Ольга Которова – Опер. В плену у судьбы (страница 3)

– Твою ж мать!

Он ударил кулаком по белоснежной столешнице. Подпрыгнул стаканчик с канцелярией, а медсестра с ненаигранным испугом посмотрела на него.

– Что случилось?

– Ничего, – прорычал сквозь зубы Звягинцев и направился в свою палату.

Не ожидал он такого поворота событий. Это же надо! Сбежала! Ну ничего, поймает. Хотя, даже лучше, что сбежала. Тут же проснулся азарт. Альберт уже хотел потереть ладони с победной улыбкой, как в дверь постучались, и вошёл заведующий отделением.

– Альберт Владимирович, вот дело Люпиной. Но вы же в курсе, что я не должен вам его давать? Вы же в личных целях интересуетесь, а не при исполнении.

Звягинцев закатил глаза и подошёл к шкафу, где висело его пальто. Достал несколько пятитысячных купюр, сунул их в карман врачу. Тот моментально заулыбался.

– Не бойтесь, никто не узнает. Я прочту и сразу же верну.

Заведующий быстро закивал, будто китайский болванчик, и покинул палату, а Звягинцев, присев на кровать, открыл личное дело и вчитался в написанное. Он не знал, что именно хотел здесь найти. Ничего особенного в деле не было. На камеру смартфона сфотографировал домашний адрес и телефон. Тут же набрал номер, но тот был вне зоны доступа. Тогда он набрал другой номер, забитый на быстром наборе. Один гудок, второй, и в трубке послышался мужской голос:

– Альберт Владимирович, доброе утро.

– Здорово, Гладышев. Я сейчас пришлю тебе фотку, там паспортные данные. Пробей их и собери всю возможную инфу на этого человечка.

– Есть! – отозвался мужчина. – Альберт Владимирович, а вы когда к нам обратно?

Гладышев, один из подчиненных Альберта, сейчас замещал его, пока Звягинцев лежал в больничке.

– А что, соскучились уже?

– Так точно! – хохотнул заместитель.

– Сегодня выписываюсь. Ждите, скоро вернусь на своё законное место.

Попрощавшись с подчиненным, Альберт сбросил вызов и ещё раз набрал номер Ларисы. Но её телефон по-прежнему был отключён.

Через полтора часа Звягинцев покинул лечебное заведение. Домой не поехал, а направился по адресу из личного дела Ларисы, по дороге купив цветы.

Остановившись у старой пятнадцатиэтажки, скривился. Находился нужный дом в районе, который держал Звягинцев. Район был не самый благополучный, в основном здесь жили алкаши и наркоманы. Ещё несколько лет назад старые дома расселили, а новые не построили.

Выйдя из машины, снова посмотрел на адрес, запоминая номер квартиры.

Из подъезда вышла мамочка с коляской. Альберт придержал ей дверь, а потом сам вошёл внутрь. Зайдя в обшарпанный лифт, поморщился от спёртого запаха и нажал кнопку «5». Остановившись на нужном этаже, лифт неприятно скрипнул, распахивая дверцы, и Альберт вышел, осматриваясь.

Квартиру он нашёл сразу же. Уже предвкушая, что снова прикоснётся к нежным девичьим губам и руками пройдется по бархатистой коже, нажал на кнопку звонка. Раздалась птичья трель, и Альберт затаил дыхание в ожидании увидеть Лорика, но за дверью не улавливалось даже намека на то, что там кто-то есть. Он снова вжал кнопку звонка. И опять ничего. Нажал третий раз, и наконец-то внутри послышались шаги, повернулся в замке ключ, и дверь распахнулась.

Глава 2

Альберт стоял с цветами в руках и смотрел на сгорбленную седую старуху, которая распахнула перед ним дверь. Улыбка тут же сошла с его лица. Неужели адрес перепутал? Ещё раз взглянул на табличку с номером квартиры, прикрепленную на дверь. Всё правильно.

– Ну чаво тебе? – прохрипела старческим скрипучим голосом женщина.

– Лорика позовите.

– Кого? – возмутилась старуха. – Ты наркоман, что ли? А ну уходи, а то полицию вызову. Ишь ты, ходят тут постоянно кто!

Она уже хотела закрыть дверь, но Звягинцев схватился за ручку и дёрнул на себя. Женщина охнула, подалась вперед от толчка, и её взгляд стал ещё суровее.

– Лариса здесь живет? – уже раздражаясь, без всяких церемоний спросил Альберт.

– Уехала твоя Лариска.

– Куда уехала?

– А мне почём знать? Квартиру с час назад сдала и умотала. Сама на полгода сняла, а прожила два месяца. Но деньги я ей не верну. Понял?

– Понял. Не вспомните, она что-то говорила, может? Куда поехала? Одна была или с кем-то? Хоть что-то.

– Ничего она мне не говорила. А тебе зачем? Хахаль, что ли, еённый? – старуха прищурилась, внимательнее рассматривая фигуру Звягинцева.

Альберт достал бумажник, взял оттуда тысячную купюру и протянул её бабке. Та с удовольствием приняла подношение и, кажется, немного оттаяла. Старая добрая денежка всегда выручает.

– Ну? – поторопил он, надеясь, что старуха всё расскажет.

– Что «ну»? Говорю же, не знаю, куда она уехала. Ушла с одним чемоданом. Даже такси не вызвала. Я в окно проследила. Она села на остановку, что из окна видать, дождалась автобуса и уехала.

– Что за автобус? По какому маршруту ходит?

– Так откуда мне знать? У меня зрение плохое, не рассмотрела я.

Звягинцев скрипнул зубами.

– Квартиру мне можно осмотреть? Может, она оставила чего?

– Нет, в квартиру я тебя не пущу! – она снова попыталась закрыть дверь, но Альберт опять её придержал и уже достал ксиву, открывая её и пихая старухе в лицо.

– Ты полиционер, что ли? – испуганно проговорила женщина и отшатнулась от майора. – Вот я так и знала, что эта шалава натворила что-то! Но я тут ни при чём. Ничего не знаю, ничего не видела, – замотала она седой головой.

– Ага, натворила. Так что, мать, дашь в квартиру пройти?

– Ну это, заходи. Мог бы и сразу сказать, что из полиции. Я ж думала, ты бандит какой.

– А что, был повод так думать?

– Да кто вас сейчас разберёт! Все вы на одно лицо. А Лариска-то что натворила? – никак не унималась старуха.

– Секрет, мать. Ты лучше скажи, она одна здесь жила?

Альберт, не разуваясь, прошёл в единственную комнату. Осмотрел обшарпанные обои, кое-где даже отклеившиеся, старый советский сервант, шифоньер, диван, у которого вместо ножек были какие-то журналы, и местами порванный линолеум. Подошёл к окну, заглянул в него. Остановка и правда видна, но и он даже со своим зрением при всём желании не разберёт номер автобуса, не то что пожилой человек. Звягинцев прошёлся по шкафу, заглядывая в каждый ящик, но ничего там не нашёл. Ни единой вещицы. Да хотя бы билет проездной или ручку!

– Она вообще вещей не оставила или вы уже всё прибрали? – спросил Звягинцев, обернувшись к хозяйке квартиры, стоящей в дверном проёме и внимательно за ним наблюдающей.

– Да не было здесь никаких вещей. Вон, только соль да сахар на кухонном столе, и всё.

Мужчина молча кивнул и прошёл на кухню. Но и там ничего, словно в этой забытой богом квартире никто не жил, кроме тараканов.

– Спасибо, что дали осмотреть помещение. Это вам, – Альберт протянул букет цветов, который предназначался Ларисе, старухе и покинул квартиру. Женщина ещё что-то говорила, но он уже ничего не слышал, настолько погрузился в себя.

Вышел из подъезда и осмотрелся в поиске камер на улице, но тех не было. Хотя чего он ожидал? Райончик не из самых лучших, здесь даже детских площадок нет. Точнее, от них осталось только одно название. А что уж говорить про камеры…

Альберт достал из кармана пачку сигарет, закурил. Его отвлек входящий вызов. Звонил Гладышев.

– Да!

– Альберт Владимирович, тут такое дело… – заместитель замялся, и Звягинцев понял, что ничего хорошего ждать не стоит. – Не существует девушки, которую вы мне дали проверить.

– Как это не существует?! – Альберт даже сигарету ото рта убрал и прижал сильнее телефон к уху, чтобы лучше расслышать ответ подчинённого.

– А вот так. Паспорт поддельный. Нет такой личности. И документ сделан настолько профессионально, что не придраться.

– Интере-есно, – протянул Альберт и затянулся сигаретным дымом, всматриваясь куда-то вдаль.

– Но это не всё.

– Что ещё? – Звягинцев немного напрягся. Когда он решил найти Ларису, даже и не думал, что она настолько интересная личность.

– Я пробил фотографию из паспорта по базе и кое-что нашёл. Есть одно совпадение. Девушка может быть пропавшей Поповой Еленой Андреевной. Только вот, по полицейской сводке, она разбилась на машине, в аварию попала год назад. Тело сгорело, даже экспертиза была сделана, где подтвердилась личность трупа. Но муж каким-то образом подал в розыск. Скорее всего, это дело уже замяли, оно числится в нераскрытых. Но что ваша Лариса и погибшая Елена одно и то же лицо – факт. И у неё не было сестры-близнеца, если только родители не оставили в роддоме. Но об этом я ничего не нашёл.

– Даже так? Ладно, я сейчас приеду в отдел. Никуда не уходи, всё что нарыл, покажешь.

Сбросив вызов, Альберт быстро докурил сигарету, сел в машину и поехал на работу.