем—то вас обидела, – она склонила голову и тут же смутилась.

– Нет. Ты меня не обидела, – я подошла к девушке и прикоснулась к ее руке. – Как тебя зовут?

– Милли мисс майор.

– А меня Аврора. Послушай Милли, я не привыкла чтоб меня одевали и подавали одежду.

– Я поняла вас мисс майор, – присев в книксене.

– И прекрати так меня называть. Для тебя я Аврора. Договорились? – я улыбнулась девушке и заверила, что все в порядке.

– Хорошо, – ответила она тихим голосом.

Девушка была очень худая с белой как снег кожей и темно синими волосами, завязанными в тугой пучок на затылке.  Серая форма придавала ей еще больше печальности. Девушка казалась мне хрупкой, безобидной. Но стоит только дотронуться до нее как рассыпется.

– Тогда прошу, поторопитесь, правитель вас ожидает! – поторопила она меня.

Что за спешка, не парад же. Застегнув все до одной пуговице на мундире мы вышли из комнаты. Мужики по—прежнему стояли возле дверей. Охраняли.

Милли провела меня по коридору, указав на дверь.

– Нам сюда, – постучала, дождалась, когда ответят. – Идите. – Девушка моментально умчалась только пятки сверкали в полутемном коридоре.

Я толкнула огромную дверь с бронзовой ручкой переступив порог.

В спальне, царил полумрак, стены были обиты темно красным атласом с золотыми узорами, жарко пылал камин, блики огня отражались на старинной мебели. Играла негромкая, но грустная музыка и пахло пряностями.

– Кхм… – привлекла внимание правителя к своей персоне. Но в комнате никого не оказалось. Из ванной доносился звук льющейся воды. Я подошла к окну и задумчиво посмотрела на кактус, стоявший в горшочке на подоконнике.

Вскоре вода перестала литься, послышался шорох открываемой двери.

Я резко развернулась. На меня снова напал ступор. Легкая улыбка тронула его губы. По его мускулистому, смуглому телу стекали капельки воды. Фух… благо его достоинство скрывало полотенце, обернутое вокруг бедер. Не хочется как—то ночью мучиться от кошмаров, после увиденного.

– Вызывали, сир, – как же было снова унизительно говорить это и склонять перед ним голову. Всеми фибрами души чувствовала, как он радуется моему повиновению. Нужно немножко потерпеть, может кто-нибудь тебя случайно убьет, а я не замечу.

– Да, майор. Ужин отменяется… – проходя по комнате босиком к шкафу.

У его дверей он вдруг замер, покосился на меня, лукаво улыбнулся и потянул за край полотенца. Я вдруг неожиданно осознала, что он собирается сделать. Крутанулась вокруг своей оси так стремительно, что едва не потеряла равновесие.

Услышав за спиной шуршание одеждой, испытала непривычное волнение.

– Через час мне нужно быть в совете.

– А как же ужин? – поинтересовалась я, слегка повернула голову, но не решаясь оглянуться через плечо.

– Мы можем заехать в ресторан. Нет, я, конечно, люблю стряпню моего повара, но мне так давно хочется большой сочный бутерброд с мясом! Кстати, вам стоит попробовать!

– Я не уверена, что это хорошая идея.

– Лучше помогите, – я сама не заметила, как повернулась лицом к правителю и замерла. Мужчина подошел ко мне и протянул руку с расстегнутым манжетам. Он уже был в брюках, и рубашки, но ногах красовались идеально отполированные черные ботинки. – Ну же, – я принялась за пуговицы медленно, но, верно, расправляясь с каждой.

Мне показалось, будто правитель собирался с какими—то важными мыслями, а потом заговорил.

– Давайте договоримся. Предлагаю я, а вам не обязательно соглашаться. Ведь вы следуете за мной словно тень. И смотрите чтоб меня никто не убил пока я буду есть свой бутерброд!

Правитель опустил голову, проверяя, все ли пуговицы застегнуты на рубашке.

– Да, мой правитель, – аж в глазах зарябило от напряжения.

– Отлично. Тогда идем.

Повернулся и размашисто зашагал по коридору, к лестнице. Я двинулась за ним.

Застегивая на ходу золотистые пуговицы черного мундира, сидящего на нем как на фотомодели. Лицо стало отчего—то мрачным и сосредоточенным, а спина прямой как палка. Я решила не приближаться к своему подопечному. Береженого Бог бережет.

Едва мы вышли на крыльцо с переднего сиденья выскочил водитель, и открыл заднюю дверцу автомобиля. Я забралась в салон, а правитель обошел, водитель открыл ему дверь с другой стороны. Правитель сел рядом, а я чуть не умерла. Плечи правителя оказались слишком широки. Они коснулись меня. Так близко… Чтобы не касаться друг друга я ближе придвинулась к двери. Он проигнорировал мой поступок. Словно моя близость его не волновала. Я сняла фуражку и провела влажной ладошкой по волосам зачесывая их назад.