Ольга Корк – Ведьмочка по вызову, или Переполох в Снежегорске (страница 2)

– Я тебя предупреждал, что нужно летать по правилам. Есть же утвержденные воздушные коридоры! Маршруты! Знаки!

– И какой в этом интерес? – искренне удивилась Ванда, оглядывая открывавшийся вид.

Снежегорск и правда был прекрасен. Домики с крышами, покрытыми снегом, который мерцал в свете солнца; мостовые, подметенные до блеска; эльфы‑регулировщики в ушанках, размахивающие светящимися жезлами, направляя потоки снежинок. Кра‑со‑та!

– Смотри, Буря, вон фабрика снежинок! А вон лаборатория северных сияний! Мы же здесь ни разу не были!

– И я прекрасно понимаю почему, – проворчал Буря. – Нас сюда просто не пускали. А сейчас пустили. И знаешь из‑за чего? Потому что ты получила заказ для самого Волшебника Мороза! Это либо прославит тебя среди курьеров, либо приведёт к катастрофе. Я, зная тебя, как всегда, ставлю на второе.

В её небольшой потрёпанной сумке, ремешок которой был перекинут через плечо, лежал маленький хрустальный флакон с «Эликсиром Праздничного Настроения». От него зависело, хватит ли сил у главного… самого главного… ну, то есть самого‑самого главного начальника всех зимних праздников в самый ответственный момент.

– Не будь занудой! – Ванда потянулась к своей потрепанной сумке и вытащила маленький хрустальный флакон. Внутри переливалась фиолетовая жидкость. – Эликсир Праздничного Настроения! Без него главный начальник праздника не сможет работать. Это же так важно! Мне доверили!

– Доверили, – не унимался Буря. – На службе, помнится, тебе доверили в прошлом месяце доставить «Зелье Вечной Мерзлоты» для подтекающего ледника, а ты его перепутала с «Напитком Страстной Любви» для пары снежных барсов. До сих пор никто не понял, каким образом стандартное зелье в твоих руках смогло оживить часть ледника. Но учёные вон до сих пор смотрят, как тот самый ледник похаживает за миленькой льдиной и бросает на неё томные взгляды. А барсы? Вынуждены теперь драться за лучший кусок мороженого. И никакой им любви, да, Забавушкина? А я говорил на работе, что наш максимум – это развозить обычную почту. Доставлять немагические посылки. Лучше всего – по одной штуке за раз. Да, дольше, но зато надежнее!

– Это было одноразовое недоразумение! – вспыхнула Ванда, пряча флакон обратно в сумку. – А сегодня всё будет идеально. Ну что, готов сделать всё как положено?

Чуть наклонившись вперёд, Ванда послала метлу в полёт. Не стоило задерживаться с доставкой такого важного заказа – иначе Буся окажется прав. Снова. И заказчик разочаруется. А если в ней, в ведьме‑недоучке, разочаруется сам Волшебник Мороз, то на репутации можно ставить крест: не видать ей больше важных заказов!

Поэтому Ванда сосредоточилась и изо всех сил старалась лететь, соблюдая все правила полетов в воздушном пространстве над городом. Когда под ними показалась площадь перед резиденцией Мороза, Ванда громко крикнула – специально для Буси:

– Приземляемся!

Предупредив Бурю, она сделала крайне эффектный – и абсолютно ненужный – вираж и врезалась в большой, на вид самый пушистый сугроб у парадного входа в Резиденцию главы Снежегорска.

Буря успел взлететь в самый последний момент. Он уселся на ветку близстоящей ёлки и принялся отряхивать перья с видом глубоко оскорбленного достоинства.

– Я же говорил. Иди пешком.

– Зато весело! – рассмеялась Ванда, ни на секунду не расстроившись из‑за ворчания друга. Вместо того чтобы тратить время на уныние, она выбралась из снега и отряхнула свитер с ужасно криво вывязанным оленем. – Здесь никто так не приземляется, так что нас запомнят надолго. Не унывай! Всё, пошли, Буська! Нас ждет великий волшебник!

Она даже представить не могла, насколько грандиозным окажется тот хаос, который принесет с собой – на подошве своих красивейших валенок с вышитым зимним узором и в потрепанной сумке, где спокойно лежал эликсир.

Глава 2. Снотворное для начальства и другие мелкие неприятности

Артём, рассказывая Морозу об обязательных мероприятиях на день, внимательно следил за часами. Курьер запаздывал уже на три минуты. Ещё две – и можно будет оставить улитку на мётле без оплаты за доставку. А сам эликсир и так оплачен.

Стрелка часов сделала круг, отсчитала половину ещё одного, и, когда Артём уже набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы обличить курьера в опоздании…

В этот самый момент дверь в кабинет с грохотом распахнулась.

На пороге стояла она – вся в снегу, с растрёпанными рыжими волосами, в огромном свитере и с горящими энтузиазмом глазами. На её плече сидела небольшая полярная сова с самым невозмутимым видом. Невозмутимее Артём встречал только у бухгалтера, который каждый месяц в день сдачи ведомости по зарплатам совершенно нагло плакался перед Морозом, что денег нет. Совсем нет. Вообще нет и не предвидится.

– Ванда Забавушкина, служба доставки «Мгновенное чудо»! – выпалила девушка, запыхавшись. – Привезла эликсир! Самый срочный заказ!

Артём медленно поднял на неё взгляд. Его мозг, привыкший к тому, что у хозяина всё систематизировано и разложено в жизни по полочкам, дал сбой. А всё потому, что он впервые встречал само воплощение хаоса – в лице одной‑единственной ведьмочки.

Но точно хаос. Потому что он увидел:

Первое – прилипшую к щеке рыжую прядь. Кто вообще может ходить с таким гнездом на голове и не пытаться его усмирить? У Артёма даже кончики пальцев зазудели: так захотелось сначала проверить, в порядке ли его волосы, а затем подойти и убрать этот рыжий мазок с бледной кожи щеки.

Второе, что никак не укладывалось в его голове и привлекло внимание, – длинный шнурок на нелепом валенке с вышитыми снежинками. Шнурок. На валенке. Развязанный!

И самое главное – маленький хрустальный флакон, который девушка держала в руке! Просто держала, небрежно покручивая стеклянный сосуд в ладони. А должна была держать его в защитном контейнере – как предписывала инструкция № 7‑Б по транспортировке магических субстанций!

Весь тот воздух, который Артём приготовил, чтобы объявить об опоздании курьера, сейчас вышел со свистяще‑возмущённым:

– Вы…

Но было уже поздно.

Волшебник Мороз, обрадованный, что его заказ доставлен и праздник теперь точно спасён, поднялся из‑за стола и широко шагнул навстречу ведьмочке. Ванда, испугавшись его стремительного движения, отшатнулась. Её помело, прислонённое к косяку, со скрипом упало. Буря, из‑за этого неожиданного звука испуганно взмахнув крыльями, заставил Ванду отшатнуться теперь уже в другую сторону. И та, пытаясь удержать равновесие, разжала пальцы.

Флакон описал в воздухе изящную дугу и приземлился прямиком на макушку Великого Распорядителя Зимних Праздников.

Тишина повисла в кабинете ненадолго. Её нарушил мелодичный звон бьющегося хрусталя.

Фиолетовая жидкость высокохудожественно разлилась по белоснежной бороде Мороза, брызнула ему в лицо. Несколько капель попали в приоткрытый от удивления рот… Он заморгал, гулко сглотнул и неожиданно покачнулся.

– Ой, – сказала Ванда, распахнув от ужаса глаза при виде случившейся оказии.

– Вот именно, – мрачно заключил Буря, приземляясь на ближайший стеллаж. – «Ой». Опять!

Волшебник Мороз смотрел на них пустым взглядом, медленно хлопая ресницами. Очень медленно.

– Снегирёв… – пробормотал он. – Планы поменялись. В график на ближайшие дни нужно записать… сладкие сны…

И он рухнул на свой кожаный диван с таким видом блаженства, будто его только что избрали Почётным Морозом Вселенной. И это ещё повезло, что диван здесь вообще был! Если бы дело происходило в кабинете Снегирёва, Мороз упал бы на ледяной пол, а не на мягкую обивку крепкой мебели.

Артём стоял, не двигаясь. Его мир, состоящий из графиков, отчётов и протоколов, только что рухнул с тем же хрустальным звоном, что и флакон.

– Что… что это было? – выдавил он, глядя на Ванду с таким ледяным ужасом, что даже Буря предпочёл спрятать голову под крыло, чтобы не видеть катастрофы, надвигающейся на его непутёвую ведьмочку.

Ванда, поняв, что из‑за её неловкости всё пошло как‑то криво, а вышло и вовсе боком, побледнела, словно снег за окном, и мелко задрожала. Из‑за этого веснушки на её носу стали заметнее – и отчего‑то привлекли внимание Снегирёва. Он так и смотрел на эти крошечные следы от поцелуев солнышка, пока курьер шарашкиной конторы «Мгновенное чудо», заикаясь и натягивая на ладошки рукава широкого свитера, пыталась ответить:

– Э‑эликсир Праздничного Настроения… – прошептала она.

– Номер заказа?

Его голос был тихим и страшным. Сухим. И каким‑то… будто лёд трескался. А ты стоишь посреди огромного озера и понимаешь: этот треск не несёт ничего хорошего. Совсем ничего! И непонятно, то ли ложиться и молиться на удачу, то ли всё же пытаться бежать, хотя понимаешь, что бежать‑то, собственно, и некуда.

– А‑134… – выдавила Ванда и, взяв себя в руки, лихорадочно начала искать доказательства в своей сумке. Она достала смятый бланк и протянула Артёму.

Артём быстро прочитал заполненный бланк с подозрительно‑розовым пятном по центру. А когда понял, что именно прочитал, выражение его лица стало абсолютно каменным.

– Забавушкина Ванда Романовна, – произнёс он, и каждое слово жалило ледяной иглой, – согласно этому бланку вы только что вручили Великому Распорядителю не «Эликсир Праздничного Настроения», а снотворное высшей категории мощности «Вещий сон», предназначенное для усыпления разбушевавшегося Снежного Человека. Эффект длится от семи до четырнадцати дней.