Ольга Коротаева – Академия оборотней: нестандартные. Книга 2 (СИ) (страница 32)
Верфокс взглянул неожиданно хмуро и проговорил:
– Знаешь, Дэп, я об этом даре тоже не просил. Вот прекрасно бы обошёлся без него. И пока никто не знал об этом, жил великолепно. Отец не стремился к власти, дядя не видел во мне угрозу, а кузина была хорошим другом. Всё это растаяло с первой же магической искрой, и пришлось уехать из дворца. Мы с верпантом на самом деле весьма похожи – оба не хотим неприятностей.
Дэп выпустил грустного лиса и поёжился. Он не понял и половины сказанного, но ощущал, что пора уходить, поэтому уступил мир Найке.
– Маар справилась очень быстро, – криво улыбнулся Вемуд. – Поздравляю с возвращением Дэпа.
– Откуда знаешь про Маар? – машинально спросила я, переваривая откровение верфокса.
– Я ждал тебя у здания академии, – понурился Вемуд. – Увидел тичу и рассказал про отбор. Ведьму Ровьюр вызвал, а сам он сейчас у Земко.
Я схватила его за руки и вскрикнула:
– Что случилось?! Почему?!
Сердце пропустило сразу несколько ударов и зашлось в невероятном беге, спина похолодела. Нет-нет! Рольер же остановил кровь, верпант обещал, что единорог не сильно пострадал. Неужели ему хуже?
– Нормально всё, – морщась, вырвался Вемуд. – Но эта их связь рода… Когда Земко получил удар, вся Белая гора на дыбы встала! И, конечно, поставили на уши всех, до кого дотянулись. В итоге Гшан сбился с ног, Хекья уехала с отчётом на Белую гору, Ровьюр не отходит от Земко ни на шаг, а отца вызвали на высший королевский суд по делу о нападении принца, то бишь меня, на единорога…
– Что? – не поверила я своим ушам. – И это всё за те два часа, что я спала?
– Более того, – мрачно добавил верфокс. – Единороги официально отказались от моей кузины и разорвали помолвку, тебя снова наградили званием невесты Земко. Так что прости, но нам придётся расстаться. Снова! Не быть тебе моей королевой… Да и мне королём. Во всяком случае, до окончания академии! Нападение на единорога карается тремя годами условно. И это еще послабление для особы королевских кровей.
– Отличные новости! – прижимая руки в груди, ощущая биение сердца, прошептала я. – А как Земко? С ним всё в порядке?
– Увы, – вздохнул Вемуд. – Даже жаль, что придётся отказаться от тебя на три года из-за небольшого ожога! Знал бы, что он закроет тебя, пульнул бы сильнее.
– Вот же, – разозлилась я и, схватив верфокса за нос, потянула на себя, – саламандра недощипанная! Ещё раз заискришь без спросу, так по лбу рыжему звездану, что из глаз молнии зелёные метать научишься! Одни проблемы от тебя! Почему Душана одного вызвали в этот королевский суд? Прихватил бы тебя.
– Прихватил бы, – извернулся лис, – да он же не знает, что я здесь!
– Жаль, – буркнула я. – Надо было рассказать.
– Найка, привет! – Нас окружили верфоксы. Урвук дёргал меня за ухо, Котир тряс руку, а Денор хлопал по спине. – Ты жива! Ты здорова! Ох, а где ты пропадала? Говорят, ты теперь лисица! Покажи… Не стесняйся!
Дэп появился без предупреждения и, вызвав переполох в лисьем мельтешении, раскидал верфоксов. Вемуду тоже досталось, и он сбил приближающегося Койела. Парни покатились по траве, и когда Дэп уступил мне мир, перевела дыхание и прошептала:
– Вот это да… Я даже его не звала!
Верфоксы, ворча и кидая на меня косые взгляды, обещали накостылять парням со второго курса, которые жестоко прикололись над первокурсниками и навешали чернобурой лапши на рыжие уши. Койел поднялся и, отряхнувшись, подошёл. Притянув, крепко прижал к своей груди. Я даже пикнуть не успела, а вервульф прошептал:
– Рад, что ты в порядке.
– Жить надоело? – уточнила я, и Койел мгновенно отпустил меня, сделав шаг назад.
– Ты ещё злишься? – настороженно уточнил он.
– Нет, – усмехнулась я и предупредила: – Но Дэп сейчас очень нервный, лучше меня не трогать.
– Готова к баттлам? – спросил вервульф.
– Ага, – рассеянно кивнула я, – но сначала повидаюсь с Земко. Он пострадал этой ночью… Покажешь дорогу в лазарет?
– Сама найдёшь, – буркнул Койел и, развернувшись, быстро пошёл прочь.
– Сама так сама, – обиженно протянула я и, глядя в спину волка, вспомнила кровь на его плече. – Постой! – Догнала и, уцепившись за руку, спросила: – Ты в порядке? Как твоя рана?
Койел приподнял брови:
– Рана? – Криво усмехнулся: – А, твой укус… Заживёт.
– Заживёт?! – воскликнула я и, внимательно присмотревшись к тёмной рубашке, заметила пятна крови. – Ты даже не обработал? А ну идём в лазарет!
– Не пойду, – упрямо стряхнул мою руку Койел. – Хочешь видеть единорога – вперёд, но меня не втягивай.
– Да, я хочу увидеть Земко, – согласилась я, – но не менее сильно хочу помочь тебе. Не стоит так отмахиваться… Мало ли! Может, эта лиса ядовитая была… Хекья так отшатнулась от меня, когда узнала, что я анимагом стала, словно я прокаженная. Ну, идём же! Пусть Луанна тебя осмотрит, и мне спокойнее будет.
– А что? – заинтересовался Койел. – Волнуешься за меня?
– Разумеется! – подтвердила я. – Ты же мой друг.
– Да не друг я тебе, – снова разозлился Койел. – Как ещё объяснить?
Он вдруг схватил меня за плечи, потянулся губами… и поцеловал Дэпа в живот.
– Дэп носить, – ухмыльнулся Дэп и закинул вервульфа на плечо. – Волк говорить!
– Ладно, – обречённо согласился Койел. – Вон туда иди.
– Вот, – подытожила я, заботливо поправляя одеяло на постели бледного Земко, – так и получилось. Будешь ругать?
– Буду, – сурово проговорил единорог. – Ты теперь моя жена, все проблемы стали общими.
– Кстати, об этом, – поёжилась я. – А правда, что после настоящей свадьбы мне придётся уехать на Белую гору и разорвать связь со всеми друзьями?
– Конечно, – спокойно кивнул он и внимательно посмотрел на меня: – Ты сомневаешься, что любишь меня?
– Нет, – поспешно ответила я и неохотно добавила: – Но, признаюсь, мне не нравится такое суровое условие. Зачем это?
– Таковы правила, – ровно ответил Земко. Помолчал минуту и тихо пояснил: – У тебя есть ещё три года, чтобы проверить свои чувства, Найка. Если по окончании академии ты всё ещё будешь любить меня, то пойдёшь на гору. Если же Вемуд прав и всё это лишь моя проклятая магия, то…
Он замолчал и, сжав губы, отвернулся. Мне стало не по себе, я осторожно коснулась его руки:
– Земко, прошу, объясни, зачем так сурово? Разве нельзя будет жить, как все? Зачем тогда эти баттлы? Даже если меня заметят и пригласят на работу…
– Тебе не нужно будет работать, – раздраженно перебил Земко. – Достаточно быть моей женой, я обеспечу тебя. Твои родители получат хороший выкуп, брат – отличное предложение в хорошую фирму. Я устрою всё наилучшим образом. Ты станешь моим миром, а я – твоим. Только так.
– Сурово, однако, – проворчала я.
– Или, – Земко царапнул ревнивым взглядом, – ты всё ещё ощущаешь запах Койела?
Я замерла на миг, вспомнила их перепалку в домике человека и решила быстро сменить тему:
– Кстати! А что у тебя за штука во лбу светилась? Это же мне не примерещилось?
– Найка, – неожиданно рассмеялся Земко и болезненно поморщился. – Я же единорог…
– Так рог есть! – удовлетворённо кивнула я. – А почему раньше его не видела?
– И не должна была, – хмыкнул Земко. К моему удивлению, на щеках его заиграл лёгкий румянец. – И лучше не упоминать об этом на Белой горе…
– Погоди, – изумлённо перебила я. – Ты что, – недоверчиво покачала головой, – предлагаешь солгать? Тот, кто всегда сам требует наказания за меньший проступок?!
– Если тебя не спросят, – ещё сильнее смутился Земко, – то лучше об этом не говорить. Неженатые единороги не имеют права пользоваться силой рода. Это очень серьёзно. В худшем случае от меня отрекутся.
– О-о, – озадаченно протянула я. Похоже, то, что Земко сделал, чтобы привести меня в чувство, карается очень жёстко, и единорог действительно мучается от ощущения вины. Решила помочь и, обхватив его руку, проговорила: – Но мы же были женаты к тому моменту… Значит, ты ничего не нарушил.
– Но этот брак недействителен, – возразил Земко.
– Кто сказал? – приподняла я брови. – Лично я не слышала, чтобы его аннулировали. Я всё ещё считаюсь твоей женой.
Про себя отметила, что с единственным исключением: не хочу запираться на Белой горе. Даже мысль об этом холодит мне сердце. Но вслух ничего не сказала, зачем расстраивать Земко? Тем более что впереди ещё три года, чтобы смириться с необходимостью.
Единорог, казалось, вздохнул с некоторым облегчением, даже улыбнулся:
– Ты права. Пока брак не аннулирован, мы считаемся женатыми.
– А если так, – хитро покосилась я и наклонилась, – покажи его!