Ольга Коротаева – Золотая паутина (страница 2)
– И если ты не явишься завтра на закате, – с натужной угрозой произнёс отец, – пеняй на себя!
– А? – словно не расслышав, встрепенулась Ваара. – Пап, а претенденты уже известны?
– Игла указала на Геарда и…
– Фу! – скривилась Ваара. – Он же толстый! Да я добровольно низвергнусь, если он посмеет прикоснуться ко мне своими круглыми ручонками…
– Не преувеличивай! – нетерпеливо отмахнулся отец. – Геард ответственный лататель. Он ни разу не подводил меня…
– И? – с надеждой перебила она. – Ты сказал «и»? Кто ещё?
– Монкир, – устало выдохнул тот, расправляя алую тогу на широкой груди, покрытой седыми волосками.
– Лучше уж этот, – проворчала Ваара.
Отец неожиданно усмехнулся, появившиеся на щеках ямочки не смогла спрятать и широкая борода. Гнев Держателя поутих, клубящиеся вихри сизых нитей рассеялись. Ваара бросила задумчивый взгляд на зардевшийся горизонт. Сказка кончилась, вечером ей придётся выбрать будущего мужа. Впрочем, и выбирать-то не приходилось.
– Если ты снова пропустишь совет… – начал было отец, притворно хмуря кустистые брови.
– Да-да, – вяло отмахнулась Ваара. – Ты меня выпорешь, запрёшь и на всякий случай низвергнешь всех моих друзей.
Держатель демонстративно вздохнул, возводя глаза к небу. Ваара, не обращая внимания на его безмолвную мольбу, побрела прочь.
Серебристые нити утреннего тумана, гонимые лёгким ветерком, пересекали пустынную площадь и терялись среди сероватых облаков, клубящихся по краям. Наступающий день обещал быть непростым. Ваара скрипнула зубами и покосилась на невысокий шатёр, мимо которого как раз проходила. Молчаливый и угрюмый Монкир, живущий в нём, разумеется, и в подмётки не годился Толе! Но, в отличие от Геарда, дождя не избегал и часто менял тогу.
Ваара подошла к своему шатру и прикоснулась к белоснежной переливающейся ткани. В небе с пронзительным криком стремительно пронеслась чайка. Ваара вздрогнула и настороженно оглянулась. Что так напугало птицу? Она настороженно оглядела небольшую пустынную площадь, разделяющую жилища. Отец уже давно скрылся в Храме. Все спят, да и ей пора отдохнуть хоть пару часов. Но сначала скинуть сырую до омерзения тогу! Откинув мерцающий полог, Ваара проскользнула внутрь.
По светлой поверхности площади скользнула размытая тень. Словно утренняя звезда, вспыхнула одинокая искра и тут же рассыпалась на множество серебристых лучей. Тонкие нити испещрили поверхность облака, оставляя чёрные расширяющиеся дыры. Утренний туман, соприкасаясь с ними, шипел и плевался прохладными каплями.
Тень растворилась в завихрениях облаков.
***
Ваару разбудил раздражающий шум. Она прижала ладони к ушам и, уткнувшись носом в шершавую ткань гамака, пахнущую домашним теплом, постаралась поймать ускользающий сон. Необычный, странный и бесконечно притягательный. Она – птица, летящая на острых крыльях над пёстрым ковром… Но вновь погрузиться в сладкую пучину видений не давал нарастающий гул голосов. Ваара сердито приподняла голову: да что там такое?
Усевшись, Ваара прислушалась. Может, ловцы подготавливают площадь к празднику? Только они могли устроить такой бедлам. Но почему утром? Самое время охоты за сильными лучами для паутины. Ваару охватило любопытство. Она отбросила пушистое покрывало и резво поднялась. Опустевший гамак покачнулся. Облачившись в алую тогу, она попыталась стянуть непослушные кудряшки дрожащими от нетерпения руками. Едва справившись с надоедливыми волосами, судорожно затянула хвост лентой.
Откинув полог, Ваара в удовольствием вдохнула разогретый воздух и выглянула наружу. Горячее солнце было уже сильно и радостно. Под нестерпимо синим небом волновалась рыжая река собравшихся на площади небожителей. Ваара удивлённо застыла. Здесь были и отчаянно жестикулирующие ловцы, и тихо переговаривающиеся ткачи, и даже высокомерные лататели неподвижно зависли над толпой. Сердце Ваары радостно заколотилось: неужели праздник Солнцу начнётся прямо сейчас? Она поспешила на площадь.
Приблизившись к группе жестикулирующих небожителей, Ваара настороженно остановилась. Что-то не так. Брови собеседников нахмурены, губы поджаты, а в глазах ни капли веселья. Грудь сдавило от дурного предчувствия. Ваара импульсивно бросилась к ближайшему небожителю и схватила за того руку, привлекая внимание.
– Что-то случилось? – крикнула она, пытаясь перекрыть гул голосов.
Мужчина вздрогнул и поспешно отвёл взгляд. Ваара вздохнула: от скромных ткачей трудно добиться ответа. Она осмотрелась в поисках друзей. Совсем недалеко она заметила высокую девушку с длинной прямой косой. Рииса, одна из ловцов, размахивала тонкими руками и что-то доказывала полной женщине с круглым лицом. Та с сомнением качала головой.
– Рииса! – закричала Ваара, бегом направляясь к подруге. – Что произошло?
Девушка неуклюже отшатнулась, едва не сбив с ног свою знакомую. Тёмно покраснев, Рииса мгновенно исчезла в толпе. Женщина, с которой она разговаривала, взяла руки Ваары рыхлыми тёплыми ладонями и произнесла:
– Я так тебе сочувствую, девочка!
Голова Ваары мгновенно оледенела, кожа стянулась, в ушах зашумело. Вот так же на неё смотрели, когда низвергнулась мама. Пальцы Ваары птичьими когтями впились в руки поморщившейся от боли ткачихи.
– Что с папой?! – одними губами прошептала она.
Ткачиха грузно осела на облако, из морщинистых глаз покатились крупные слёзы:
– Мне так жаль…
Ваара со злостью оттолкнула её и попыталась пробиться сквозь толпу. Но небожители активно мешали этому. Ей загораживали путь, за тогу то и дело цеплялись чужие руки. Сердце Ваары забилось в горле, она яростно пыталась вырваться.
– Да отцепитесь вы! – исступлённо вскрикнула она и изо всех сил оттолкнула тощую девицу, стоящую перед Ваарой. Та повалилась, увлекая за собой ещё пару небожителей.
Ощутив свободу, Ваара оттолкнулась от облака и, воззвав к силе паутины, легко поднялась над толпой. И застыла, растерянно уставившись на огромную дыру в облаке, по краям которой, словно обрывки, колыхались белоснежные клочки. А под ними торчали обугленные концы некогда золотых нитей паутины. Вокруг прорехи и собрались небожители.
По спине Ваары прокатилась ледяная волна ужаса. Ранним утром на этом месте ещё стоял шатёр Монкира. Ваара словно завороженная опустилась к дыре. Кровь пульсировала в висках. Желудок скрутило. Внизу быстро проплывали полупрозрачные обрывки облаков. В прорехах можно было разглядеть далёкую разноцветную землю, по которой плыли тёмные пятна теней. Нечто странное, манящее, знакомое по удивительным снам, навещающим Ваару по ночам…
– Берегись!
Ваара не успела и оглянуться на крик, как неожиданно сбитая вихрем, кубарем прокатилась по облаку. Она с силой врезалась в толпу небожителей. Руку Ваары пронзила резкая боль. Кто-то помог ей подняться. Мир вокруг превратился в смесь белых, рыжих и жёлтых клякс. На уши давил гул встревоженных голосов. Ваара протянула руки, её пальцы ощущали колкую ткань и тепло тела. В нос ударил запах мужского пота. Ваару трясло. Это было неприятно, но мир обретал очертания, светлое пятно превратилось в искажённое страхом лицо друга.
– Тигир! – воскликнула Ваара, удивлённо откинув голову назад. – Ты что, с ума сошёл?
– Это ты чокнулась! – несдержанно проорал высокий жилистый парень, отчаянно дёргая её за плечи. – Низвергнуться решила?
Ваара рывками высвободилась из его цепких длинных пальцев.
– С чего ты взял?
– Ты в дыру полетела!
– Посмотрела просто, – Ваара скривилась от боли, потирая ушибленное плечо.
– А ты забыла, что над прорехами сила паутины не действует? – раздражённо спросил Тигир и провёл дрожащей пятернёй по коротким алым волосам. – Ещё миг, и ты бы погибла, как Монкир!
Ваара вздрогнула.
– Монкир погиб?
Тигир сухо кивнул и торопливо отвёл взгляд, как многие до него.
– А папа? – напряжённо спросила Ваара. – Где он?
Тигир не успел ответить, его с силой оттолкнула выбравшаяся из толпы невысокая женщина в жёлтой тоге ткачей, болтающейся на сухоньком теле. Светло-рыжие волосы стянуты в пучок, из-за чего тонкие брови приподняты, словно от изумления.
– Ваара, деточка!
Увидев тётю, Ваара едва не разрыдалась.
– Лаава, хвала небу! – жалобно всхлипнула она и упала головой тётке на грудь. – Хоть ты скажи, где папа?
– Держатель в Храме, мой солнечный лучик, – Лаава ласково погладила Ваару по волосам и добавила очень тихо: – Мы все сожалеем о твоей потере, милая. Но ты должна смириться! Даже такой замечательный парень, как Монкир не стоит твоего низвержения.
От тёти пахло сладостью манны, которую та обычно собирала по утрам с другими ткачами.
– Он в Храме, – с облегчением прошептала Ваара. – Хвала Солнцу!
Она хотела высвободиться из объятий тёти, но лента в её волосах зацепилась за застёжку на тоге Лаавы. Ваара ойкнула от боли и завалилась на тётю.
– Что с тобой, лучик? – взволнованно вскрикнула та.
– Она потеряла сознание! – запричитал высокий голос.
– Бедная девочка, – прокатилось по толпе небожителей.
– Первая любовь, – важно прокомментировал над самым ухом низкий мужской голос. – И это перед самой-то Церемонией!
Лаава цыкнула на расшумевшихся ткачей. Ваара со злостью дёрнула за ленту, встряхнула рассыпавшимися кудряшками и решительно поднялась на ноги. Опираясь на тётку, она с подозрением уточнила: