Ольга Коротаева – Мама из другого мира, или Замок в стиле хай-тек (СИ) (страница 34)

Её голос звенел тревогой более сильной, чем просто беспокойство за друга. И даже за любимого. Я понимала, что стражи ценят Устина, как самого сильного, и полагаются на него. Великий и ужасный. Как, должно быть, тяжело выносить этот груз.

Поддавшись импульсу, я поднялась и обратилась к женщине из света:

— Э. Простите, Флоренс. Меня зовут София. Неприкаянная душа, помните?

— Конечно.

— Это я. Случайно, конечно! Устин пострадал из -за меня. Я стараюсь сделать замок более удобным, но не всегда получается. Иногда бывают несчастные случаи.

— Понятно, — нервно рассмеялась женщина, но я ощутила, что напряжение спало. — Ты поосторожнее, дорогая. Энтузиазм похвальный, но безопасность хозяина и его дочери должна быть превыше всего!

— Простите, — покаялась я и хитро улыбнулась мужчине. — Но мне кажется, хозяин нарочно позволил это.

— Как так? — удивилась Флоренс.

— Неужели вы думаете, что такой сильный маг не сумел бы защититься? Когда я была в живом мире, моя подруга часто делала вид, что ей нездоровится, когда хотела денёк или два отдохнуть дома.

— О! — Тон женщины изменился, тоже стал более игривым. — Понимаю. Устин, отдохни как следует. Как ты знаешь, после грозы они долго не смогут проникнуть в Шаад. Устрой себе хороший отпуск! Но сначала узнай, как там Бэтрис.

— Договорились, — буравя меня взглядом, ответил маг и сжал пальцы.

Луч погас, и показалось, что в зале наступила ночь. Когда глаза привыкли к естественному освещению, я погрозила Устину пальцем:

— Вы обещали. — Посмотрела на девочку и подмигнула. — Кажется, нам пора планировать, как мы проведём выходные. Есть идеи?

— Конечно... — с энтузиазмом начала Анита.

— У меня есть, — сурово осадил её отец. — Починить стены замка и укрепить их. Сейчас ваши познания о цементе и прочем будут как нельзя кстати, София.

— Вот тебе и отпуск, — буркнула я.

Но это было больше для вида. Я прекрасно понимала, что Устин благодарен мне за «алиби», пусть и в своей собственной манере выразил это. Хорошей манере! Вскользь похвалив мои навыки и знания, дал понять, что я здесь необходима. Есть от чего стать счастливой!

А маг тем временем глубоко вдохнул и снова разжал пальцы. Я с тревогой отметила, что луч, который ударился в сверкающий металл, был заметно слабее, но тем не менее контакт состоялся.

— Устин.

Голос Бэтрис был слаб, и по лицу мужчины скользнула тень беспокойства.

— Ты пострадала?

— Жить буду, — проворчала та старушечьим голосом. — Эти ваши снаряды абсолютно бесполезны. И как ты мог поддаться очарованию заблудшей души, не понимаю.

— Они не бесполезны! — повысив голос, перебил её Устин.

Не ожидая от мага подобной реакции, даже я вздрогнула.

— Ты снова будешь её выгораживать? — взвизгнула женщина. — Я чуть не погибла, положившись на эти шары. Эта твоя София бесполезна, как и её идеи.

— Ошибаешься, — процедил Устин. Он заметно побледнел, но продолжал выпускать силу в пол, освещая залу. — Она не только умна и находчива, но и обладает магией.

Что?

То ли это эхо, то ли этот вопрос задали одновременно мы с Бэтрис... Котом, Януарием и даже Офигейро!

— А то, — неожиданно мягко усмехнулся Устин и посмотрел на меня почти с восхищением. — Она остановила магнеров простым стеклянным шаром.

— Не простым, — запротестовала я. — Анита его зарядила!

— Вообще-то ты перепутала. — Девочка лукаво глянула на меня исподлобья и достала светильничек, в котором искрилась розовая магия. — Вот он. Ты схватила погасший. Но он сработал!

Внезапно ощутив слабость в коленях, я уселась на металлический пол, который торжественно отозвался «Одой к радости».

Глава 40. Упрямство передаётся по наследству

— Ещё раз.

Устин стоял, широко расставив ноги, и смотрел на меня так, будто я делаю что-то ему назло. Но это не так! У меня уже ныло всё тело, а руки буквально отваливались, потому что вместо того, чтобы ремонтировать замок, мы занимались непонятно чем.

Глубоко вдохнув, я с досадой метнула стеклянный шарик, и он, ударившись о камень, отскочил резвым мячиком прямо в кота. Вальдемар прижал уши и пригнул голову, над которой просвистел незаряженный снаряд.

— Осечка, — довольно проворчал кот. — Снова. Но на этот раз ты едва не попала. В меня! Тебе надо быть добрее, София.

Усевшись, он принялся важно вылизываться. Офигейро подбадривающе отсалютовал мне топором, а Януарий вальяжно пролетел над ним, нежно шипя:

— Ты с-справиш-шься!

— Ещё раз, — сурово приказал Устин.

Он стоял неподвижно, как скала. И лишь сильнее хмурил брови.

Анита радостно всучила мне ещё один шарик и улыбнулась так гордо, что сердце на миг замерло.

— Постарайся.

Это послужило последней каплей.

— Да нет во мне магии! — не выдержав, простонала я и погладила малышку по голове. — Я понимаю, что тебе хочется думать иначе. Но я совершенно обычный человек. Да, у меня есть знания. Кстати, пока твой папа пытался развить во мне меткость, я придумала, как нам украсить детскую комнату. Когда мы восстановим стены, разумеется. Но я не волшебница!

Посмотрев на Устина, весь вид которого выражал непоколебимость, я поймала взгляд настолько грозный, будто я нарочно делаю всё, чтобы у меня не получилось. Но сдаваться я не собиралась.

— Да вы сами говорили, что от меня одни проблемы, — напомнила ему. — Даже амулет охранный на меня повесили.

— Что я сделал? — удивился маг и, когда я коснулась алого камня, поджал губы, будто сдерживался. Судя по тому, как глаза его заискрились, кажется, мои слова мужчину позабавили. Усмехнувшись, Устин пояснил: — София, это всего лишь подарок.

— Ой, не надо! — недоверчиво фыркнула я. — Уверена, это либо отслеживающий камень, либо ещё что-то в том же духе... Иначе почему он едва не обжёг меня, когда вы отправляли неприкаянную душу из Шаада?

Он перестал улыбаться и явно о чём -то задумался, а я щёлкнула пальцами, выдвигая новую идею:

— Может, именно в нём разгадка моей эпической победы над магнерами? В критической ситуации и сработала магия амулета, а я ни при чём. — Я кивнула с довольным видом: — Да, такое часто в кино показывают!

— А что такое кино? — заинтересовалась Анита.

— Тебе бы понравилось, — обрадовавшись возможности улизнуть от бессмысленных упражнений, переключилась я. Что поделать, мне никогда не нравилась физкультура. — Это очень интересно! Будто ты со стороны смотришь на чужую жизнь. Лишь на самые яркие моменты, которые показывают на экране. Нет. Ты же не знаешь, что это. Допустим, через окно.

— Вот бы посмотреть, — мечтательно протянула девочка.

— Можно устроить! — воодушевилась я. — Сделаем сами. Не кино, конечно. Начнём с мультика. Это будто картинка в книжке ожила. И мы нарисуем.

— Если вы отдохнули, — холодно перебил Устин, — то попробуйте ещё раз.

Я мученически вздохнула и жалостливо посмотрела на Аниту.

— Твой папа всегда такой тиран?

— Да, — гордо похвалилась она. И добавила: — Я тоже думаю, что дело не в кулоне. Это кристалл Замирья, он отбивает дух неприкаянной души. Папа дал тебе его для того, чтобы магнус не лез.

Я снова обхватила камень на груди и затаила дыхание. Точно! Я же чужая для Шаада, гостья из живого мира, куда так стараются пробраться магнеры. О том, что они собираются сделать с людьми, я старалась не думать. Слово «ресурсы» меня сильно напугало. До сих пор под ним подразумевалось нечто вроде ценных металлов. Материальное! Но Устин ясно дал понять, что речь о живых людях, которых (кроме стражей) в Шааде нет.

И это навело меня на идею, проверить которую я могла лишь в разговоре с магом. Желательно наедине, чтобы не пугать ребёнка. Да, Анита знает и повидала больше меня, но я упрямо стремилась сделать так, чтобы у девочки было детство. Игры, сказки, радужные мечты... Суровая реальность, которую обрушивает на дочь Устин, никуда не денется. Но пусть останется за спинами взрослых.

— Сколько раз мне нужно бросить шарик, чтобы вы убедились в моей профнепригодности как мага? — собирая с земли сверкающие стекляшки без искр магии Аниты, деловито уточнила я. — Скажите, Устин, я выполню это. Десять? Двадцать? Пятьдесят? Г оворите, у меня ещё картошка не окучена и цемент не замешан!

Оглянулась на мужчину и вопросительно приподняла бровь.

— Одного достаточно, — неожиданно отступил он.

— Кто вас покусал? — изумилась я. — Хочу знать носителя вируса доброты. Вальдемар, твоя работа?