Ольга Коротаева – Сама себе хозяйка, или Развод с драконом (страница 4)

Сжала кулаки и выпрямила спину, а Фирран улыбнулся и предположил:

— Думаю, она не видела в вас соперницу, поэтому не стала тратить силы на ещё одно «несчастье». Я ждал, что однажды чёрная вдова оступится, и вот момент наступил. Самоуверенность Ноар сыграла с ней злую шутку, ведь это подарило мне шанс на месть.

Я застыла, глядя на него широко распахнутыми глазами.

— Месть? — постепенно понимая, что произошло, поражённо прошептала: — Так вы не случайно оказались неподалёку от нашего дома?

— Я знал, что сегодня вас попросят уйти, — спокойно признался он и добавил со всей серьёзностью: — Повторюсь — я на вашей стороне! Вы можете полностью мне доверять, Эленари.

— Тогда рассказывайте! — ледяным тоном потребовала я. — Что вы задумали?

В это время повозка, покачнувшись, остановилась, а магистр произнёс:

— Лучше покажу, и вы сами всё поймёте.

Он распахнул дверцу и выскочил из повозки, а потом подал мне руку. Опираясь на неё, я осторожно спустилась на землю, подняла взгляд и замерла при виде старинного каменного родового склепа.

Надпись гласила, что здесь покоятся останки предков драконьего рода Эстелар.

Глава 7

Спускаясь по старым каменным ступеням, я держалась за локоть магистра и невольно ёжилась от сырости, которая царила здесь. Казалось, что потусторонний холод пробирался под кожу и щекотал душу, а вокруг кружили невидимые глазу живых призрачные тени тех, кто уже покинул этот мир.

Подул сквознячок, и магический огонёк, что освещал нам спуск, замерцал, на стенах затанцевали причудливые тени. Я порывисто выдохнула, и изо рта вырвалось облачко пара. Заметив это, Фирран положил ладонь поверх своей, прижимая мою руку к своему предплечью и проникновенно произнёс:

— Вы помните, что произошло на площади, Эленари? Неужели не верите, что я смогу вас защитить от простейших призраков?

Я уцепилась за возможность отвлечься от потусторонних шорохов и мерещащихся шепотков:

— Кстати, а почему вы помогли мне?

— Вы могли пострадать под колёсами экипажей или копытами лошадей, — он пожал плечами. — Ваша жизнь слишком дорога!

«Моя жизнь дорога постороннему человеку больше, чем моим детям и их отцу?»

Сердце сжалось от боли, и я, прикусив нижнюю губу, замолчала. Лестница осталась позади, и мы подошли к потемневшей от времени деревянной двери. Окованная железом, она казалась совершенно обычной, но стоило Феррану прикоснуться, как по поверхности прокатилась волна алых искр. Защитная магия!

Как-то в наш дом проник воришка… То есть, попытался проникнуть. Наткнувшись на его останки, я узнала, как ужасна и беспощадна такая сила. Машинально отпрянув, спрятала лицо, инстинктивно уткнувшись в плечо магистра, а мужчина сделал вид, что не заметил этого. Лишь предупредил:

— Там ступенька, не споткнитесь.

Толкнул дверь, и раздался протяжный скрип. Когда магический огонёк скользнул внутрь склепа, вокруг нас сгустились тени. Переступив порог, мы вошли в просторный подвал, стены которого сверкали сотнями драгоценных камней. От сияния магии, отражающейся в многочисленных гранях, стало нестерпимо светло.

Заметив, что посредине стоял каменный гроб, я удивилась:

— Разве драконов не сжигают в магическом пламени?

— Верно, — кивнул магистр и неторопливо подвёл меня к гробу. — Всех предков рода Эстелар по завершению жизненного пути обращали в пепел, который под воздействием давления магической силы становился камнем. Как видите, стены склепа щедро покрыты ими.

— Тогда почему здесь стоит гроб? — поинтересовалась я и предположила: — Вы не позволили уничтожить тело, чтобы в будущем оно послужило доказательством преступления чёрной вдовы?

Фирран обжёг меня тёмным взглядом, от которого перехватило дыхание, но тут же снисходительно улыбнулся:

— Позвольте показать, что внутри.

До того, как я успела запротестовать, магистр вытянул руку и, раскрыв ладонь, выпустил ослепительную магию. Сияющей плетью она обхватила каменную крышку и сдёрнула, будто та ничего не весила.

В гробу лежала красивая молодая девушка, и по её внешнему виду я бы ни за что не сказала, что она мертва. Нежная кожа, розовые губы, тёмные ресницы, — казалось, незнакомка крепко спит.

— Сирини Эстелар, — глядя на неё, горько произнёс магистр. — Моя ученица и дочь лучшего друга.

Погладил девушку по волосам, будто она была его дочерью… Или возлюбленной? Нет, это вряд ли! Фирран показался мне порядочным человеком. Такой не стал бы соблазнять дочь лучшего друга.

— Мне стоило насторожиться, когда внезапно погибла её мать, а Данэль повёл себя, как будто ничего не случилось, — с печальной улыбкой поведал магистр. — Но я не заострил на этом внимания, полагая, что друг не желал показывать истинные чувства. Но через месяц после похорон он вдруг объявил о свадьбе, и меня это удивило. К сожалению, в то время шли экзамены, я не смог вырваться из академии и поговорить с ним. А после бракосочетания у Данэля не осталось времени на друзей.

Он отвернулся от гроба и, приблизившись к стене, дотронулся до ярко-синего камня.

— Казалось, Сирини была в восторге от мачехи, — проводя кончиком пальца по отполированной грани драгоценного кристалла, продолжил магистр. — Она часто рассказывала, что они общаются будто подруги, но однажды внезапно перестала посещать занятия. Вскоре пришла весть о кончине Данэля. Я поспешил в его дом, но попасть внутрь мне не удалось. Дайна продала его через сутки после смерти мужа, мотивируя поспешную сделку невыносимым горем.

Уронив руку, он обернулся и, глянув на меня, криво ухмыльнулся:

— Золото, которое она получила за дом, исчезло без следа.

У меня затылок сковало льдом от мысли, как стремительно Ноар уничтожила чьё-то счастье, обратив его в бездушное золото. Неужели так же произойдёт и с моей семьёй?

— Я потратил несколько месяцев, прежде чем смог найти Сирини, — глухо сообщил Фирран. — Но было слишком поздно. Девушка полностью утратила магию и лишилась второй ипостаси. Она слабела с каждым днём, жизнь утекала капля за каплей. Так и не вернувшись в сознание, однажды перестала дышать.

Я быстро вытерла покатившуюся по щеке слезинку и отвернулась, не в силах смотреть на прекрасную юную девушку, перед которой был открыт весь мир. Грудь сжало тисками страха за моих девочек.

— Что Дайна сделала с бедняжкой? — шёпотом спросила магистра.

— Неизвестно, — болезненно скривился тот. — Даже я не сумел обнаружить причину, по которой драконица лишилась второй ипостаси.

— Невыносимо жаль девочку, — вздохнула я. — Так рано умерла!

— Она не умерла, — неожиданно заявил Фирран и пояснил: — Душа покинула тело, это правда, но благодаря моей магии оно дышит, и сердце бьётся.

Мужчина вдруг стремительно приблизился ко мне, и я невольно попятилась, но, коснувшись спиной стены и вмурованных в неё камней, отпрянула, едва не угодив магистру в объятия. Фирран сжал меня за плечи и проникновенно сказал:

— Если согласитесь, я сделаю так, что это тело станет вашим.

Глава 8

Первым порывом было желание сбежать, но я осталась на месте, понимая, что от мага не скрыться. К тому же история бедняжки Сирини впечатлила меня, и я по-настоящему испугалась за дочерей. Всё же одно дело внимать слухам, которые могут быть ложными, и совсем другое — видеть перед собой жертву настоящего преступления.

Справившись с нахлынувшим страхом, подняла голову и внимательно посмотрела в глаза магистру, который осторожно придерживал меня за плечи:

— Зачем мне это?

Мужчина тонко усмехнулся и убрал руки. Отступив, завёл их за спину и произнёс так властно, что сердце пропустило удар:

— Разве вы не мечтаете отомстить мужу за предательство? Неужели не переживаете за жизни своих дочерей? Позволите чёрной вдове уничтожить вашу семью?

Каждое его слово больно жалило, но я постаралась не показать истинных чувств, придерживаясь делового тона:

— Как чужое тело поможет мне предотвратить всё это?

Фирран опустил взгляд на девушку и тихо проговорил:

— Нам останется лишь догадываться, как скоро с вашими детьми начнут происходить несчастные случаи. Но вы можете вернуться в тот дом и помешать чёрной вдове…

Вскинув взгляд, кольнул меня им:

— В теле её падчерицы! Отказать нельзя, ведь у Сирини больше никого нет, поэтому госпоже Ноар придётся взять опеку над драконицей на себя.

От одной мысли, что я стану кем-то другим, сердце заколотилось, как сумасшедшее. Мысли путались, и меня бросало то в дрожь, то обдавало волной жара, и возрастные приливы здесь были не при чём. Я могу стать драконицей? Такой же, как мой муж? Жить столетия и обладать магией?

Помотала головой:

— Это невозможно! Я никогда не слышала, чтобы кто-то делал подобное.

— Право, мне обидно, что вы не верите в мой магический потенциал, — на миг скривился Фирран. — Неужели я стал бы предлагать вам это, будь у меня сомнения в собственных возможностях?

«И то верно».

На миг меня накрыло болезненным желанием согласиться. Если я стану молодой и красивой, Андиан вернётся? Искушение было слишком велико, но я не спешила соглашаться. Подняв руку, потёрла потускневшую метку истинной пары. Если она перейдёт к новому телу вместе с моей душой, то может вспыхнуть с новой силой, а следом за меткой воспламенятся угасшие чувства.

— Как только ваша душа покинет это тело, рисунок полностью исчезнет и у вас, и у господина Седри, — будто прочитав мои мысли, сообщил магистр. — Он перестанет быть супругом госпожи Эленари, и в процедуре развода отпадёт необходимость…