Ольга Коротаева – Миссия попаданки: пройти отбор! (СИ) (страница 27)

Но кетчеры позади меня собрались кружком и всерьёз обсуждали, как атаковать противника. Поодаль от нас застыли столбами кетчи. Все хозяева обителей, включая Повелителя Мадин, наблюдали за выполнением последнего задания отбора. Выслушивая предложения девиц, одно другого ужаснее, я посочувствовала несчастным повстанцам. Повернулась и спросила:

– А что им надо?

– Что ты имеешь в виду? – растерялась Циковия.

– Раз возмущаются, значит, драконам что-то не нравится, – рассудительно объяснила я. – Раз не нравится, то требуют это изменить. Так каковы их требования?

– Разве это важно? – отмахнулась Циковия. – Нам нужно лишь подавить бунт.

Другие же девицы надменно зафыркали, мол недалёкая фири ничего не понимает. Я же пожала плечами и предположила:

– Разве то, что задавили, не вылезет в другом месте… и ещё страшнее? Или вы в юности прыщей не давили? – В ответ на недоумённые взгляды претенденток, весело рассмеялась: – Не говорите, что в Мадин нет прыщей! Тогда это не мир, а рай!

– Нужно объединить силы, – решительно сказала Кизония. – Тиария, ты впереди. Драконы обители Дисалья издавна славились огневой мощью. Синафия с сёстрами заходят слева, Акридия и остальные справа. Окружим бунтовщиков и уничтожим!

Я даже невольно залюбовалась девушкой в этот момент: и величественный поворот головы, и прямая спина, и суровый взгляд, – истинная Повелительница! Но вот её методы мне не понравились совсем, поэтому промолчать не смогла. Высоко подняла голову и громко спросила:

– Они враги, чтобы их уничтожать? – Обвела девушек строгим взглядом. – Они такие же мадинцы, как и вы. Со своими мечтами и бедами. Если вам что-то не нравится, вы же говорите об этом. Почему им нельзя?

– Потому что они подданные, – высокомерно посмотрела на меня Кизония. – А мы их кетчи!

Мол, молчи, смерд! Да, не простила она мне уединения с Фаром, не простила. Похоже, теперь я у кетчеры такой же враг, как и те несчастные драконы. Меня записали в бунтовщики и при первом удобном случае применят тактику «окружить и уничтожить». Причём сама Кизония, разумеется, и крылом лишний раз не махнёт. Такие, как она, всё делают чужими руками. Хвостами и крыльями… Так почему бы не сыграть на этом?

– Такими темпами вам не останется над кем кетчествовать, – ухмыльнулась я и посмотрела на девушек: – Синафия, да? Пойдёшь на бунтовщиков грудью и огнём! Браво! Как и Акридия… Обойти и ударить с тыла – какой великолепный план! Вот только один вопрос. Когда вы будете уничтожать будущих подданных, которые посмели не быть безмолвными табуретками и что-то там потребовали, что будет в это время делать сама Кизония? Контролировать процесс? Это значит, кетчера останется в безопасности и будет наблюдать, как вылетают из отбора её соперницы: кого собьют, кого сожгут, кого сожрут… Вы этого хотите?

Я мельком взглянула на Фара, будто в поисках поддержки, да так и застыла. Он смотрел на меня с таким восхищением, что сердце пропустило удар. Зардевшись, я быстро повернулась к Циковии: что я там хотела сказать?

– Э… Циковия! Твой брат стал бы отсиживаться в безопасном месте, пока идёт сражение?

– Да как ты только могла подумать?.. – возмущённо начала было кетчера.

– Вот именно, – оборвала я девушку и покосилась на алого от злости Виса. Похоже, кетча даже предположение возмутило до глубины души. Шерсть встопорщилась, надо пригладить: – Кетч Арм-Вис храбр и отважен, он будет возглавлять своих… как там? Анитоков! Так же у вас называют командиров воинов?

– Надеюсь, ты не намекаешь, иномирная фири, – вкрадчиво уточнила Кизония, – что я посылаю других кетчер вперёд, чтобы спрятаться за их крыльями?

– Не намекаю, – многозначительно хмыкнула я.

Судя по лицам кетчер, всем понятно, что я говорю об этом без всяких намёков. И что это правда. Девушка едва не позеленела от злости и, не перенеся колючих взглядов соперниц, вздёрнула подбородок:

– Не так легко быть Повелительницей, кетчера Ульяна! Часто придётся принимать жестокие решения, и жалость к горстке драконов может погубить весь мир!

– Нежелание слушать своих подданных, – тоже повысила я голос, – может привести страну к краху ещё быстрее. Это называется диктатура. Не знаю, как в Мадин, а в моём мире насилие ещё ни разу не привело к процветанию.

– Что ты предлагаешь? – тронула меня за руку Циковия.

– Узнать требования и постараться решить проблему мирным путём, – решительно произнесла я.

– Ну так узнай, – недобро сощурилась Кизония. – Что? Струсила?

Я усмехнулась: ну детский сад, манная каша! Понятно, что для Кизонии я теперь враг номер один и судя по тому, как реагируют другие девочки, единственный конкурент… Можно так выразиться, если не пересчитывать камни на наших коронах. Претендентка из обители Флунар мечтала, чтобы я исчезла в том самом «ничего», о котором говорил Фар. И тем самым освободила бы ей дорогу на отборе. Для меня же важно укрепить позицию лидера: я видела по растерянным взглядам кетчер, что они склоняются поддержать безумную идею Кизонии. Нельзя допустить этого!

Сама не знаю, почему было жаль несчастных драконов, которым даже мяукнуть нельзя, чтобы их не поджарили кетчи за попытку бунта. Мой отец всегда говорил, что дисциплина работает грамотно лишь в той войсковой части, где на командирском кресле сидит не жопа с ушами, а человек с мозгами… Вспомнив о папе, невольно улыбнулась: вот он всегда чутко прислушивался к мнению тех, кем руководил, умел разрешить любые, даже самые щекотливые ситуации. При этом не давал садиться себе на шею! Да, зачастую для этого требовались нестандартные подходы, на то она и армия! Главное – нельзя давить всё силой. Рано или поздно сжатая пружина распрямится с накопленной энергией и сломает того, кто на неё давил.

Но вот сейчас, когда смотрела на разделяющее острова расстояние, сглотнула подкатывающий к горлу ком. А если мои новенькие крылышки не справятся с поставленной задачей? А если драконы не послушают? Обрадуются десерту и сожрут редкий экземпляр под названием «фири»? Зачем мне так рисковать своей жизнью, которую только-только снова даровали мне волшебные камни? Неужели исключительно для того, чтобы не лишиться Ар-кетча?

Снова оглянулась на Фара: дракон задумчиво изучал меня и, видимо не был уверен, как я поступлю. Скользнула взглядом по другим кетчам: Арм-Вис всё ещё злился и, если бы мог жечь глазами, я давно бы превратилась в фири-гриль. А вот в сторону Арм-Мота даже смотреть не хотелось: этот старик мысленно уже расчленил меня, сжёг и выпил вино, смешанное с моим пеплом. Передёрнула плечами: вот бы с кем я с удовольствием больше никогда не встречалась! Но если я выживу в этом испытании и стану женой Фара, то придётся… Судорожно вздохнула. Нет, не только пропасть страшила меня.

Я думала, стоит ли Фар того, чтобы ради него не только рискнуть раскрыть крылья, но и остаться жить в Мадин? Никогда не видеть ни друзей, ни родителей, отречься от мечты стать знаменитым танцором… Умереть для своего мира! Этот вопрос холодил мне душу и сжимал ледяными когтями сердце.

Сейчас передо мной выбор, и это не привычный путеводный камень «направо-налево», а две совершенно разные жизни. Фар не станет удерживать меня, даже оставит Ар-кетч, он сам намекнул на это. Судя по нескольким обронённым словам, для умного и внимательного дракона не секрет, почему я увязалась за ним в Мадин. Вот только пока я гонялась за камнем, кажется, по пути обронила своё сердце.

Вспомнила, как Фар спас меня в образе дракона и на острове подставил шею под мои ладони, благодарно принимая ласковые поглаживания. Или как терпеливо объяснял суть политической обстановки в Мадин. И как защищал, всегда находился неподалёку или посылал Эйч-Ду. Даже связанный странным мадинским этикетом, разыскивал способ поддержать меня: словом или делом. А танцы в лучах заката над парящим островом? Полюбовалась на переливающееся кольцо на своей руке и прикусила губу: а как жарко целовал! Сердце затрепетало в груди, щёки опалило.

Я не знала, что выбрать: бороться за то неизвестное, ещё только зарождающееся, или предпочесть синицу, то есть Ар-кетч, в руке? Что бы посоветовал мой отец? Он всегда обнимал маму и говорил, что у него есть надёжный тыл. В лице жены. И лишь благодаря незримой заботе и поддержке он готов не только горы сворачивать, но и воевать с ветряными мельницами несовершенных законов. Лишь насыщаясь любовью мамы, он испытывал желание заботиться о подчинённых.

Дыхание перехватило: так вот почему мне хочется оградить драконов от беды? Неужели, получив от Фара бережную заботу, я захотела поделиться ею с другими? Это же значит… Я покосилась на Повелителя и судорожно вдохнула. Хватит обманывать себя, Улька! Ты полностью и без остатка умудрилась влюбиться в это существо. В какой бы ипостаси ни был Фар, он нравится мне так, что взгляд не замечает возможных изъянов.

– Хорошо, – наконец ответила я Кизонии. – Я сделаю это.

Лицо кетчеры вытянулось от изумления: Кизония явно не ожидала от меня решительных действий. Мне же было всё равно, что думает обо мне мадинка, мнение бунтующих драконов интересовало гораздо больше. Сжав челюсти и стараясь не обращать внимания на ледяные пальцы страха, сжавшие затылок при первом же шаге, я раскрыла крылья и полетела на парящий остров.