Ольга Коротаева – Няня для дракошки (страница 2)

– Нет-нет, – уверил он. – Ты не интересуешь меня как женщина.

– Господин верно говорит, – шептал слуга, – ведь у него нет отбоя от женщин. Неужели ты решила, что способна привлечь его внимание? Господин Лабатт предлагает тебе своё покровительство из жалости. Упустишь этот шанс и умрёшь этой же ночью. Разве что тебя примут в дом греха!

– Спасибо за вашу доброту, – решилась я.

Была б у меня возможность вернуться во времени назад, я бы лучше откусила язык. Два года, проведённые в этом доме, показались мне вечностью. Да, господин ни разу не прикоснулся ко мне как к женщине. Я была его игрушкой, бездушной куклой, тело которой он украшал по своему вкусу.

А сейчас эту игрушку у него захотели отобрать.

– Её?!

Лицо Иргана окаменело, верхняя губа приподнялась, как у хищного зверя, глаза сверкнули бирюзой, от которой у меня по телу побежали мурашки. Эта гримаса не предвещала ничего хорошего. Когда господин так злился на меня, я готовилась к самому худшему.

Но на гостя это не произвело ни малейшего впечатления. Он повернулся ко мне и снова окинул равнодушным взглядом с головы до ног.

– Да, её. В гостиной нет других женщин.

– Нет, – решительно выдохнул мой хозяин. – Попаданка только моя. Можешь приходить, когда захочешь, и любоваться ею…

– Сегодня вечером, – повысив голос, холодно перебил гость, – приведи ко мне девушку или же верни всю сумму. Разговор закончен.

Он направился к выходу, а я яростно вцепилась в поднос. Судя по тому, что пальцы Иргана сжались в кулаки и побелели от напряжения, он был не просто зол, а едва сдерживался от ярости. Что станет со мной, когда гость покинет дом? Я боялась даже предположить, что за ночь меня ждёт. Но ясно одно – чем бы она ни закончилась, для меня не будет ничего хорошего.

– Ах да. – Мужчина остановился у порога и, обернувшись, кольнул взглядом хозяина дома. – Игрушки должны быть целыми, иначе они потеряют свою ценность, верно?

А потом стремительно покинул гостиную.

Ирган развернулся на каблуках, и я с трудом удержалась на месте, хотя до ужаса хотелось бросить поднос и бежать. Знала, что нельзя, ведь это лишь спровоцирует зверя, потому приказала себе оставаться на месте. Будто вросла ногами в пол.

Казалось, я смотрела в глаза голодному тигру. Миг, и он бросится, растерзает человека, обглодает до костей. Секунда, две. Минута…

И тут мужчина расхохотался. Прижав ладонь ко лбу, рухнул в кресло. Дверь распахнулась, и в гостиную вбежал новый камердинер.

– Господин!

Именно этот слуга уговорил меня поверить Иргану, а сейчас дорос до камердинера. С того дня он ни разу на меня не посмотрел и пользовался безграничным доверием своего господина.

– Вытряхни из шкатулок все побрякушки, – приказал хозяин дома и вскочил, тыкая пальцем в мебель. – Продай это, это, это… Всё, что можно вынести. Нет… Продай этот дом!

– Вы же знаете, что этого недостаточно, – простонал камердинер и заломил руки. – Отдайте девушку, господин, иначе попадёте в беду.

– Она моя.

Голос Иргана приобрёл тот особый тон, от которого у меня стыла кровь в жилах. Мужчина вскинул руку, и бирюзовые молнии окутали слугу с головы до ног чудовищным коконом, а когда тот распался, на полу осталось лежать бездыханное тело. Ещё одна сломанная игрушка.

Хозяин дома повернулся ко мне, и одно небо знает, чего мне стоило не сдвинуться с места или не уронить поднос. Вздохнув, Ирган устало повелел:

– Собирайся. Какое-то время тебе придётся пожить у проклятого дракона.

Глава 3

Собираться? В этом доме не было ничего, что хотелось бы взять с собой. Будь моя воля, я ушла бы отсюда в том, в чём появилась, но простое иномирное платье давно сожгли, а обуви на мне не было. Но как бы ни хотелось всё бросить, мне не дали. Слуги бережно упаковали в сундуки все мои проклятые чёрные платья, косметику и даже драгоценности, которые мне дарил господин.

Игрушку передавали со всем гардеробом.

Стало зябко, и я поёжилась, глядя на дверь.

– Тебе холодно? – бесстрастно спросил Ирган.

– Нет, господин, – опустив ресницы, проговорила я.

– Тебе грустно? – Голос его понизился и завибрировал.

По телу прокатила ледяная волна – я знала этот тон. Лучше отвечать так, как ему понравится.

– Да, господин.

Но это была ложь. Я до потери сознания была счастлива покинуть этот проклятый дом! Но в то же время мне было безумно страшно переступать порог. Я два года не выходила на улицу, видела мир лишь из окна, да и то, когда было позволено. Что меня ждёт? Вдруг тот, кто меня забрал из лап этого монстра, окажется ещё хуже? Он же дракон!

Я едва могла дышать от охватившего ужаса и, поддавшись непонятному порыву, вдруг выпалила:

– Можно мне остаться, господин?

Иногда неизвестность страшит больше, чем уже понятный ад. Мне казалось, что я раньше не понимала этого, потому что была совсем другой. Несломленной… Возможно, я даже умела смеяться. Память ко мне так и не вернулась. Но сейчас вдруг до боли в груди захотелось оставить всё как есть. В конце концов, Иргана я изучила и знала, чего от него ожидать.

Господин Лабатт вдруг улыбнулся мне так же, как другим – тепло и доброжелательно. До этого он так делал лишь однажды, в нашу первую встречу, но гостям всегда дарил своё безграничное обаяние. На меня мужчины смотрели с восхищением, а их спутницы – с враждебной завистью. Кто бы поверил, что этот человек – монстр?

Но сейчас Ирган вдруг проявил ко мне толику тепла. Подошёл и прижал к широкой груди. Я на миг закрыла глаза, сдерживая дыхание, чтобы не ощущать запах мужчины. Поначалу он казался приятным, но со временем стал ассоциироваться с болью.

– К сожалению, нет. – Господин Лабатт погладил меня по голове, словно собаку, которую подобрал на улице и приручил. – Но обещаю, что скоро ты вернёшься домой. Ведь ты моя!

Во мне от его слов всё перевернулось, душа металась, не зная, чего хочет. Я была в совершеннейшем смятении, то дрожала от ужаса перед неизвестностью, то сжималась в страхе, что снова придётся терпеть издевательство этого монстра со светлыми волосами и тёмной душой.

– Тебе пора, – вздохнул Ирган, неохотно выпуская меня из объятий. – Садись в карету, тебя отвезут.

– Разве вы не поедете со мной, господин? – удивилась я.

– Не доставлю Драгану такого удовольствия, – болезненно скривился тот, но тут же снова улыбнулся. – Скоро я приеду за тобой. Жди.

Я помедлила несколько секунд, раздираемая демонами ужаса между знакомым злом и неизвестным, но всё же двинулась к выходу.

– Ты мне дороже всех денег мира, – неожиданно услышала откровение Иргана и обернулась. Похоже, мужчине было приятно моё промедление, но он не знал всех обуревающих меня чувств, да и не хотел, ведь я – игрушка. – Знай это.

– Хорошо, господин, – послушно ответила я.

Набрав в грудь воздуха, вынырнула в воздух, наполненный тысячами незнакомых запахов. Дверь за спиной захлопнулась, и этот звук одновременно обрадовал и напугал меня. Вздрогнув, я сжала пальцы в кулаки и направилась к карете, возле которой суетились слуги.

По традиции на меня никто даже не взглянул. Я сама забралась внутрь и облегчённо перевела дыхание, оказавшись в замкнутом пространстве. Похоже, за два года я заработала агорафобию… Я знала это слово и его значение, но не помнила откуда.

Карета тронулась, и я закрыла глаза, пытаясь дышать глубоко и ровно, чтобы замедлить бешеное сердцебиение. За время, проведённое в этом кошмарном доме, я научилась управлять своим телом и мастерски скрывать истинные чувства. Стала настоящей куклой, красивой и спокойной.

Думала, что мне будет любопытно посмотреть, как живут люди в этом мире, что я буду наблюдать за ними из окна кареты, как из комнаты господина, когда он разрешал посмотреть на улицу, но нет. Никто не запрещал, но желания не возникло. Наоборот, я задёрнула шторы и, обхватив себя руками, вздрагивала на каждой кочке.

Наконец, пытка закончилась – карета остановилась. Дверь открылась, и я увидела новое лицо. Пожилая женщина в простом платье и с яркими рыжими волосами приветливо улыбалась мне, разглядывая с искренним интересом. Я не привыкла к такому, поэтому быстро опустила глаза к полу.

– Позвольте вам помочь, госпожа, – весело предложила служанка моего нового господина.

– Спасибо, но я сама, – с трудом сдерживаясь, чтобы не отшатнуться от протянутой руки, резко проговорила я. Избегая смотреть на женщину, вышла из кареты. – Покажите, пожалуйста, куда идти.

– Сюда, госпожа. – Голос её прозвучал озадаченно и несколько обиженно.

Я смотрела себе под ноги, когда поднималась по широкой лестнице, и насчитала пятьдесят две ступеньки до того, как служанка сказала:

– Добро пожаловать в дом господина Драгана Этвеша, госпожа Златослава. Прошу, располагайтесь в гостиной, я пока отнесу наверх ваши вещи. Скоро вам предложат согревающий напиток.

– Благодарю, – деревянным голосом ответила я.

Будто кукла, на негнущихся ногах вошла в дом, где меня ожидала ужасающая неизвестность. По сторонам смотреть не хотелось, и я сразу направилась к диванчику, на который и села, глядя на стену перед собой. Там висела картина, изображающая всадника, чья тёмная лошадь неслась во весь опор.

«Ненавижу чёрное».

Я опустила глаза на яркий ковёр и застыла, прислушиваясь к тишине дома. Она была до дрожи похожа на ту, что царила в доме Иргана.

– Ваш напиток.