Ольга Коротаева – Веснушка для Бати (страница 4)

– После того, как ты уберёшь руки, – жёстко предупредила я. – И если планируешь их и дальше распускать, то вспомни это.

И снова надавила на его стопу.

– Да чтоб тебя! – выругался Даня, добавив крепкое словцо, и оттолкнул меня. – К тебе муж вернулся. Радуйся!

У меня вырвался истерический смешок, а Даниил удовлетворённо покивал.

– Так-то лучше. А теперь пошли котлеты есть, дорогая.

– Только если они из твоей травоядной любовницы, – тихо, но с угрозой проговорила я. А потом подхватила кроссовки, которые муж по привычке бросил посреди коридора, и продолжила: – А если нет, то катись отсюда колбаской. До-ро-гой!

И, не глядя, вышвырнула обувь в коридор.

– Что за… – услышала ругань.

Оглянувшись, застыла при виде танкиста, который прижимал ладонь к глазу, а в другой руке держал кроссовок.

– Ой.

И всё. Слова кончились. Потому как всё в мужчине было великолепным. Парадная форма, идеальные стрелки на брюках, награды на груди. Будто на парад собрался! И фингал под глазом слегка выбивался из героического образа.

– Простите мою жену, – подсуетился Даня. – Работа у неё собачья!

– Жизнь с тобой у меня была собачья, – в ярости прошипела ему. – С кобелём жила.

А потом виновато улыбнулась танкисту.

– Простите, я случайно. Надо бы приложить лёд.

– У вас есть? – ухмыльнулся мужчина и, игнорируя Даниила, вошёл в квартиру.

– Конечно. – Поспешно заглянула в сумку. – Вот, сухой лёд!

– А что с дверью? – прижав его к лицу, мужчина обратил внимание на развороченный замок.

– Я ключи дома забыл, – очнулся Даня. – Вот и пришлось спасателей вызывать…

– Это незаконное проникновение, – сухо перебила я. – Этот человек ушёл к любовнице, и ключа у него не было. Мы в процессе развода.

– Вот как? – Танкист глянул на Даню так, что тот едва не попятился.

Признаться, и у меня мурашки по спине побежали. От этого человека исходила такая властная энергия, что даже сердце пропустило удар. Он не повысил голоса, продолжая говорить тихо, но напряжение в воздухе заметно сгустилось.

– Тогда советую оплатить ремонт замка и немедленно удалиться.

– А чего это вы здесь раскомандовались? – попытался возразить Даниил. – Вы вообще кто?

– Я? – танкист дёрнул уголком твёрдых правильно очерченных губ и прищурился. – Подполковник Баталов Ивар Милославович.

– Любовник твой? – окрысился Даня.

– А вот это тебя вообще не касается, – не выдержала я и подтолкнула мужа к выходу. – Вали к своей травоядной. И котлеты свои забери! Явишься ещё раз – полицию вызову!

– Зачем полицию? – тонко улыбнулся Ивар. – Позовите меня.

Один шаг танкиста, и Даниил попятился, едва не скатившись по ступенькам. Удержавшись за перила, метнулся вниз прямо в моём фартуке. И уже с первого этажа крикнул:

– Шалава!

Баталов помрачнел и пошёл следом за моим мужем с таким выражением лица, что в груди ёкнуло, и я удержала его за рукав. Танкист обернулся, и я выпалила:

– Может, тарелочку борща?

– Хорошая мысль, – улыбнулся мужчина.

Ох, какая у него улыбка! Открытая, мальчишеская, с ямочками на щеках. Есть чем залюбоваться.

– Только его ещё сварить нужно, – виновато добавила я. – Подождёте немного?

– Пока вам замок починю, – пообещал Ивар, и колени едва не подогнулись.

Он и это умеет? Золотой человек! Не знала, почему и зачем явился муж, и знать не хотелось. Поэтому была очень благодарна танкисту, что помог избавиться от неприятного гостя.

План был хорош, но не успела я и шага сделать в сторону кухни, как по лестнице сверху вниз с диким криком вождя индейцев сбежала молодая женщина. Одежда её была в ярких кляксах, а волосы дымились. Я на миг замешкалась и лишь проводила странную особу взглядом, а вот Ивар выскочил в коридор и рявкнул:

– Анастасия!

Наверху показалась невинная моська девочки, которая недавно якобы проглотила патрон.

– Па, тётя Таня почему-то не хочет со мной играть!

Глава 6

Мы сидели за столом, и я с интересом переводила взгляд с папы на дочь, которые уплетали мой борщ с одинаковым аппетитом. Суровый подполковник и очаровательная малышка, внешность которой была практически кукольной. Огромные глазищи, круглые щёчки с ямочками… Как у папы.

«Так, стоп! – жёстко осадила себя. – Не хватало ещё влюбиться в семейного мужчину!»

«Но он такой брутальный! – простонала внутри меня некая личность, которая раньше голоса не подавала. – Натуральный полковник!»

«Подполковник, – постаралась заглушить голос, подталкивающий меня к соблазну. – Нет, нет и нет. Если поддамся его мужской харизме, тогда чем я буду отличаться от травоядной, которая соблазнила Даню? Разве что количеством килограммов и вкусовыми пристрастиями. А мне этого не хочется…»

«Отличаться от стройной газели?» – обиженно поддела часть меня, которая почти потеряла голову от Ивара.

Нашу общую голову, между прочим! Я не собиралась поощрять в себе раздвоение личности, поэтому завершила диалог с альтер эго на высокой ноте: «Становиться беспринципной сукой».

И постаралась забыть совет Иры исцелить разбитое сердце новой любовью.

– Спасибо, – сыто выдохнул Ивар и отодвинул пустую тарелку.

– Это вам спасибо, – мгновенно отозвалась я и повела плечом. – Вы же починили мою дверь.

«И вернули душевное равновесие».

Было отрадно видеть, что не все мужчины такие, как Даня, который и молотка в руках не держал. Я пять лет просила его поменять розетку, а потом заклеила её, чтобы не портить себе нервы.

– Был рад помочь, – улыбнулся Ивар, и я невольно ответила ему улыбкой.

Анастасия, работая ложкой, поглядывала на нас исподлобья, и я кашлянула, отворачиваясь.

Чужой мужчина. Чужой мужчина!

– Простите, важный звонок, – вдруг вскочил Ивар.

Прижимая к уху трубку и чеканя шаг, он направился из кухни, а потом и из квартиры, аккуратно прикрывая за собой дверь. Мы с девочкой остались наедине, и та отложила ложку.

– Как вас зовут? – начала она неожиданно деловым твёрдым тоном.

– Веснушка… – вырвалось у меня. Кашлянув, поправилась: – Любовь Владимировна. А ты, как я слышала, Анастасия?

Девочка поморщилась:

– Ненавижу это имя. Папа зовёт меня так, когда зол.

– Тогда, может, Настя?

– Дурацкое имя, – насупилась она. – Ещё Настенькой назовите!

– Тося? – вспомнив случай с патроном, предложила я.