Ольга Коротаева – Моя мачеха – иномирянка (страница 2)
– Па-па! – плаксиво вскрикнула Лонси, и личико её некрасиво исказилось. – Сделай что-нибудь!
– Если бы я мог, – нервно сжимая рукоять меча, процедил седовласый воин.
– Ваше имя, сейра!
Потребовалось несколько секунд, прежде чем я поняла, что этот вопрос был задан мне. Но ответить не успела – за меня это сделал «жених».
– Сейра Стенси.
– Согласны ли вы… – Слова священника пробивались ко мне будто сквозь вату. – Взять в мужья соэра Кендана Драко, быть с ним в болезни и здравии, в горе и в радости, любить и уважать его, пока смерть не разлучит вас?
В голове звенело, и хотелось верить, что всё это – фарс. Я посмотрела на своего спасителя и подумала, что он меня использует, чтобы избежать брака с этой визгливой красоткой. А значит, я ему тоже не нужна. После церемонии разойдёмся, как в море корабли. Не знаю, что это за место, но я выберусь из этой передряги! А брак… Наверняка он не имеет законной силы в моей стране.
Обдумав всё это, я решительно кивнула.
– Согласна.
Блестящее кольцо без каких-либо камней и украшений село на мой безымянный палец как влитое. Я надела такое же, но крупнее, своему мужу.
– Перед богами и людьми, – торжественно произнёс священник, – объявляю вас мужем и женой.
Лонси в сердцах топнула и, подхватив юбки, убежала в слезах. Гости расступались, пропуская её, некоторые даже посмеивались вслед. И мне очень не понравился тяжёлый взгляд, которым наградил нас её отец. Будто обещание. Чёрная метка. Смертельная обида. С этого дня моему спасителю лучше не ходить в одиночестве тёмными переулками…
А мне бы убраться отсюда как можно быстрее.
Я машинально оглянулась на Кендана и заметила, как дёрнулся уголок его чётко очерченных губ, а глаза сверкнули торжеством. По шее поползли мурашки. Ему всё это нравится?! Впрочем, меня дела секты не касаются. Я едва сдерживалась, чтобы не побежать, когда мы с новоявленным мужем шли по живому коридору и слушали пожелания гостей.
Но, стоило нам выйти из замка, я повернулась к Кендану.
– Спасибо вам. Можно попросить ваш телефон? Если его у вас нет… э-э, по идеологическим причинам, подскажите, где я могу позвонить. Мне нужно связаться с моими друзьями, чтобы выслали мне денег… – Я сжала ладонями гудящую голову. – Ох, я и предположить не могла, что превращусь в героя «Иронии судьбы»! Кстати, а сюда можно вызвать такси?
– Следуй за мной, жена, – холодно повелел мужчина и начал быстро спускаться по длинной веренице ступенек.
Внизу стояла карета, запряжённая четвёркой потрясающих гнедых. Явно дорогих и породистых. Точно, эти люди наверняка отказались от благ цивилизации. Желая жить ближе к природе, катаются на лошадях и не пользуются сотовой связью.
– Может, он сразу до аэропорта меня подвезёт? – шепнула я и поспешила следом за «мужем».
– В мой замок, – приказал Кендан вознице и открыл мне дверцу. – Садись.
Вздрогнув, я отступила и быстро огляделась.
– Но…
Перед замком, где нас только что поженили, раскинулись поля, за которыми темнел лес. Единственная дорога не была заасфальтирована, а по линии горизонта, как ни приглядывалась, я не заметила очертаний города. Значит, цивилизация очень далеко.
Идти пешком – не вариант. Отправиться в замок к «мужу» – тоже. Лучше уточнить у людей, которые работают на этих чудиков, как они добираются. А для этого мне нужно остаться.
Я осторожно спросила:
– Всё позади. Вас не заставляют жениться, мне никто не угрожает… Разве вы не отпустите меня?
– Разумеется, нет, – жёстко проговорил Кендан и, подхватив меня на руки, нетерпеливо засунул в карету. Уселся рядом и захлопнул дверцу. – Ты теперь моя жена. Трогай!
Глава 2
Ещё сутки назад я и подумать не могла, что снова стану чьей-то женой. Тогда я стояла на сцене, перед глазами мелькали цветные пятна – ничего невозможно было разглядеть от слёз счастья.
– Спасибо моим дорогим друзьям…
Мой голос звучал так громко, что звенело в ушах, – то ли колонки были близко, то ли я действительно была оглушена неожиданной победой. После годичного перерыва в творчестве я могла рассчитывать лишь на приз зрительских симпатий, и то потому, что наступал год дракона.
Но скульптура была создана вовсе не к этому событию.
Я начала работу над ней ровно через год после дня, когда рухнула моя жизнь. Распался брак, исчез человек, который был для меня целым миром. Счастье рассыпалось разноцветным конфетти. Всё, чего я достигла, потеряло свою ценность. Как в сказке, золото в руках превратилось в черепки…
Я думала, что не выстою. Боль от утраченных иллюзий и бесконечные преследования коллекторами измотали меня. В тот день, год назад, я была готова сдаться. Но в минуту отчаяния, когда я плакала на улице у новогодней ёлки, кто-то подарил мне печенье с предсказанием.
«Твою жизнь изменит дракон».
Прочитав строчку, я едва не впала в истерику. Мою жизнь уже растоптал дракон. Бывший муж был им по гороскопу. Может, предсказание о том, что он вернётся и исправит причинённое мне зло? Нет, ему на меня плевать. Это я за фиктивным браком увидела чувства. Романтичную дурочку использовали и бросили умирать…
И тут что-то изменилось.
Ёлка оставалась такой же зелёной, украшающие её шары – блестящими, снег – колким, но мир стал как будто светлее. Когда все поднимали бокалы под бой курантов, я взяла в руки инструмент, к которому год не прикасалась.
Названа скульптура была не просто так.
Этот дракон стал моим возрождением. Он олицетворял меня. И в минуту триумфа будто ожил, расправил свои крылья. Под бурные аплодисменты мне вручили сверкающую хрустальными гранями статуэтку и золотистый конверт.
Чек на сумму, которая могла меня спасти.
Предсказание сбылось ровно через год.
Мою жизнь действительно изменил дракон!
Я спустилась по ступенькам со сцены и попала в объятия Наташи.
– Ты молодец, – шепнула подруга. – Семён Михайлович гордился бы тобой! Декан всем тебя ставил в пример, и вдруг ты всё бросила… Я так за тебя счастлива!
Затем меня стиснул в кольце рук её парень.
– Не задирай нос, Стуся, – пророкотал он насмешливо. – В следующем году приз возьмёт моя Наташка, и мы поедем отдыхать на острова!
– Кто тебя с работы отпустит? – шутливо фыркнула я и высвободилась. – Пациентов-то скоро прибавится. Мне теперь работать незачем!
– Ты не уволишься, – добродушно хохотнул Вадик. – По своим девочкам скучать будешь…
И тут на нас надвинулась людская лавина, мне сунули в лицо микрофон, хорошо поставленный голос быстро произнёс:
– Констанция, это правда, что основная ваша работа не связана с творчеством?
– Правда, – приобняв меня за плечи, ответил мой коллега. – Благозенко – незаменимый специалист в своей области. Она лучший массажист в детском реабилитационном центре. Уверен, все её маленькие пациенты прилипли к телику и визжат на всю палату, узнав свою любимицу…
– Хотите что-нибудь сказать вашим подопечным, Констанция? – перебили его, микрофон почти коснулся моих губ.
Я не видела собеседника из-за слепящего прожектора, но это было не важно. Посмотрела в направлении, где, по моему мнению, должна быть камера, и улыбнулась.
– Два года назад мне пришлось продать мастерскую. Но год назад я вернулась к творчеству. Днём работала, а после дежурства возвращалась к дракону…
«Чтобы не ощущать себя одинокой неудачницей, которую обманули и бросили».
– …Как бы ни устала, я бралась за стек и работала до тех пор, пока не засыпала с инструментом в руке.
– Вам было тяжело? – скороговоркой выпалил репортёр. – Почему вы не сдались?
– Из-за моих пациентов… – Губы мои задрожали. – Эти дети борются с болезнью и не отступают, даже если очень тяжело или больно. У них я научилась быть стойкой.
«Научилась заново жить».
– Эту награду… – Я подняла статуэтку. – Я передам в центр реабилитации, как и самого дракона…
– Но только после праздника, – перебили меня. Оттеснили в сторону, слух уловил быстрые чёткие слова: – Скульптура, которая получила гран-при, будет украшать банкетный зал крупнейшего торгового центра столицы. В праздничную ночь планируется торжественный банкет, куда приглашены самые…
Толпой нас отнесло от камер ещё дальше, и голос потонул в шуме.
– Кстати, ты пойдёшь на банкет? – с горящими глазами спросила Наташа. – Говорят, там будет только элита! Постарайся завести полезные знакомства, ведь теперь ты признанный скульптор!
– Ты же знаешь, я этого не умею и учиться не собираюсь, – пожала я плечами, и, когда она возмущённо топнула, продолжила: – Может, ты мне поможешь?