Ольга Коротаева – Скандальный магазинчик брошенки, или Развод с драконом (страница 38)

– Был, – нетерпеливо перебил Хабриус и снова приблизился, практически прижимая меня к крыльцу. Наклонился и доверительно сообщил: – Этот идиот не только показался голышом перед королём и его свитой, но и преобразился в дракона! За вопиюще непристойное поведение лорда Драконар лишили всего, чем он владел, и посадили в темницу.

Я замерла, переваривая неожиданную новость. Сразу вспомнилось, как Талинр наседал на меня так же, как сейчас блондин, а я его отправила неизвестно куда. Кажется, одежда бывшего мужа Серебрены так осталась лежать у меня под ногами. Выходит, Талинр очутился перед монархом в чём мать родила? А потом обратился в дракона, чтобы скрыть наготу, но сделал ещё хуже.

– Значит, мой бывший муж теперь в опале? – удовлетворённо прошептала я, ощущая сладкое наслаждение за нечаянную месть изменнику и предателю. Губы сами собой сложились в довольную усмешку: – Забавно.

– Вас радует трагедия вашего мужа? – иронично промурлыкал Хабриус.

– Бывшего мужа, – сухо поправила я и поднялась на одну ступеньку, чтобы смело посмотреть в глаза блондину. Пусть знает, что я его не боюсь! Если что, отправлю туда же, куда и Талинра. – И мне нет дела до его судьбы. А то, что произошло, я считаю вселенским возмездием. Не делай зла и не будешь похож на козла!

– Интересное высказывание, – мужчина тоже шагнул на ступеньку выше. – Сама придумала?

– Это мой жизненный опыт, – я поднялась на крыльцо и выставила руку ладонью вперёд: – Стойте, где стоите, или пожалеете!

Хабриус сузил глаза и тихо уточнил:

– И как же я пожалею?

В его серых глазах мелькнуло что-то такое, от чего мурашки побежали по спине, и я решила вернуться к разговору. Такие люди, как лорд Хабриус, не стали бы тратить драгоценное время на беспочвенное запугивание. Надо знать о грозящей нам опасности как можно больше. Поэтому я спросила:

– Чем вам мешает мой маленький магазинчик, господин Хабриус? Почему требуете закрыть его? Не нравится, что женщина открыла своё дело?

– Если бы, – недовольно поморщился блондин, явно разочарованный тем, что я отступила. А потом его взгляд изменился, а тон стал деловым: – Твои срамные женские штучки мешают мне работать!

Чего-чего, а этого не ожидала! Пробормотала в полнейшем недоумении:

– Вам мешает работать женское бельё? Как так?!

Хабриус кивнул на дверь:

– Побеседуем внутри?

– Нет, – решительно отрезала я. – Говорите здесь. В лавочку вы не войдёте.

«Мало ли, какие у тебя намерения? – Я настороженно следила за каждым движением подозрительного мужчины. – Вдруг решил разнести всё внутри?»

– Что ж, ладно, – неохотно процедил Хабриус и коротко дёрнул уголком рта. – По столице ходят слухи, что твои штучки возвращают любовь мужей.

– Это лишь слухи, – поспешила заверить я. – Мы только отшиваем удобное нижнее бельё, которое не причиняет вреда женскому организму и выглядит привлекательно.

– Серебрена, – нарочито тяжело вздохнул мужчина. – Ты неглупая женщина и должна понимать, что слухи намного важнее правды. Женщины верят, что с помощью какой-то тряпочки смогут вернуть мужа. А мужчины боятся, что на жене надет некий артефакт, который не даст ему лишний раз заглянуть в Дом алых лент…

– Вот оно что! – не сдержалась я. Мужчина замолчал, нахмурившись, а я спокойно продолжила: – Так вы владелец Дома алых лент?

Иронично глянула на мужчину и выгнула бровь:

– Только не говорите, что поток мужчин, посещающих ваше заведение, иссяк. Не поверю.

Скривившись, Хабриус процедил:

– Разумеется, нет. Инстинкт неистребим, Серебрена. Даже если дракона дома ждёт красавица-жена, он всё равно заглянет в Дом алых лент, чтобы вкусить разнообразия. Это заложено в мужской природе.

– Так чего вам тогда бояться? – спросила в лоб.

– Кто сказал, что я боюсь? – нехорошо улыбнулся Хабриус и, поднявшись ещё на ступеньку, глянул на меня сверху вниз. – Я делаю тебе деловое предложение. Закрывай эту грязную лавочку и работай на меня. Обещаю не только щедрую оплату, но и свою защиту.

Я замолчала, внимательно рассматривая мужчину. Так он переманить меня приехал! Чтобы я закрыла лавку «Пара для дракона» и шила труселя для работниц Дома алых лент.

– А если откажусь? – деловито уточнила я.

– Хм, – Хабриус сделал вид, что задумался, а потом широко улыбнулся. – Слухи острее меча. Знала об этом? Если откажешься, мои девочки нашепчут клиентам, что твои тряпки действительно опасны. Какому мужчине захочется, чтобы его привораживали к старой надоевшей жене и не давали вкусить свежего мяса?

Меня покоробило, как Хабриус отзывается о женщинах, которые работали на него. Они для него лишь мясо! Воспользовавшись заминкой, лорд схватился за ручку двери и потянул на себя.

– Обсудим наше сотрудничество?

Я оглянулась и увидела, как Алиса поправляла ширму, за которой клиентки раздевались. Молодая женщина, услышав скрип двери, радушно проговорила:

– Добро пожаловать!

И застыла, глядя на Хабриуса огромными глазами. С лица моей помощницы исчезли краски, дыхание оборвалось. Она будто привидение увидела. Нет… Монстра! Даже на призрачное свечение Алиса отреагировала спокойнее, а сейчас попятилась, плаксиво лепеча:

– Не надо… Пожалуйста, не надо!

Я резко повернулась к незваному гостю, заметив на его лице воистину дьявольскую усмешку. Всего на миг она осветила привлекательное лицо, изменяя его до уродливости, а потом Хабриус снова расплылся в тщательно отрепетированной слащавой улыбке:

– Вот ты где, Лисэра! А я тебя обыскался.

P.S.

Финвальд спускался по каменным ступенькам, освещая себе путь с помощью небольшого казённого фонарика, внутри которого была обыкновенная свеча. В подземелья нельзя проносить с собой ничего, что может иметь хотя бы малейший магический импульс, поэтому приходилось внимательно смотреть себе под ноги, чтобы не упасть и не свернуть шею.

– Королевский канцлер к заключённому сто семь, – холодно сообщил он стражу, и тот повёл его вдоль влажных от сырости дверей.

Остановившись напротив одной из них, страж молча открыл замок и передал ключи Финвальду:

– Когда закончите, заприте, пожалуйста, дверь, господин канцлер.

И отправился к выходу, покидая подземелье. Финвальд надеялся, что у стражника не будет болеть голова, когда он очнётся от магического воздействия. Лунарису не требовались артефакты, чтобы заставить этого человека сделать, что нужно. Вздохнув, канцлер шагнул внутрь и внимательно осмотрелся.

Сначала свет свечи вырывал из темноты лишь блестящие стены каменного мешка, но потом Лунарис заметил арестанта. Обнажённый, как его и схватили, тот спал на соломе, свернувшись калачиком.

Пошевелившись, Драконар приподнял голову и, щурясь, прохрипел:

– Лунарис?.. – Мгновенно вскочив, затараторил с чувством, будто боялся потерять единственный шанс на спасение: – Господин канцлер, король счёл моё поведение оскорбительным, но я всё могу объяснить. Умоляю, выслушайте!

– Некогда, – Финвальд бросил свёрток, который нёс в левой руке, и приказал: – Одевайтесь. Я вас выведу.

Казалось, Талинр онемел от радости. Но, схватив одежду, развернул её и воскликнул:

– Это же бабские тряпки!

Лунарис саркастично выгнул бровь:

– У вас есть другой способ избежать заточения?

Платье, в котором канцлер посещал улочку Мёртвых мастеров, пригодилось. Сегодня Финвальд позаботится, чтобы обидчик Серебрены получил сполна за своё предательство.

Глава 51

На миг мне показалось, что ко мне снова прибежала моя дочка Ада, которую я родила от бас-гитариста. С Максимом я развелась сразу, как узнала о том, что мой дорогой супруг даже после свадьбы не завершил свои интимные отношения с вокалисткой группы. Дочка выросла красавицей, но вышла замуж за музыканта, который позволял себе порой распускать руки.

Узнала я об этом только, когда Ада прибежала ко мне прятаться. А потом заявился затёк… Конечно, мне пришлось напомнить участковому, как я замолвила за него словечко и пристроила после академии, иначе пришлось бы вкусить все прелести так называемого «обезьянника».

А какая мать будет спокойно смотреть, как избивают её драгоценного ребёнка?!

Я не смогла. Моя любимая чугунная сковородка – тоже.

Ада с мужем развелась, но ещё три года бывший преследовал мою крошку, так что сковородка всегда дежурила в коридоре, спрятанная в углу.

И сейчас, когда в дом ворвался подонок, издевающийся над слабой женщиной, я будто снова нырнула в тот день.

К сожалению, сковородки под рукой не было, но я обладала гораздо более грозным оружием.

Топнула с криком:

– Пропади ты пропадом!

Помнится, Талинра вмиг сдуло, лишь портки на земле остались.