Ольга Коротаева – Агентство «Чудо-трава» (страница 12)

Пальцы мои судорожно сжали сотовый, а взгляд метнулся в сторону двери. Степан, сидя на моей кровати, выразительно приподнял брови.

– Так вы с Вукулой снова вместе?

– Нет. – Услышала я спокойный голос Генриха. – Волколак отказался от должности любовника ведьмы.

Зубы мои скрипнули, и я бросилась к двери:

– Убью гада!

Но на пороге маленькой кухоньки я замерла, и трубка выпала из моих ослабевших от изумления пальцев, а взгляд растерянно скользнул по цветастому фартуку, который охотник нацепил себе на талию. Генрих осторожно помешивал булькающее в кастрюльке варево, и носа моего коснулся приятный аромат сладкого молока.

– Сначала поешь, – холодно произнёс инститор, не отрывая взгляда от каши. – В доме ведьмы тебя вырвало желчью, значит, ты давно не ела.

Я невольно отпрянула, случайно наступив на ногу полицейскому, который последовал за мной. Степан ругнулся, а я настороженно спросила:

– С чего вдруг такая забота? – И тут меня осенило: – Отравить меня решил?

Губы Генриха на миг растянулись в улыбке, но лицо его тут же приняло холодное выражение. Кажется, моя идея ему понравилась. Я с подозрением покосилась на тарелку, которую инститор наполнил до краёв.

– Тебе потребуются силы, ведьма, – высокомерно произнёс он, и кастрюлька громыхнула в пустой раковине: – Во сколько сегодня придёт наш клиент?

– В три, – буркнула я, позволяя ему усадить себя на единственный табурет.

– Значит, стоит поторопиться, – произнёс Генрих, стискивая с себя фартук. Он выразительно посмотрел на Степана, который подхватил ложку из кастрюльки и сунул остатки каши себе в рот. – Лихо, позвони русалке и попроси связаться с волколаком…

– Вкусно, – недовольно пробубнил Степан, скрябая ложкой по краям кастрюльки. – Не мог и на меня приготовить? Я, между прочим, тоже не успел позавтракать…

– Что, даже не отравлено? – я приподняла брови, наблюдая, с каким удовольствием полицейский облизывает ложку. И перевела взгляд на инститора: – Вдвойне подозрительно…

– Лихо! – строго рявкнул Генрих, и ложка загремела в кастрюле.

– Уже звоню, – недовольно буркнул Степан.

Генрих нетерпеливо склонил мою голову к тарелке так, что волосы едва не попали в кашу. Я воспротивилась было, но инститор наклонился и прошипел:

– Набирайся сил, ведьма! И помни о своей части сделки. А после можешь голодать, падать в обморок и страдать по своему волколаку сколько захочешь. А сейчас соберись!

Я облегчённо вздохнула и подхватила ложку, каша оказалась действительно очень вкусной. Мне так никогда не приготовить. Я даже успела проглотить всё, что было в тарелке, пока Степан разговаривал с Забавой.

– Как она? – с набитым ртом прошамкала я.

Полицейский кивнул:

– Ещё отлёживается у Лежки в доме.

Я поджала губы: видимо, русалку совсем скрутило, раз брат притащил её к себе, не боясь ревности жён.

Инститор вопросительно посмотрел на меня:

– Ещё дом? За какой же ты платишь кредит?

Я отодвинула тарелку и усмехнулась, а взгляд мой скользнул по маленькой кухне, где трое человек едва не ходили по головам друг друга.

– Не твоё дело, охотник!

Степан хлопнул инститора по плечу.

– За дом братца, конечно, – коротко хохотнул он. – Надо же где-то размещать его жён и потомство…

– Ненормальный инкуб, – нахмурился Генрих.

Степан кивнул:

– Это точно.

Я взвилась:

– Да мой брат самый нормальный инкуб в мире!

Степан громогласно расхохотался, а Генрих саркастично усмехнулся:

– Правда, что ли? Мне нереально повезло! И русалка самая русалистая. И ведьма волшебная на всю голову…

Я подскочила, намереваясь рассказать инститору, кто он и куда может засунуть свой сарказм, как затрещал сотовый Степана. Улыбка растаяла на лице полицейского. Он протянул мне телефон, коротко сообщив:

– Вукула!

Я торопливо прижала трубку к уху:

– Вукула, срочно нужна твоя помощь! У нас есть всего пара часов и дубовый ключик…

Я замолкла, вслушиваясь в рваное дыхание волколака, и сердце моё забилось быстрее. Согласится ли Вукула?

– В роще через полчаса, – отрывисто бросил волколак, и я услышала короткие гудки.

Подняла глаза на Степана:

– Подбросишь до рощи?

Полицейский серьёзно кивнул:

– Высажу за квартал. Ближе не рискну. Прости…

Я криво усмехнулась: разумеется!

***

Я прижалась спиной к нагретому солнцем забору, а взгляд мой скользнул по хмурому лицу Генриха. Тот рывком вытащил сумку, и Степан захлопнул багажник. Полицейский сухо кивнул и торопливо вернулся на водительское сидение. Взревел мотор, и автомобиль быстро скрылся за поворотом.

Генрих наградил меня тяжёлым взглядом:

– Боишься?

Я спрятала за спиной трясущиеся руки и вздёрнула подбородок:

– Нисколько! А ты?

Инститор коротко усмехнулся, и глаза его весело сверкнули. Решительным шагом он двинулся в сторону зелёных дубов, а я понуро поплелась следом. Колени мои дрожали, а желудок скрутило, и каша грозилась вырваться на свободу при малейшей мысли о дубовой роще, которую даже полицейские предпочитали объезжать за несколько кварталов. Надо подумать о чём-то ином, иначе я просто сбегу… Комок снова подкатил к горлу, и я посмотрела на напряжённую спину Генриха.

– Впервые встречаю инститора, который умеет готовить, – деревянным голосом произнесла я.

Генрих иронично покосился на меня, и зубы его сверкнули:

– И много ты встречала инститоров?

Я невольно икнула и с ужасом покосилась на зелёные кроны дубов:

– Ты первый…

Генрих проследил за моим взглядом и понимающе кивнул:

– Как правило, первый инститор для ведьмы и последний.

Я ощутила, как с каждым шагом всё больше холодеет моя спина, и пробормотала:

– Не мой вариант! У меня лицензия, помнишь?

Охотник кивнул: