Ольга Коротаева – Скандальный магазинчик брошенки, или Развод с драконом (страница 13)

– Да они умолять будут. Вот увидишь!

И снова уткнулась в лист. Голова уже гудела от попыток вспомнить имена и фамилии тех, с кем Серебрена общалась до замужества, поэтому через несколько минут я сдалась. Посмотрела на Алису и, вытянув шею, поинтересовалась:

– А как у тебя дела?

– Вот!

Она гордо продемонстрировала пояс для чулок из фиолетового кружева, которое нам прислала госпожа Эггер. Я взяла за основу тот ужас, который был надет на мне, но на выкройке нарисовала высокие арки от ленты к ленте, которые должны будут удерживать чулки. А потом поручила Алисе, чтобы та исполнила мою задумку.

– Неплохо, – похвалила девушку, проводя кончиками пальцев по изделию. – Швы ровные, плоские. Каёмку аккуратно обработала, молодец. Как тебе самой? Нравится? Ты бы такое надела?

– Вместо обычного пояса – нет, – честно ответила она и довольно заулыбалась. – Но с той вещицей, которую вы мне подарили, да.

– Ты очень смелая, – мягко сказала я и кивнула, указывая в сторону окна. – Пелли каждый раз готовится упасть в обморок, когда предлагаю примерить плавочки.

– Зато она не снимает подвязку, что вы подарили, – шепнула Алиса и поднесла ладонь ко рту, будто сообщала великий секрет. – Даже на ночь!

– Вбила себе в голову, что подвязка волшебная, – весело рассмеялась я и покачала головой. А потом ещё раз внимательно осмотрела пояс. – Вот здесь добавь бантики. Возьми ленты солнечно-жёлтого цвета. И тут подправь, а то шов в этом месте топорщит ткань.

– Хорошо, – кивнула она и с кротким видом уселась обратно за работу.

Минуту я наблюдала за девушкой, поражаясь, за что с ней так жестоко обращались. Спокойная, работящая, умелая. Золото, а не помощница! Впрочем, каждая семья несчастна по-своему. Как-нибудь Алиса сама расскажет о своей беде.

Придушив любопытство на корню, я прошлась вдоль столика, на котором были аккуратно разложены наши первые модели, и пересчитала подвязки. Даже в самые сложные времена меня успокаивал обычный товарный учёт. Перебирая красивые дамские вещички, я чувствовала себя девочкой, которая играет в любимые куклы. Придумывает модели, обшивает и одевает их, ощущая истинное счастье.

– Красота! – Глаз радовался бантикам и кружевам. – Мы готовы к первой встрече.

Я вернулась к письменному столу и просмотрела бумаги со списками. Какую из этих леди я точно узнаю, встретив на прогулке? Выбрав имя, сложила лист и убрала в карман, а потом направилась на улицу.

– Обед ещё не готов! – заметив меня, поспешно сообщила Пелли.

Она склонилась над коробом с углями, на котором стояла наша единственная кастрюлька. Из дома выскочила Алиса с тяжёлым утюгом в руках и поспешила к камеристке:

– Накидай мне щипцами углей. Надо разгладить шов.

Я же решила немного пройтись, чтобы разогнать кровь после длительно сидения, как взгляд наткнулся на яркий шарик в траве.

– Солнечно-жёлтый, как наши ленты, – я присела и коснулась пушистой головки цветка. – Похоже на одуванчик.

Сорвала соцветие и заметила, как стебель обильно выделил густой белый сок.

– Хм…

Помнится, раньше я выкапывала корни одуванчика, мыла и натирала на мелкой тёрке, чтобы выдавить сок. Если этот сок поставить в печь на пару часов, получался натуральный каучук. Я делала из него прыгающие шарики, чтобы детям было весело. А что, если попробовать пластинки? Будут ли они тянуться? Можно ли использовать в белье? Узнаю лишь опытным путём.

Глава 20

От мыслей об удобных резинках меня отвлёк весёлый голос Пелли:

– Хозяйка, обед готов!

Услышав это, Алиса пулей вылетела из дома и уселась прямо на крыльце. Протянула руки и нетерпеливо сжимала и разжимала пальцы, пока не получила свою тарелку.

Девушка напомнила мне Нину. Моя вторая дочь была такой же юркой и непостоянной. В детстве она могла часами тихо играть с куклами, а потом вдруг подскочить и носиться по дому с колготками на голове, издавая при этом клич индейцев.

Даже позже, когда подросла, непосредственность и спонтанность остались при ней. Нина прилежно училась, но после школы превращалась в разрушительный ураган энергии. Мне приходилось улаживать проблемы, которые возникали с недовольными соседями.

«Ваша Нина сломала велосипед моего Толика!»

То, что при этом дочь умудрилась научить сына-увальня соседки держаться на велосипеде, ни слова.

«Нинка снова испачкала мои простыни! Скажите ей не трогать бельё, которое сушится на улице»

О том, что моя дочь спасла из водостока котёнка и, завернув в простыню, отнесла к ветеринару, соседка упустила из виду.

Такой была моя вторая дочь. Добрая и шебутная! Поэтому никто не удивился, когда её выбрали для программы обмена студентами. Скрепя сердце я отпустила своего ребёнка в чужую страну, но вернулась из США уже другая Нина.

С того дня я ни минуты не переставала жалеть о своём решении.

Может, поэтому так хотелось защитить Алису? Её робкие проявления непосредственности были очень похожи на те, что Нина начала показывать лишь спустя месяцы после возвращения домой.

– О чём вы так глубоко задумались? – полюбопытствовала Пелли.

Вынырнув из воспоминаний о прошлой жизни, я грустно улыбнулась и сообщила ей:

– После обеда доедем до королевского парка. В это время там много прогуливающихся. Может, удастся встретить леди Голдри? Помнится, раньше это было её любимое место.

Повернулась и обратилась к Алисе:

– Хочешь поехать с нами?

Девушка подавилась кашей и закашлялась.

– Разве ей не опасно покидать этот район? – заволновалась Пелли. – Вдруг Алису узнает?..

Она не закончила мысль, но я и так догадалась, что добрая женщина имела в виду жестокого мужа, от которого сбежала наша юная помощница. Мне же не хотелось, чтобы девушка вела жизнь затворницы. Уверена, что ей самой тоже не терпелось глотнуть воздуха свободы. Поэтому предложила:

– Ты притворялась мальчиком. Даже волосы не пожалела, рискуя репутацией! Но я сделаю так, что ты действительно будешь выглядеть, как мальчик. Забинтую грудь, добавлю объёма плечам. Но самое главное – вот эта деталь!

Продемонстрировала ей то, что в нашем мире узнали бы с первого взгляда. Удивлённая девушка позволила надеть на себя маску для лица, которую я сшила для неё.

– Что это? – растерянно спросила Алиса.

– Буду говорить всем, что у моего слуги аллергия на пыльцу, – охотно пояснила ей. – Поэтому на улице ему приходится носить такую повязку. Тебе удобно?

Алиса покрутила головой, будто думала, что маска упадёт, а потом ответила:

– Наверное… Непривычно.

– Леди, вы невероятно находчивы! – восторженно воскликнула Пелли. – Я бы не смогла придумать ничего подобного.

Я оставила правду о том, что всё было придумано до меня, при себе. И поторопила помощниц, ведь нам предстояло долгое время идти пешком, чтобы покинуть улочку, а после ещё необходимо найти наёмный экипаж.

Добирались до самого популярного парка столицы мы не меньше двух часов. Заплатив извозчику, я огляделась, решая, с какой из множества дорожек нам начать, как вдруг услышала голос, смутно показавшийся знакомым:

– Серебрена? – И тут же прозвучало громче: – Леди Драконар!

Прогуливающиеся пары начали останавливаться, оборачиваться и эмоционально переговариваться, глядя в нашу сторону. Я догадалась, что всеобщее оживление произошло из-за меня, ведь в этом мире мало кто разводился. Но теперь осознала, что даже не предполагала, насколько сильным будет осуждение общества.

Обыватели рассматривали меня с брезгливым любопытством, от которого по спине поползли колкие мурашки. Будто это я изменила, а не Талинр! Мы привлекали всё больше внимания, люди собирались в группы, и Пелли, испуганно вжав голову в плечи, прошептала:

– Леди… Может, уйдём?

На миг меня посетило такое же трусливое желание, но я поджала губы и выше подняла голову:

– Нет. Если сбежим, будет много хуже. Люди невероятно жестоки к слабым и беззащитным. Нам придётся показать силу, чтобы выжить.

– А если силы нет? – тихо уточнила Алиса.

– Тогда изобразим её, – твёрдо ответила я и обернулась, глядя на ту, что нарочно прокричала моё имя во всеуслышание, и с преувеличенной радостью воскликнула: – Голдри? Какая приятная встреча!

Мне не впервой обнимать врагов. За долгую жизнь приходилось часто наступать себе на горло и улыбаться тем, кто мечтал вонзить мне нож в спину и не скрывал этого. Не все битвы можно выиграть, действуя открыто. Чаще всего это скрытая борьба, похожая на сложную партию в шахматы. Эта женщина явно затаила на меня обиду, но она мне нужна. Очень нужна!

Поэтому я стремительно подошла к растерявшейся Голдри и пожала ей руку, показывая, как счастлива видеть. А после посмотрела на спутника леди, который стоял, опираясь на трость, и произнесла:

– Прошу прощения, господин. Я так давно не виделась с подругой…

При этом слове Голдри застыла изваянием.