Ольга Которова – Убийство по сказкам (страница 5)

– Мила Васильевна, а вы вовремя. – Мужчина выпрямился и, подхватив журнал, протянул его дежурному, отдавая следом ручку, которой писал.

– Пройдемте ко мне в кабинет.

Ардо ничего не оставалось, как только согласно кивнуть.

Она шла следом за Громовым. Смотрела на широкую спину своего нового начальника, и отчего-то ее колени начинали дрожать. Давно девушка так не волновалась. Словно шла к директору на ковер, где ее будут отчитывать. Мила попыталась сосредоточиться только на спине Евгения Валерьевича. Сотруднице все больше казалось, что проходящие мимо коллеги посматривали на них с любопытством. Раньше никогда никто на нее не обращал внимания, и Мила прекрасно понимала, откуда взялись все эти косые взгляды.

Затормозив у кабинета начальника, Ардо посмотрела на белое дверное полотно, на котором висела табличка «Начальник отделения Громов Евгений Валерьевич». Смотря на эти буквы, она видела перед собой совсем другое имя. И недавнее прошлое удушливой волной сковало ее легкие.

Еще страшнее стало заходить в этот кабинет, словно то, что произошло полтора месяца назад, могло накинуться и сожрать. Мила все еще помнила, что творил Никонуров, будучи ее приемным отцом. «Меня воспитывал серийный убийца», – снова пронеслось у девушки в голове. Эта фраза очень часто всплывала в мозгу, отчего становилось не по себе. Стоило об этом подумать, как Мила начинала чувствовать себя ущербной и постоянно сомневалась: а на своем ли она месте? Правильно ли, что осталась работать в органах? Мила думала, что ее теперь уволят, но нет, оставили. Пока оставили.

– Мила Васильевна, мы так и будем стоять или вы пройдете в кабинет, и поговорим там? – Следователь вздрогнула от вкрадчивого голоса Громова. Она так глубоко нырнула в свои мысли, что совсем не заметила, как начальник отпер дверь кабинета и распахнул ее, приглашая сотрудницу войти.

Мила поспешно кивнула, но, переступив порог и сделав несколько шагов, остановилась. Кабинет изменился кардинально. Здесь был сделан ремонт, даже остался слегка уловимый запах краски. Серебристо-серые стены, белоснежный потолок и линолеум темно-коричневого цвета под рисунок дерева. Теперь вместо черного письменного стола, за которым много лет сидел Кирилл Геннадьевич, стоял массивный деревянный стол, а посередине – еще один, только у́же, вместе образуя букву Т. Стеклянные ящики, с хранящимися в них документами, заменили высокими стеллажами из темного дерева. Полки заполнили книги, папки с документацией. По левую руку от Милы стоял массивный шкаф такого же цвета, как и книжный стеллаж. В этот шкаф был встроен небольшой холодильник и несколько ящиков. На окнах вместо занавесок теперь висели вертикальные белоснежные жалюзи. А на стене за рабочим столом появилась карта мира.

– Мила Васильевна, вы присаживайтесь, не стойте.

Громов прошел мимо Милы, указывая сотруднице на стул. Девушка была немного растеряна такими изменениями. Теперь в этом кабинете ничто не напоминало о прежнем владельце.

– Поделитесь, что разузнали о жертве? – спросил Громов, присаживаясь за рабочий стол, складывая руки на столешнице и обращая всё свое внимание на подчиненную. Мила под пристальным взглядом начальника немного смутилась и все же заговорила, глядя на свои ладони.

– Бабушка Дианы ничего интересного нам не рассказала. Я посмотрела комнату девочки, но там нет того, что могло быть для нас интересным. Взяла номер ее лучшей подруги, с которой в день своей смерти Диана ходила в кино, может, та расскажет что-нибудь. И мне звонили из криминалистического отдела: волос, найденный в ране жертвы, принадлежит предположительно волку. Похоже, девушку и правда разодрало дикое животное.

– Но это не отменяет вопрос, как она оказалась в поле. Пока мы не найдем ответ, я не смогу закрыть дело. Так что, Мила Васильевна, вы уж потрудитесь довести все до конца.

Ардо согласно кивнула. Она была только за.

– И еще, мне нужен отчет каждый день. За несколько минут до конца рабочего дня вы докладываете мне о проделанной работе. Это вам понятно?

– Да.

– Прекрасно, а теперь можете идти. Жду вас завтра с докладом и новостями.

Глава 3

Часы показывали 22:24. И даже в это время, сидя на диване и скрестив ноги по-турецки, Мила работала. В одной руке она держала бокал Шардоне, а во второй – дневник жертвы, который сегодня днем Федор незаконно вынес из квартиры покойной. Ничего интересного в написанном пока что Мила не нашла. Ардо было одновременно любопытно читать, о чем писала девушка, и в то же время ее душил стыд из-за того, что она влезла в чью-то личную жизнь. И неважно, что этот кто-то уже глубоко мертв.

Ардо сделала глоток вина, не отводя взгляда от страниц, где был описан каждый прожитый день погибшей Дианы. Распорядок дня, расписание занятий в институте и много разговоров о ее лучшей подруге Лизе.

«Сегодня самый мой лучший день. Джордж пригласил меня на свидание…»

Мила резко насторожилась, прочитав эту строчку. До этого самого момента в книге не было никакого упоминания о Джордже. Вернувшись взглядом назад, Ардо прочитала абзац заново.

«Сегодня самый мой лучший день. Джордж пригласил меня на свидание, и я, конечно же, согласилась. Казалось, что он ко мне безразличен, но это не так. И теперь я не знаю, как об этом рассказать Лизе. Она ведь моя лучшая подруга, а еще она терпеть не может Джорджа. С того самого первого дня, как он вошел к нам в аудиторию, у Лизы с ним завязался конфликт. Подруга была единственной девушкой в нашей группе, кому не нравился Джордж. И я ее поддерживала, хотя тайком была влюблена в него. Боялась ей признаться в этом. Мне было страшно, как она отреагирует на правду. Но я не упущу шанса сходить на свидание, о котором так давно мечтала». 

После этой записи прошло полторы недели, и за это время Диана не написала ни строчки, до появления следующей записи. Та была очень короткая и звучала так: «Ненавижу». А потом все. Ни единой буквы.

Мила допила остатки вина и снова вернулась к дневнику. Она не ожидала, что он так резко оборвется. Что-то случилось в жизни Дианы, из-за чего она перестала выливать свои мысли на бумагу.

Неожиданно по квартире пронесся звук телефонного звонка. Мила потянулась к журнальному столику, на котором лежал ее смартфон, и прочитала на дисплее «Дежурный». Она тут же ответила на вызов.

– Алло.

– Мила Васильевна, это дежурный беспокоит. Вас просят выехать на вызов.

– Что? Почему я? Сегодня не я дежурю.

– Громов сам лично сказал, чтобы вызвали из следователей именно вас.

«Громов сказал», – зло про себя подумала Мила, тяжело вздыхая. Она оторвала телефон от уха, глядя на время и злясь, что вообще ответила на звонок. Могла бы сослаться, что уснула и не услышала вызов. Могла, но не сделала.

– Мила Васильевна, вы меня слышите?

– Слышу. Диктуй адрес.

Запомнив, куда ехать, она уже собралась поинтересоваться, что там случилось, но дежурный быстро сбросил вызов.

– Прекрасно, – недовольно пробубнила Мила, поднимаясь с дивана. – Просто прекрасно.

Поставив пустой бокал в мойку, Ардо только сейчас поняла, что за руль ей садиться противопоказано. Она за вечер выпила два бокала вина. Пришлось вызывать такси.

…Идя в сторону ресторана, находившегося в центре столицы, Мила хвалила себя за то, что не поленилась и, придя после работы, первым делом перебрала шкаф с зимними вещами и достала с дальней полки теплую куртку. Но ледяной ветер все равно умудрялся забираться под одежду и вызывать озноб.

Поздоровавшись с полицейским, который стоял у сигнальной ленты, Мила открыла дверь и вошла внутрь. В нос тут же ударил приятный сладкий аромат с нотками кислинки и каких-то ягод, которым был пропитан воздух. Стянув с головы капюшон, следователь остановилась возле стола администратора. В зале ресторана царила полнейшая тишина. Ни одной живой души.

– Эй, есть кто? – громко спросила следователь, но никто не ответил.

Мила прошла в большой обеденный зал. Ресторан на первый взгляд казался дорогим. Мраморные полы, лепнина на стенах, римские колонны, а посередине зала свисала хрустальная люстра. Прямо под ней расположился шикарный белый рояль на небольшом круглом возвышении.

Двухстворчатые двери, что находились в углу зала, распахнулись, и оттуда вышел молодой полицейский. Мила его сразу же узнала. Тот парень, что вчера первый приехал на вызов к убитой девушке у дороги.

– Мила Васильевна, вы уже приехали. Здравствуйте, – парень ей радостно улыбнулся.

– Доброй ночи. Что случилось?

– Идемте. Сейчас сами все увидите.

Полицейский повернулся и вновь распахнул двери, дожидаясь Ардо. Из обеденного зала вслед за сотрудником девушка ступила в недлинный коридор с пятью дверьми. Проходя мимо первой, Мила заглянула в круглое стеклянное окошко, рассматривая массивные плиты и развешанную по стенам посуду. Кухня. Вторая дверь была без окна, но с табличкой «Вход только для персонала». А третья оказалась распахнутой настежь, и оттуда доносились негромкие голоса людей.

– Нам туда, – сказал полицейский, указывая на дверной проем.

Войдя в подсобку, Мила остановилась. В ее поле зрения сразу попала девушка, лежащая на полу. На незнакомке был темно-синий костюм официантки с бейджиком, на котором значилось имя «Кристина». Девушка лежала на спине с распахнутыми глазами, смотря в потолок. Руки ее располагались по швам. Мила опустила взгляд на ногу убитой с одетой черной туфлей на невысоком каблуке, а вот на второй ноге… ступни не было. Погибшая лежала в луже собственной крови, и та растеклась ровным кругом, образуя зловещий ореол вокруг тела хозяйки.