Ольга Коротаева – Академия оборотней: нестандартные. Книга 4 (СИ) (страница 21)
– Что за бред? – фыркнул он. – Я не мальчик по вызову. – И неожиданно признался: – Меня прислали, чтобы собрать информацию о должностных нарушениях Одана и несоответствии вервульфа должности ректора.
Хорошо, что я сидела. Стояла бы – точно присела, не глядя куда.
– Ёжики замороженные, – пробормотала я. – Да тут каждый за себя и против всех, мозг вывернуть можно…
– Это политика, детка, – ухмыльнулся Рольер. – Обычное дело.
Я посмотрела недоверчиво:
– И ты… действительно собираешь компромат на ректора?
– Угу, – проворчал он. – И торчу тут почти месяц? Шутишь? Да я бы и за два дня накопал Одану на две отставки подряд.
У меня от сердца отлегло.
– Честно? Как я рада! Но что ты тогда делаешь?
– Жду, – спокойно ответил верпант. – Кто же…
– …Сделает первый шаг, – закончила я за него и поёжилась. – Почему у меня чувство, что ко всем нам скоро придёт большой и пушистый песец?
– Да я и не уходил.
Услышав голос Гольдара, я вздрогнула и посмотрела на мужчину с изумлением:
– Вы?!
– Только что предчувствовала моё появление, а теперь удивлена? – усмехнулся он. Приблизился и, бесцеремонно приподняв веко, заглянул в глаз: – Как себя чувствуешь?
– До сих пор было сносно, – я отстранилась и потёрла веко. – Что вы себе позволяете? – Обернулась на спокойного Рольера. – Но почему он здесь? Ты же его крысой называл, я подумала…
– Я всегда называю вещи своими именами, – выгнул маг светлую бровь.
– А я вот не всегда, – ощущая, как онемели губы, пробормотала я. – Точнее, всё реже и реже из-за кое-кого, вечно убегающего. – Подняла взгляд на Гольдара и ответила на вопрос: – Чувствую себя слегка приколдованной, обычно веду себя, будто выросла во дворе, и лишь… – Я решила не выдавать Вемуда, ограничившись присутствующими, закончила: – Но лишь с вами разговариваю нормально. Как обычная я.
– Всё отлично, – удовлетворённо улыбнулся песец. – Так и должно быть.
– Простите, но не соглашусь, – возразила я и прошипела: – Я даже сейчас высказываюсь, как приколдованная Увоном. Привычка, наверное.
– Гольдар, объясни, – потребовал Рольер.
– Мне тоже интересно, – добавила я. – Такое ощущение, что я безадресный бегунок, который ловят все, кому не лень, но лишь для того, чтобы снова использовать.
– Что тут объяснять, – пожал плечами песец. – В любой проблеме ищите женщину. А как нашли, то сделайте из неё источник проблемы. И пока все внимание будет приковано к красотке, станет легко провернуть любую интригу.
– Проблемка, – возразила я. – Нужна красотка, а я под описание не подхожу.
– "Красотка" образно, – беспечно отмахнулся Гольдар. – Женщина, которую нельзя не заметить и трудно игнорировать. Мне даже искать не пришлось, в академии только о тебе и говорят!
– И вы решили сделать из меня громоотвод? – нахмурилась я. – Но для чего? Чтобы запутать серых кардиналов и отвлечь единорогов?
– Ты был прав, – уважительно отозвался Гольдар и глянул на Рольера. – Девчонка не глупа.
– И, раз вы здесь, а самого короля Увона нет, – я поднялась и, заложив руки за спину, принялась ходить по комнате, – то ставку вы сделали на молодого Вемуда. Вы его охраняете?
А вот теперь они оба замолчали и переглянулись. Я продолжила:
– Но, раз делаете это тайно, то, думаю, вас не устраивает хвост Душана на троне. Желаете воспользоваться неопытностью Вемуда, занять место его отца и рулить миром оборотней сами? Что это вас перекосило? Неужели, хотите дождаться, когда молодой верфокс перестанет вести себя, как повеса и захочет править как истинный король?
Мысль моя росла и развивалась, обрастала подробностями и новыми догадками.
– А в это время кардиналы делают ставку на сына Одана, который сумел осадить даже единорогов. На Белой же горе пристально следят за Земко, который уже едва не перевернул мир… – Похолодев, я без сил опустилась на стул: – И все трое делают это ради меня.
От понимания, что нашу дружную компанию снова пытаются использовать в политических играх и, сделав парней врагами, натравить друг на друга, перед глазами на миг потемнело.
– Значит, в центре шахматной доски я, такая приметная и необычная даже для нестандартных. – Посмотрела на мрачное выражение лица Рольера и добавила: – Стою как приманка. Не только для озвученных, но и для ещё одной стороны. Пока невидимой, но явно не последней в споре за покачнувшийся трон. Это не люди – они стараются держаться в стороне от магии. И не нестандартные. Эта часть оборотней разобщена и не может постоять за себя. Это…
От понимания похолодела спина:
– Ведьмы? Те, кто присутствуют незримо и влияют осторожно, не проявляя себя до поры до времени. Кто предпочитает действовать через ловушки и избавляться от врагов тихо, по одному, не привлекая внимания.
Глядя прямо перед собой, я пробормотала:
– Неужели поэтому Маар целый год прятала Росаю? – Сердце неприятно кольнуло, мне всегда нравилась чокнутая ведьма с волшебной косой, но сейчас я посмотрела на произошедшее на первом курсе под иным углом. – Чтобы не допустить объединения единорогов и верфоксов, ведь уже тогда не было секрета, кто на фоксфаке обладает огненной магией.
Я сжала кулаки:
– Не она ли попыталась меня убить? Руками Янви, которая утверждала, что ничего не делала. Но все поверили Маар… Она же тича! Всё началось уже тогда? Когда в академии среди привычных оборотней появилась я. Как неизвестный козырь.
Мир шёл трещинами и рушился на глазах. Те, кому я доверяла, вдруг меняли лица, а тем, кого боялась или презирала, оборачивались положительными сторонами. Застонав, я схватилась за голову:
– Что же это? Почему я?!
– Действительно хочешь знать или предпочтёшь благое неведение? – тихо спросил Гольдар.
Я удивлённо воззрилась на песца, но кивнула.
– Хочу знать.
Тот взял стул и сел напротив меня. Положив локти на колени, подался вперёд.
– У ведьм существует легенда, что раз в сто лет рождается хаос. Существо, в котором живёт кусочек истинной магии, изначальной силы. Магия, которая может разрушить этот мир. Ведьмы не просто так коллекционировали нестандартных. Они искали капли хаоса и пытались подчинить их себе. Когда существо хаоса входит в магическую силу, начинает колебаться пространство и возникает напряжение. И это всегда приводит к…
– Гольдар, – осадил песца Рольер. – У девчонки и так чересчур богатое воображение.
Но я закончила:
– К войне. Одан так и сказал, что лишь в моих силах остановить надвигающуюся войну. Но ни словом не обмолвился, как это сделать.
По щеке поползла слеза, и я её зло оттёрла. Рольер со вздохом взял песца за шкирку и стащил со стула. Уселся сам и обхватил мои ладони.
– Найка, посмотри на меня, – сурово потребовал он. – Всё, что сейчас напридумывала и что наговорил тебе мистер крыса, дели на десять. Ясно? Первое – неизвестно, в ком прячется капля хаоса. Это можешь быть и не ты.
Я скривилась:
– С моим везением? Это однозначно я! Рольер, сам подумай. Я девочка, которая ещё и мальчик. Там где, я постоянно что-то происходит…
– Потому что у тебя характер такой, – с улыбкой прервал меня маг. – Ты всегда носишься так, будто села на ежа. Полна идей и страсти перевернуть этот мир ради какого-то одного судьбой обиженного оборотня.
– Хаос в чистом виде, – поддакнул Гольдар. – И это было слишком очевидно. Все решили, что капля в тебе. Увы, я тоже попался. Но Рольер прав, скорее всего, это не так.
– Как не так? – я удивилась так, будто мне сказали, что небо красное, а мне голубой цвет лишь мерещится. – А в ком тогда?
– Вот поэтому я вынужден был оставить короля Увона и торчу здесь, – раздражённо проворчал Гольдар. – Все были уверены, что ты носитель. Как ты и сказала, мальчик в девочке и все шишки твои. Но когда Его Величество наложил на тебя заклинание послушания, ничего не изменилось. Мир продолжает содрогаться от нестабильной магии хаоса.
– То есть, – нахмурилась я. – Меня заколдовали не для того, чтобы управлять Вемудом, а чтобы усмирить нестабильную магию? Так её можно контролировать?
– И использовать! – поднял песец указательный палец. – Тебе же рассказали о ведьмах.
– Но это должно быть очень опасно! – ахнула я.
– Смотря, в чьих руках окажется хаос, – величественно объяснил Гольдар. – Даже самое опасное оружие можно обратить на пользу миру. Но верно и то, что простейшее заклинание с хаосом может оборвать множество жизней.
Я с подозрением посмотрела на мужчин и с лёгкой хрипотцой, от волнения появившейся в голосе, спросила:
– А кто стоит за вами? Вемуд ещё молод, Душан при академии, Увон не здесь. От чьего имени вы действуете?
– От своего, – высокомерно отозвался Гольдар. – Я сам по себе песец, свой собственный. Стою на страже трона и традиций!