Ольга Коротаева – Семь невест некромага (СИ) (страница 36)
— Как раз поэтому и поэкспериментировала, — вызывающе ответила я. — Что тебе терять?
Севир провёл ладонью по волосам:
— Мою идеальную причёску!
Я заметила впереди пару волков и воскликнула:
— Смотрите! Это Лежка… и Аноли.
— Кажется, у них всё в порядке, — весело проговорил Генрих и, быстро оглянувшись, напряжённо добавил: — Не переживай, я заранее попросил Аноли привезти восстановительные зелья для инкуба… — Я хмуро посмотрела на инститора, и он поспешно добавил: — Прости, что подверг твоего брата опасности, но мне было необходимо поймать Данью на месте преступления.
Отвернулась к окну и, сжав челюсти, смотрела, как мягко бегут по улице загипнотизированный волк и мёртвая волчица. Если я сейчас хоть что-то отвечу инститору, мы снова поругаемся.
— Если бы ты оставалась в гостинице, как я и просил, — не унимался Генрих, — Данья от бессилия кусала бы локти в своём поросячьем домике, а Вукула заявился бы на кладбище, где мы с некромагом подготовили для волколака ловушку…
Я опустила голову и всхлипнула: если бы я послушалась Генриха, может, Багира осталась бы жива?
— Но Генрих, — неожиданно вступился за меня Севир, — вины Мары в провале не так уж и много. От ведьмы не зависело появление случайных факторов… — Я удивлённо вскинула голову: от некромага поддержки я ожидала в последнюю очередь. Севир загибал белоснежные пальцы: — Второй неизвестный зверун, уловивший мой призыв. И то, что страж убил собаку, считая её Даньей, на самом деле удача… Иначе ты бы лишился важного свидетеля ещё раньше, к тому же не смог доказать мне, что зверун — предатель и вор. — Он криво усмехнулся: — И тогда я бы не упустил возможности использовать силу ведьм для воскрешения истинной любви…
— А почему не стал этого делать? — сорвалось у меня с языка, но некромаг проигнорировал вопрос.
С подозрением покосилась на затылок Севира. В шаге от исполнения своего плана, некромаг вдруг отступил. Не странно ли это? Или инститор пообещал что-то значительное, или перед Севиром открылась возможность получить нечто большее. По спине поползли мурашки при мысли, что придётся какое-то время провести рядом с этим опасным человеком… нечеловеком… некромагом!
Генрих притормозил, когда машина поравнялась с парочкой. Аноли остановила своего волка. Инститор вышел из машины и, приблизившись к Красной птице иллюзий, коротко кивнул. Аноли соскользнула с волка, губы её зашевелились, но о чём они говорили, расслышать никак не удавалось. Я распахнула дверь и вылезла из автомобиля, твердя, что хочу лишь убедиться, что брат в порядке. Покосилась на неподвижную волчицу, поспешно отвела взгляд от её стеклянных глаз и натянуто улыбнулась Лежке:
— Ты как?
— Гораздо лучше, — кивнул инкуб.
Я обошла Багиру и, осторожно прикасаясь к чёрной шерсти, на которой ещё остались алые искры, напряжённо прислушалась, но Аноли говорила слишком уж тихо. Брат ехидно проговорил:
— Так приятна забота сестрички!
Я вздрогнула и недовольно посмотрела на инкуба:
— Генрих сказал, что тебя не так просто убить, и я ему верю.
— Я тоже, — невесело усмехнулся Лежик. — Только поэтому и согласился на кровопускание. Ох, Эрос! И как же мне теперь жить? Благословенное неведение в прошлом, и теперь в каждом волке, в каждой кошке я буду видеть потенциальную угрозу…
Я внимательно посмотрела в тёмные глаза брата и тихо спросила:
— Так ты действительно не знал?
Лежик скривился, и мне стало неловко за своё недоверие. Я похлопала инкуба по плечу и, виновато улыбнувшись, вновь посмотрела на инститоров.
— Интересно, о чём они говорят? — понимающе спросил Лежик. Я ощутила, как заалели щёки, но упрямо помотала головой. Инкуб ухмыльнулся: — Знаю, что интересно! Аноли рассказала мне. Не понимаю, почему Генрих от тебя скрывает, что…
Подалась вперёд, чтобы не пропустить ни слова, как на плечо легла рука Севира, и я вздрогнула от неожиданности.
— Не стоит совать нос не в свои тайны, — холодно проговорил некромаг, и я зло заскрежетала зубами: сам бы он не лез! Севир погладил загривок Багиры и, вытащив кинжал, прикоснулся алым навершием ко лбу волчицы: — Скорее всего, вы с брюнеткой отправитесь верхом. Чтобы нежить не пострадала в дороге, не давай ей пить.
Лежик кивнул, а я невольно проследила, как из кровавого камня вылетело облако красных искр и, окутав волчицу, осело на чёрной шерсти. Вспомнила, как в воздухе проявились очертания волколака, и сердце замерло.
— Это действует только на нежить? — напряжённо уточнила я.
— Разумеется, — высокомерно отозвался Севир. — Ты же видела, что магическая пыль не задела никого из живых…
— Но Вукулу оно окутало! — воскликнула я. — Почему? Волколак… умер?
При мысли, что Вукула стал нежитью, мне стало дурно. А вдруг он умер ещё тогда, когда я пыталась спасти его с помощью меча инститора? Волколак мёртв, а то, что продолжает ходить в его теле, пытается разрушить систему контроля магии. Кожу на голове стянуло от ужаса…
— Он не жив, — равнодушно ответил Севир. — И не мёртв. Такова участь стражей. Каждый из них умирает, как только прикасается к оружию, в котором заключена душа волколака. Стражи становятся пленниками мёртвой стаи… Всё это очень похоже на то, как появляются некромаги.
От неожиданного откровения некромага я затаила дыхание, и даже разговор Аноли с Генрихом перестал меня волновать, но Севир смолк и понимающе улыбнулся:
— Я не стану раскрывать тайн, Мара… Во всяком случае, сейчас.
— Не больно-то и интересно, — разочарованно фыркнула я, и некромаг иронично покачал головой.
К нам подошёл Генрих:
— Аноли и Лежик отправятся в столицу на волках. — Я покосилась на некромага, но его бледное лицо казалось бесстрастным. Такое ощущение, что Севир легко просчитывает каждый наш шаг, и это настораживало. Генрих продолжал: — Мы забираем Забаву и выезжаем, а Олдрик привезёт ведьм в Крамор…
— Нет! — воскликнула я.
Инститор нахмурился:
— Мара, не сейчас…
— Именно сейчас! — горячо возразила я. — Я не дам ведьм в обиду! Только не в Крамор!
— И куда прикажешь их вести? — раздражённо спросил Генрих. — В гостиницу? Это небезопасно.
— А давайте ко мне! — с придыханием предложил Лежик.
— Нет! — рявкнули мы одновременно с Аноли, и инкуб виновато сжался. А я добавила: — Если ты привезёшь в свой дом сразу шестерых девушек, с меня твои жёны скальп снимут! Пусть Олдрик везёт их ко мне…
— В однушку? — хмыкнул Генрих. — Где кухонька с пятачок, и всего полторы тарелки?
— Ничего не полторы, — пробормотала я.
— Добила уже и эти? — иронично уточнил инститор, и я обиженно насупилась.
— Тогда, может, ко мне? — спокойно предложил Севир, и у меня отвисла челюсть.
— А у тебя есть квартира в столице? — заинтересовался Генрих.
— Дом, — скромно ответил некромаг.
— А почему тогда живёшь на кладбище? — полюбопытствовала я.
— Там гораздо комфортнее, — хищно улыбнулся некромаг. — Ближе к земле, к праху…
— Там может, навеки останешься там? — с надеждой спросила я и покосилась на меч, лежащий в машине: — Мы, так уж и быть, поможем… Прах к праху!
Севир широко улыбнулся и подмигнул:
— Если только с тобой… и силой семи ведьм, заключённой в этих прелестных ручках!
Он подхватил мою ладонь и, стянув перчатку, поднёс к своим губам с намерением поцеловать, но Генрих резко хлопнул меня по руке.
— Ай! — Я недовольно потёрла ноющую кисть, но непослушные губы расплывались в улыбке: видеть ревность инститора было чертовски приятно. — Больно же!
— Не позволяй никому трогать тебя за руки, — напряжённо приказал Генрих и, опустив взгляд на мои полупрозрачные ладони, задумчиво добавил: — Неизвестно, как поведёт себя сила…
Улыбка сползла с моих губ: так он не приревновал, а лишь побеспокоился о силе ведьм?
— Если бы я мог испить эту силу, — понимающе проговорил некромаг, — я бы не стал тянуть. — Он протянул мне перчатку и насмешливо покосился на инститора: — Так вы принимаете моё приглашение?
Генрих сухо ответил:
— Нет! Чем скорее мы попадём в Крамор, тем будет лучше для всех.
— Встретимся там, — отрывисто проговорила Аноли. Она посмотрела на Генриха и многозначительно добавила: — Я позвоню Олдрику, предупрежу его…
— Главное, не отступай от плана, — оборвал её Генрих. — И постарайтесь наследить побольше.
Аноли, криво ухмыльнувшись, запрыгнула на волка, и направила его по дороге, а Лежик послушно двинулся следом. Волки ускорили шаг и быстро удалялись, а я не могла понять, что же меня так тревожит: то, что инкуб беспрекословно отправился с женщиной, которую боится до чёртиков, или то, что Аноли потащила с собой возлюбленного, который только что потерял так много крови? Или то, что я сама так легко отпустила брата? Генрих нетерпеливо потянул меня за локоть: